Ольга Корк – Отработка в Брошенном лесу, или Как не влюбиться в своего мужа (страница 28)

— Не уверен, — вздохнув, признал тот, — отойди, мясо переставить нужно, пусть томится.

— Пусть. Только от ответа не уходи. Что значит, не уверен?

— Мне не дает покоя мысль, что если маги академии знают такие приемы, как та ловушка, то их студенты по возрасту выпускного курса должны были быть лучше готовыми ко встрече с более сильным магом. Даже если маг и не враг вовсе, а они сами виноваты в стычке.

— Хочешь сказать, что…

— Что в лесу был кто-то еще.

— Дан, но Гера?

— Может быть, сейчас их нет. А может, она не настолько вездесущая?

— Или она не настолько доверяет, чтобы рассказывать обо всем происходящем в лесу.

Яра отвернулась к окну и в задумчивости прикусила нижнюю губу.

— Яр, — теплые руки мужа обняли девушку со спины, — я не пытаюсь сказать, что Гера что-то скрывает.

— Что тогда ты пытаешься сказать? Что кто-то гуляет по лесу и мы до сих пор не знаем об этом, а дриада, которая может чувствовать лес каждой травинкой, не замечает чужаков?

— Может быть, она не считает это важным?

— А может быть, она права, что не доверяет тебе.

Брови девушки сошлись у переносицы.

— Что ты имеешь в виду?

Дан развернул жену в своих руках и теперь серьезно смотрел на нее.

— Я тут вспомнила, из-за чего ты появился в Брошенном лесу. И знаешь…

Дальше был скандал. Первая ссора в новой семейной жизни двоих. Конечно, они ссорились и до этого. Может, без того огня, потому что любые разборки, когда не затронуты чувства, проходят легче. Но ссорились же. А сейчас вдруг, ни с того ни с сего, слово за слово и вот уже Яра кричит. Дан скрипит зубами и оба вспоминают все, что происходило в лесу с начала их брака.

Одну разбитую тарелку и летающий кувшин спустя Яра выбежала из домика, но была остановлена сильными руками.

— Куда ты собралась?

— В академию, к ректору! Выясню раз и навсегда их это рук дело или нет.

— Да после проказ наших друзей с тобой и говорить не будут, Яра!

— И что? Ждать, когда нападения возобновятся?

Новый виток споров и криков. Вероятно, сказывалось волнение за друзей. Может быть, и давно пора было поговорить о странных явлениях магии в лесу. Но, так или иначе, именно этим утром, казалось бы, невинный разговор вылился в некрасивую перебранку двоих молодых влюбленных. И пусть ни один не признавался еще в своих чувствах. Что из того? Ярослава припоминала о заказе на нее и предполагала, что заказ мог принять не только Дан. Он в свою очередь не хотел верить, что кто-то из Братства посмел бы напасть на его жену и подвергнуть члена Братства опасности. Ярослава утверждала, что Гера обязательно рассказала бы, если бы в лесу были чужаки, а Дан высказывал сомнения, так ли это на самом деле. Ведь после того, как Гера вошла в силу, им с Ярославой почти ничего не приходилось делать для леса. Дриада сама с удовольствием погрузилась в заботы о Брошенке, считая лес своим домом. И теперь нельзя с уверенностью говорить, что она рассказывает обо всем. Яра понимала, что в словах мужа есть зерно истины, и из-за этого злилась еще сильнее. Но хотя слова и становились все более хлесткими, а взгляды острыми, ни один из спорщиков не торопился отпускать второго. Так и стояли они перед домом, обнявшись. Точнее, это Дан обнимал рыжеволосую занозу, а та мяла рубаху на его груди, то сжимая ткань в кулаках, то принимаясь разглаживать ее. Дану больше всего уже хотелось поцеловать ярко-алые губы Яры, а та изнывала от желания прижаться к мужчине еще теснее, но оба были слишком упрямы, чтобы сделать первый шаг.

— Ты невозможен! — фыркнула Ягодка, отвернувшись в сторону.

— Как же ты меня сейчас бесишь! — Дан держал в руках жену и все старался успокоиться. — Ну чего тебе еще не хватает, Яра? Оставь ты магов в покое!

— Как они оставили в покое меня? Или тебя? А может, всю нечисть леса?

— Я же тебе сказал, что решу эту проблему и заказ на тебя отменят!

— Конечно, если это из-за заказа. А ведь может статься, что все ловушки были расставлены магами академии. Но пока ты выясняешь, мне нужно посидеть спокойно в домике и не обращать внимания, что эти самовлюбленные гады по лесу шастают?

— Яра, да пойми же ты, их больше! Какой бы ты сильной ни была, не хватит у тебя сил с ними справиться, даже с помощью всей лесной нечисти. Убьют же тебя! А магии нет. Понимаешь? Что ты можешь противопоставить физически сильным мужчинам, численное превосходство которых неоспоримо?

— А тебе-то какое дело? Ты же один из них, или хочешь сказать, не для этого в Брошенный лес пришел? Да если бы пройдоха Бердо не поженил нас, ты бы первым и попытался убить меня!

Кажется, эти двое даже не понимали, что говорят о разных магах. И опасность предполагают разную. Возможно, спор продолжался уже только ради спора.

— Разве важно сейчас, зачем я пришел в лес?

— А что же еще важно? — Яра гневно сверкала глазами. — Или ты думаешь, я хотела выходить замуж за незнакомца?! — очередной неожиданный поворот в процессе разборок даже не удивил мужчину. Но терпение Дана подходило к концу. И хотя оба понимали, как нелепы сейчас их претензии, остановиться становилось все сложнее.

— Ты тоже не предел моих мечтаний, дорогая!

— Вот и отпусти меня! — маленький кулачок уже привычно ударил по мужской груди. — Зачем же держишь?

— Сам не знаю… Наверное, потому что люблю тебя, упрямица невозможная!

Фраза, брошенная на эмоциях, произвела впечатление взорвавшегося огненного пульсара. Ярослава тут же успокоилась и замерла сусликом в руках мужа. Она все не могла поверить, что он сказал это вот так. В разгар спора. Когда она была совсем не готова услышать такие важные слова и тем более не была готова ответить на них. А Дан, видя, как Ярослава растеряла весь боевой запал и сама того не замечая вцепилась в его плечи, только мягко улыбнулся. Он не выбирал этот момент. Не делал расчетов, да и вообще не планировал вот так признаваться. Но не сожалел. Точно нет. Ему нравилась растерянность во взгляде жены. Нравилось ощущать легкую дрожь ее пальчиков. А еще больше ему нравилось, что они наконец-то оба успокоились и прекратили нелепую ссору.

— Слышишь меня, вредина? Люблю. И не хочу отпускать ни в лес, ни в академию, ни тем более домой, где бы он у тебя ни находился.

Яра, привстав на цыпочки, молчаливо потянулась к губам мужа. Дан, зарывшись ладонью в шикарные локоны жены, уже готов был наконец-то поцеловать такие любимые губы, но долгожданный и такой правильный поцелуй так и не состоялся. Сначала в воздухе раздался тонкий перезвон. Как будто где-то вдалеке лопнуло и рассыпалось на мелкие осколки тончайшее стекло. И если этот неожиданный для леса звук еще можно было бы проигнорировать, то разряд магической молнии, сверкнувший между губами и ощутимо задевший обоих, не заметить было невозможно.

Отшатнувшись друг от друга, супруги замерли на несколько мгновений. Понимание произошедшего пришло к ним одновременно.

— Купол рухнул, — сказал Дан.

— Магия вернулась, — ответила Яра.

Обменявшись встревоженными взглядами, они одновременно выдохнули:

— Академия!

Глава 17

Спустя три часа, за которые Ярослава успела сгрызть ногти на правой руке, весь отряд мстительно-грабительской направленности сидел перед домиком магов.

Дан ходил вдоль длинного уличного стола и не переставал хмурить брови. Хотя одного взгляда на Казю хватало, чтобы на губах мужчины вспыхивала едва заметная улыбка.

Мужчина готов был хвататься за голову от понимания, что последняя выходка мелкой нечисти не то что не осталась незамеченной, но и расплата не заставит себя ждать. Ведь с момента, как доступ к магии вернулся на территорию Брошенного леса, план, так тщательно продуманный, пошел оборотням под хвост. Разозленные маги не могли не почувствовать вновь образованную связь с источниками своей силы и, естественно, не преминули воспользоваться ей. Как итог: Казя сидел на пне в виде полулысого кота. Не совсем кота, конечно, но максимально близко похожего именно на это животное. Теперь он не ходил на двух ногах, а передвигался на четырех конечностях изящного вида. Морда его стала еще более наглой и категорически недовольной, а лысая шкурка с клоками шерсти намекала на то, что такой “голой” она была не всегда. Лютик, напротив, стал выглядеть куда как внушительнее. И пусть он не изменился в росте, но выступающая вперед нижняя челюсть с острыми зубами, длинные руки, почти достающие до земли, даже когда чертенок просто стоял на ногах, и раздавшиеся в ширину плечи придавали младшему черту той самой злой лютости в образе. Теперь он полностью соответствовал своему имени. Лють.

Такие изменения во внешности чертят были обусловлены тем, что магический огонь слишком сильно подпалил их прежние шкурки. К счастью, у братьев было их по две. У всех, кроме Изи, тот потерял один из своих обликов уже давно. И именно поэтому, когда стало по-настоящему жарко, он вывел пострадавших младших братьев из академии и сам куда-то перенесся, сказав напоследок, что там от него будет больше толку и помочь он сможет больше, чем оставаясь здесь. На слова Дана, что так поступают только трусы, Казя с Лютем кинулись на защиту с такой яростью, что троицу пришлось разнимать ведром холодной воды, вылитой на горячие головы.

— Так, успокоились! — строго сказала Ярослава, отставляя в сторону ведро.