Ольга Корк – Череповец на мою голову (страница 31)
– Интересно, о чем ты думаешь, Букашка?
Голос Стаса заставил меня к нему повернуться. Я даже не заметила, что сидела, отвернувшись к окну и ничего перед собой не видя.
– Ни о чем, – пожала плечами и улыбнулась насмешливому взгляду, – ну правда.
– Я бы даже тебе поверил, маленькая врушка, если бы мы уже десять минут как не стояли бы припаркованными во дворе моего дома.
Щеки заполыхали. Блин. Стыдно-то как.
– Я устала?
– Бесспорно, – щелкнув меня по кончику носа, Стас открыл свою дверцу, – пойдем?
– Угу.
Он обошел машину и помог мне выбраться из авто. А потом, поймав ладонь, потянул в сторону подъезда. Квартира у Стаса была замечательная. Широкая прихожая с несколькими кадками, в которых росли какие-то огромные цветы. Да что там цветы, пальмы самые натуральные. Гостиная с окнами в пол, огромным диваном, парой глубоких кресел, электрическим камином и телевизором над ним. И много зелени. Очень много зелени. Одна из стен гостиной представляла собой огромный стеллаж с открытыми полками. От пола и до потолка сплошные полки. Полки с подсветкой, без нее, с книгами, дисками, какими-то фигурками, наградами. Мне кажется, если хорошенько изучить содержимое этих полок, можно узнать о Стасе гораздо больше, чем он готов рассказать о себе. К сожалению, Герасимов не дал мне возможности долго стоять рядом со стеллажом. Оставил меня буквально на несколько минут, чтобы вернуться уже переодетым в светлые сильно потертые джинсы и обычную белую футболку. Такой домашний, расслабленный, с чуть взъерошенными волосами. Уютный.
Потянув меня от полок, он со смехом пообещал дать возможность все-все там изучить, но после ужина. Привел меня Герасимов на кухню.
– Ого, – замерла в дверях, оценивая размеры комнаты, – просторная какая.
– Да, пожертвовал такой "необходимой" штукой, как второй санузел, и расширил кухню аж на пять квадратов. В принципе, ни разу не пожалел о том решении. Мне на один организм два унитаза было слишком много. Располагайся.
Кивком головы указав на диванчик у стола, Стас уверенно направился к холодильнику. Следующие полчаса я с удовольствием пила свежевыжатый сок и наблюдала за мужчиной на кухне. Стас был тут на своем месте. Уверенные движения, никакой лишней суеты. Он тушил овощи и о чем-то рассказывал. Мыл фрукты и с улыбкой вспоминал о нашей тренировке, проговаривая, какие упражнения мне стоит заменить, а в чем увеличить нагрузку. Упоминал своих друзей, вот только я его не слушала. Совсем.
Я как в трансе наблюдала за ним и могла только улыбаться, слушала голос и не слышала, о чем именно он говорил. Рассматривала широкие плечи, узкую талию, следила за руками и с удовольствием ловила каждый его взгляд. Боже мой, кажется, Герасимов был прав и у меня на самом деле нет выбора, потому что, похоже, я в него самым банальным образом влюбляюсь.
В себя пришла от того, что Стас, накрыв на стол, уперся руками в столешницу и, наклонившись ко мне, звонко чмокнул в кончик носа.
– Кушать подано, принцесса.
– Стас, – рассмеявшись, я наморщила нос, – ты такой смешной.
– Это ты смешная, Букашка. В облаках витаешь весь вечер, а я серьезный взрослый мужчина, который…
– Который умеет готовить.
Подхватив вилку, попробовала овощное рагу и довольно замычала, когда на языке взорвался вкусовой фейерверк.
– Очень вкусно готовить!
Внезапно я поняла, что сегодня не только не ужинала, но еще и обед умудрилась пропустить, заполняя заявки на кредиты от клиентов. А потом были нагрузки в зале. В общем, я была очень голодной. И уже не отвлекаясь на посмеивающегося мужчину, принялась с аппетитом поглощать вкусный поздний ужин. Это было так… Не знаю как. Глупое чувство, что я дома, не отпускало меня, но ведь даже думать о таком было рано. Слишком рано.
Чуть позже я сидела и, обнимая ладонями кружку с каким-то нереально вкусным чаем, смотрела на Стаса, который спокойно загружал посудомойку. Разомлевшая, сытая, довольная и уставшая. Мне даже было лень шевелиться, а следить за своими мыслями получалось все хуже. Так что, наверное, не стоит удивляться тому, что когда Стас сел рядом со мной и, перехватив одну из ладоней, поглаживая пальцы, тихонько спросил…
– О чем думаешь, Юль?
… я, не задумываясь о последствиях, ответила вопросом на вопрос:
– А ты совсем-совсем не будешь ко мне приставать?
Даже не успев испугаться вопроса, сорвавшегося с губ, я была прижата к крепкому телу и втянута в бесконечно нежный поцелуй.
Глава 19
POV Стас
Маленькая провокаторша. Я ведь собирался не давить и держать себя в руках. И все же шло хорошо целых четыре дня! И тут всего один вопрос вкупе с распахнутыми глазами и мой мозг махнул на меня рукой, громко хлопнув дверью.
Как можно удержаться, если Юлька сидит рядом, у меня дома, вся такая уютная, немного уставшая, расслабленная и как ребенок, не понимающий, насколько неудобные вопросы он задает взрослым, продолжает провоцировать? А как устоять, если она прямым текстом напрашивается? Кажется, репутацию благородного рыцаря я только что с треском потерял, но как же мне было круто. Череповец была идеальной. Будто специально для меня сделанной. Она правильно ощущалась в руках и от этого хотелось ее вплавить в себя, прижать и не отпускать больше. Ее мягкие губы сводили с ума, а поцелуй хотелось сделать глубже, напористее, но нет, пугать девчонку своим неожиданным голодом я не собирался. Да и вот такой, медленный и нежный, поцелуй тоже кружил голову, заставляя мир вокруг нас растворяться как нечто незначительное. Из-за аромата корицы Юльку хотелось съесть, но я не мог позволить себе ничего большего, чем медленно, бесконечно нежно целовать девушку в моих руках и гладить ее спину. И в этом тоже был свой кайф. Не прелюдия, знакомство. Не сжигающая вены страсть, нежность. И дикое, сводящее с ума желание оставить Юлю у себя. Но нет. Хоть какие-то крупицы разума у меня еще оставались и понимание, что так форсировать события точно не стоит, было тем единственным, что удерживало от необдуманных действий.
У нас все будет, обязательно будет. И страсть, и любовь, и долго и счастливо, нужно просто не торопиться и не спугнуть такую отзывчивую Букашку.
– Поехали, я тебя домой отвезу, – уткнувшись лбом в ее плечо, старался отдышаться, – тебе на работу утром.
Юлька захныкала в ответ и, ох, этот звук. Ну нельзя же так. Нельзя. Как оторвать себя от той, кого вообще из рук выпускать не хочется? Как оставить ее одну в квартире и уехать домой, если единственное желание – отнести ее в свою кровать и уснуть, дыша запахом корицы? Эх, Букашка, Букашка. Что же мне с тобой делать? И торопиться нельзя и не торопиться не получается.
– Не хочу на работу, – шепнула Юлька, – хочу выходной, поспать, печеньку и на ручки.
– Ты опять провоцируешь, Юль, – мстительно поймав губами мочку ее ушка, легко потянул, дождавшись тихого стона. – А я, между прочим, не железный.
– Врешь ты все. Я даже с закрытыми глазами вижу, как сияют твои доспехи.
– Мне кажется, ты хочешь спать и капризничаешь, или ты уже спишь и тебе снятся какие-то глупости. Доспехи мои уже давно проржавели и пылятся в шкафу.
Нет, она определенно переоценивает мою выдержку. Поэтому никаких разговоров, просто на ручки и домой. Домой, а иначе я сорвусь и больше она в свою съемную квартиру не вернется.
Подняв голову, мягко поцеловал кончик дерзкого носика, минуту полюбовался румянцем на щеках Череповец, ее чуть поплывшим взглядом и, собрав всю волю в кулак, попросту подхватил девушку на руки.
– А печенька? – положив голову на мое плечо, спросила эта наглая принцесса.
– Завтра куплю. Честное слово. А сегодня домой. Иначе я не сдержу обещания.
– Может быть, я и не про-о-отив.
Наверное, Юля хотела сказать это кокетливо, может быть, даже игриво, допускаю мысль о попытке наглого соблазнения. Но все испортил зевок. Такой искренний, смачный и трогательно-невинный. И вот он однозначно не входил в Юлькины планы, зато помог мне.
– Ты просто коварно хочешь занять мою кровать, я все понял. Нет-нет, я не готов к такому серьезному шагу! Ты не добьешься своего так просто.
– Вот злой ты, Герасимов. И совести у тебя нет!
– Проблема в том, что совести у меня слишком много.
Опустив Юлю на пол, помог ей обуться и, не удержавшись, еще раз ее поцеловал. Сладкая, нежная. Моя. Фиг ей, а не выбор!
До дома Юльки мы добрались без происшествий исключительно потому, что она задремала, смешно причмокивая губами и подперев щеку кулачком. Боже, неужели ей и правда двадцать семь? Паспорт, что ли, еще раз проверить?
Расставшись с ней на пороге ее квартиры, я, вернувшись в машину, набрал номер Влада.
– Ну, привет, именинник! Есть чем порадовать?
– Стасян, – голос друга был неприлично счастливым, – а я свою Белку поймал. Все, попалась, никуда не денется!
– По голосу вроде трезвый, по словам создается впечатление, что три дня не просыхаешь. Может, расскажешь, что у тебя происходит, из-за чего отменил праздник свой, пропал куда-то? Влад, если какие-то проблемы, ты же знаешь…
– Блин, Стас, ща, погоди секунду.
В трубке что-то зашуршало, потом я уловил негромкие слова, произнесенные женским голосом, смешок Влада, треск, снова шуршание и малой вернулся к нашему разговору.
– Стас, прости, что пропал с радаров, знаю, поступил как свинья. Но у меня были дела, которые нужно было решить самому. Только самому, понимаешь?