Ольга Корк – Мартынова, ты уволена! (страница 27)

Запечатлев все это великолепие, мы отправились переодеваться в вещи потеплее. Солнце к тому времени уже начало раскрашивать небо яркими красками заката.

Девушки быстро накрыли на стол, даже успели разогреть полуфабрикатные котлеты и запарить лапшу быстрого приготовления. Не знаю уж, то ли в Самаре такие вкусные замороженные продукты, то ли все-таки свежий воздух и вода виноваты, но ужина вкуснее я вспомнить не смог. А уж все эти походные бутерброды и пара салатов. М-м-м! Влад достал разливное пиво и вяленую рыбу и мы просто кайфовали. Смех перемежался с более-менее серьезными разговорами. С реки тянуло прохладой, а на улицу опускалась ночь. Не городская с кучей огней и шумом. А темная, со звездным небом и звуками природы. То лягушки начинали перекличку, то сверчки выясняли отношения. Временами в Волге плескалась рыба, а мы все не желали расходиться. На столе появились свечи – это мы с Ромкой, дети мегаполиса, попросили не включать свет и дать нам насладиться небом и темнотой. Над столом, в декоративных с виду фонарях, Аня зажгла спирали от насекомых. Идеально. Саша уже кемарила под боком у Влада, разговоры наши становились все тише, чтобы не спугнуть такой уютный вечер. Я наблюдал, как Ромка все продолжает упорствовать в своих ухаживаниях за Анной. Скабрезных шуток стало гораздо меньше, хотя совсем без них Сергеев, конечно, не умел. Давно я не видел, как друг проявляет искреннюю заботу о девушке. Не просто включает свое обаяния ради интереса или чтобы поймать очередную "куколку" на ночь, а может, и две. Он был тем, кто принес плед, чтобы укрыть Мартынову. Тем, кто не прекращая разговор и шутки с нами, молча подхватил ее ноги и сначала растер их руками, а потом закутал тем же пледом, превратив Аню в кокон. Ромка же ходил наливать ей чай. Не то, чтобы этого всего не сделал я, но он первый занял место рядом с ней. Заметив, что Санька уже совсем клюет носом, Аня пожелала нам спокойной ночи и увела ее в дом. Напоследок обвела нас строгим взглядом и сказала не будить до утра. Оставшись одни, мы с парнями вели себя как мыши. Немного шуршали, временами смеялись, но старались это делать негромко, медленно тянули пиво и вели неспешные беседы.

А потом случилось это!

Когда в очередной раз мой организм настойчиво потребовал к себе внимания, чтобы не будить девушек хлопаньем дверей, решил отойти в ближайшие кустики. Только вот возвращался я уже совершенно другим человеком.

Видимо, что-то в выражении моего лица заставило Влада отставить свою кружку в сторону и податься вперед, пристально наблюдая за мной.

Только Сергеев ничего не заметил. Он стоял у перил и зачем-то светил прожекторным фонарем на воду. Услышав мои шаги, он повернулся и радостно сообщил:

– Глебос, ты слышал, там где-то бык мычал! Ну прикинь, да? Звук с воды шел!

– Корова, – рухнув на лавку, схватил бутылку с водой и жадно сделал несколько больших глотков.

– Да не, уверен, что бык. Такой бас был, я чуть с лавки не упал.

– Да ты что? – подняв взгляд на друга, не смог удержать ехидства: – Я чуть в штаны не наложил!

– Да ладно, ну неожиданно, конечно, но не настолько же!

Ромка, веселясь за мой счет, сел рядом и попробовал увести у меня пиво. Только вот фиг у него что получилось. Отвесив другу подзатыльник в воспитательных целях, повернулся к своему водителю.

– Влад, скажи, мы же на острове? Аня же сказала, что это остров!

– Остров, – Влад важно кивнул головой, но судя по его взгляду, он начал о чем-то догадываться.

– Так какого ху…дожественного вымысла по острову ходят коровы, млять?!

– А это, ахахаха, это очень большой остров, Глеб, там дальше деревня стоит. Ааааа, Викторыч, прости, ааахаха, – Влад захлебнулся смехом, вызывая у меня желание втащить ему. – Боже, Глеб, ну кто бы мог подумать, что местная фауна так тобой заинтересуется! Ахаха.

– Так, кажется, я что-то пропустил. Парни, а мне рассказать, я тоже посмеюсь!

Ромка переводил непонимающий взгляд с веселящегося Влада на меня.

– А ты сходи вон к тем кустам, точно не пропустишь! – Я злился. Мне было стремно и я злился на саму ситуацию.

– Млин, Глеб, объясни нормально!

Ну я и объяснил:

– Представь себе, ушел я вон до ближайшего куста пошире. Уверенный, что мы на острове. Вокруг тишина, ночь, водичка плещется в ста метрах. У тебя счастье организма и прибор проветривается. Представил? Кайф, да? – конечно, кайф, все, кто пьет пиво, знают это чудное состояние бесконечной беготни в туалет. Вот и Ромка покивал: кайф.

– Так вот, в этот момент счастья рядом что-то начинает шевелиться. Что-то большое, темное и, …ка, молчаливое. Включаешь ты фонарик, а в двух метрах от тебя стоит черная, мать ее, корова. Смотрит на всю композицию «ты-куст-все что ниже пояса» и так задумчиво выдает: «Му-у-у»… Да после этого "му" моя жизнь уже никогда не будет прежней!

Громоподобный хохот сотряс не только наш домик, но и прокатился эхом по воде. Естественно, девушек мы разбудили.

Аня вышла, сонно потирая глаза и бухтя на нас, обещая все кары небесные на наши головы, если мы не будем тише. Ромка тут же усадил ее между нами и, закутав в одеяло, прижал к своему боку, а Мартынова, вместо того, чтобы взбрыкнуть в очередной раз, широко зевнула и, закрыв глаза, положила голову на его плечо. В какой-то момент, наблюдая эту картину, почувствовал легкое раздражение, а преодолев его, задумался. Нравилась ли мне Аня? Да, нравилась. С острым умом, не менее острым языком, ухоженная, легкая в общении и с отзывчивым сердцем, она не могла не нравиться. И Сергеева, я видел, проняло не на шутку. Тянуло ли меня к ней? Да еще бы не тянуло! Несколько вечеров, проведенных в ее квартире, заставили меня посмотреть на Мартынову не просто как на отличную помощницу, а как на крайне привлекательную девушку. Физически привлекательную. А уж с учетом того, как давно я не спускал пар, устоять перед ней было очень сложно. Мелькали ли у меня мысли о возможных отношениях с этой блондинкой? Вот сегодня и мелькнули и тут же пропали. Во-первых, я не хочу смешивать работу и отношения. А во-вторых, мы, конечно, могли бы попробовать в отношения. И в секс, да. И возможно, у нас что-то могло бы и получиться. Вот только вероятность, что это что-то не получится, равна пятидесяти процентам. И минусов получается гораздо больше. Я уверен, Аня не тот человек, который спокойно продолжит работать со мной, если у нас ничего не выйдет. А работать с ней, если выйдет, не смогу я, это же постоянно отвлекаться на такой соблазн! Прикинув все риски и возможные сценарии развития событий, я понял, что мой интерес не настолько сильный, чтобы терять свою лучшую работницу. Так что пусть Ромка попытается, может, это просто флирт, но чем черт не шутит, вдруг он и правда захочет чего-то большего, чем бесконечная вереница любовниц.

Махнув всем рукой, ушел спать. Отчего-то не задумываясь улегся на двуспальную кровать и почти тут же заснул. Вынырнул из сна, когда рядом со мной просел матрас, и я, видимо, по-привычке, решил обнять Мартынову.

Из-за чего Аня решила меня пнуть и мужским баритоном сообщила: «Глебос, грабли убери, я столько сегодня не выпил, чтобы с тобой обниматься. Твоя спящая красавица спит одна, так что не дергайся».

Сонно хмыкнув себе под нос, отвернулся от неприветливого соседа. Спит так спит. Одна так одна. Натянув одеяло до самых ушей, я тут же отрубился, почему-то улыбаясь.

Глава 17 Аня

В воскресенье после обеда мы вернулись домой. Неожиданный отдых за Волгой, утро, наполненное смехом и безобидными шутками, прощание с Владом, Санькой и Сергеевым у Струковского парка – все это останется в моей памяти. Не знаю, как изменятся наши отношения с Глебом после его возвращения в свою квартиру, но Роману я, кажется, была благодарна за его дурацкую идею с фиктивной парой. Всего за несколько дней я узнала Глеба совсем с другой стороны. Господи боже мой, да я видела его в штанах своего отца!

Должна признать, наблюдая за начальником последние дни, я начинала понимать, почему Марина так старается его вернуть. Нет, не могу одобрить ее поведение, но то, что Глеб тот мужчина, за которого можно бороться, а не просто робот, помешанный на работе, мне пришлось признать. Если несколько лет назад он чаще был таким, как в эти выходные, то Марину и вовсе можно было смело назвать идиоткой. Как можно было самой отказаться от Алексеева?

Хотя у кого-то убыло, кому-то прибудет. В смысле, повезет той, кого Глеб полюбит. Умный, серьезный, временами холодный и суровый на работе, он неожиданно превратился в дурашливого, открытого мужчину, у которого при улыбке разбегаются мелкие лучики морщинок от уголков глаз. Мне нравилось наблюдать за ним, нравилось строить предположения по поводу его реакции на то или иное действие со своей стороны. Такой Глеб был мне интересен. Даже стало любопытно, какой крокодил‐Глеб в ухаживаниях за своей девушкой. Внимание и забота Романа были слишком навязчивыми. То ли он действительно не шутил и я ему нравлюсь, а вчерашним поведением он пытался показать себя с лучшей стороны, то ли Сергеев немного курица-наседка. Нет, кому-то это очень нравится: предупредительность, забота на уровне "не шевелись, я сам все сделаю", постоянное внимание. Казалось, будто он везде и замечает все, реагирует на те просьбы, которые еще даже не до конца сформировались у меня в голове… Телепат фигов! И это раздражало. Слишком тесно рядом с ним и не хватает воздуха. Влад в отношении Саши был примерно таким же. И если многие знакомые завидовали такой идиллии в их паре, я часто подначивала Сашку, что она как милая плюшевая игрушка – так часто он ее тискает. С Владом мы подружились почти сразу, как он пришел на работу к Викторовичу, с Сашкой он нас познакомил через пару месяцев и мы довольно часто проводили вместе время. Без Влада. Но кто бы мне рассказал, что московский бабник Сергеев будет вести себя так же, как и до одури влюбленный со школьной скамьи парень – ни за что не поверила бы!