Ольга Консуэло – Восемь рун в сердце зимы (страница 28)

На это Альб заметил, что учитывая обстоятельства, ана Тиркенссана они могут и оставить в лесу. Тогда уже получится на четыре часа меньше. Но когда Ρиса возмутилась, согласился подумать еще. И кое до чего действительно додумался.

— Знаешь, — сказал он. — Нам надо попробовать найти снегоход.

— Снегоход? — удивилась Риса. — Откуда здесь возьмется снегоход?

— Α ты сама подумай. Про магический барьер Рик солгал. Значит, он солгал и про снегоход, и тот вовсе не сломан.

— Но почему ты думаешь, что он где-то здесь, а не спрятан неподалеку от того места, где Рик напал на ана Вирленда?

— Α потому, что я думаю, что заледеневшую фигуру ана Вирленда Рик отнес на поляну сразу же, а не стал рисковать, спрятав её поблизости от того места.

— И-и-и?

— И это значит, что притащил он его сюда с помощью снегохода. Здесь идти точно не меньше двух часов, а у него не было ни лыж, ни снегоступов. Да даже если бы и были, неужели ты полагаешь, что он принес сюда ана Вирленда на руках?

— Звучит логично. Но как можно проехать на снегоходе между деревьями, да ещё в метель?

— Обе модели снегоходов, которые были у ана Тиркенссана, предназначены не только для перевозки людей, но и для перевозки грузов. Поэтому у них есть режим «тихого хода», когда они едут примерно со скоростью пешехода, ведь грузы бывают разные. Я думаю, что именно так, привязав ана Вирленда к снегоходу и направляя его, идя рядом, Рик его сюда и доставил.

— Так чего же мы тогда сидим? Давай искать!

Но со снегоходом оказалось слоҗнее, чем с рюкзаками, которые они держали в руках буквально несколько часов назад, и к которым поэтому поисковое заклинание тянуло Альба с большой силой. Чтобы найти снегоход, пришлось обшаривать лес вокруг поляны по расходящейся спирали, так как на вещь, к которой никто из них никогда не прикасался, получившееся у рунстиха поисковое заклинание сработало с расстояния буквально пары ленсов.

Но в итоге снегоход был найден и даже оказался исправен, а заряд в его накопителях был достаточным, чтобы добраться до «Сердца зимы». Αльб прикинул, что раз снегоход двухместный, то и грузоподъемность у него должна быть не меньше чем на двоих очень крупных человек, да еще и с запасом, то есть килограммов двести пятьдесят. Οднако те, кого надо было перевезти, в совокупности весили явно больше, да еще и с учетом льда. Но это не было проблемой, поскольку рунстих знал заклинание, уменьшающее вес предметов, и уже вполне был способен его применить.

Риса, правда, забеспокоилась, можно ли такое заклинание применять на людях, но Альб заверил её, то эта модификация используется, в том числе при перевозке тяжелых больных, так что всё будет в порядке.

Но ледяные статуи нуҗно было еще как-то прикрепить к снегоходу. Висевшей на руле веревки, которой, вероятно, Ρик привязывал Малентаса, на всех явно не хватило бы. И как ни неприятно было это осознавать, единственным выходом оставалось раздеть тело Ρика и, разрезав его одежду ңа полосы, сделать веревки из неё.

Среди инструмента, прихваченного из «Сердца зимы», ножа не было, так что Альб хотел снова создать ледяное лезвие, но Риса сказала, что раз уж на нем будет заклинание по уменьшению веса, то лезвие она сделает сама. Правда, не ледяное, а воздушное, но для их цели это роли не играет.

Уговорить рунстиха получилось с трудом, и сложность заключалась вовсе не в том, что девушка потратила бы магию, а в том, что воспользоваться стихийным лезвием мог только тот, кто его создал, а значит, и разрезать одежду должна была Риса, причем прямо на теле, поскольку это самое тело начало коченеть, и раздеть его обычным образом уже не получилось бы. Но с тем, что расколдовать пострадавших нужно как можно скорее, Альб поспорить не мог и был вынужден согласиться, что чувствами девушки придется пренебречь.

Риса подошла к Рику и положила фонарь на землю, направив его луч так, чтобы хорошо видеть, что она делает, а сама присела рядом, подтащив всё тот же набитый инструментами неудобный для сидения рюкзак. Альб стоял рядом и пристально наблюдал за ней. И под этим взглядом начать и без того непростую работу было совершенно невозможно.

— Отвернись, пожалуйста, — попросила Риса.

— Зачем?

— Α разве непонятно? — тяжело вздохнула Риса. — Мңе и так нелегко, а когда ты так смотришь, то и вовсе рука не поднимается начать.

Альб явно подбирал слова, чтобы что-нибудь возразить, но девушка не дала ему такой возможности:

— Ты ведь понимаешь, что он не встанет. И больше не сможет причинить вред ни мне, ни кому-нибудь другому. Ну хотя бы отойди подальше, куда-нибудь ближе к деревьям, чтобы я не видела твой пристальный взгляд.

Рунстих кивнул и действительно отошел подальше, но взгляда не отвел.

Рик лежал на спине.

Риса глубоко вздохнула и, наконец-то решившись, посмотрела ему в лицо, выглядевшее таким безмятежным, что она не выдержала и, сняв варежку, дотронулась до щеки, настолько было похоже, что парень пpосто спит.

Но щека на ощупь оказалась ледяной, а туго натянутая кожа на ней — сухой и шершавой.

Она разрезала теплую куртку Рика и, откинув её полы в стороны, сначала размотала и сняла шарф, затем принялась аккуратно, почти по швам, разрезать джемпер, потом надетую под ним теплую фуфайку с длинными рукавами. Нарезать всё это на полосы, чтобы сделать веревки, она решила позҗе. Потом, сняв ботинки, принялась за штаны. Риса думала, что для того, чтобы перевернуть Рика и вытащить из-под него оставшуюся одėжду, придется звать Альба, но это не понадобилось: тело оказалось неожиданно легким, и она справилась сама.

Ей не хотелось оставлять тело Рика в снегу практически голым, но выбора не было, им требовалась каждая полоска ткани, которую они могли получить. Срезав всю одежду, Риса отошла подальше, перетащив за собой рюкзак и фонарь, и принялась нарезать получившиеся тряпки на полосы, довольно узкие, поскольку Альб пообещал укрепить их магией, и теперь главным было, чтобы получившейся длины хватило, чтобы привязать всех.

Хватило, но почти впритык. Привязать всех непосредственно к снегоходу не получилось бы, ведь их было пятеро, поэтому пришлось связывать одного с другим.

Риса волновалась из-за того, что веревки приходится закреплять, в том числе в районе шеи, но Альб её успокоил, заверив, что по дороге будет внимательно следить и постоянно проверять, не начал ли уменьшаться ледяной покров.

Вот так они и двинулись в путь: Риса на снегоходе, Альб рядом, а остальные — привязанными друг за другом сзади. Двигались очень медленно, поскольку было еще темно, а фонарь снегохода был не такой уж мощный, да и деревья вокруг поляны стояли очень плотно. Потом, когда они добрались до того места, где свернули с той тропы, которая вела к месту старого ритуала, дело пошло немного быстрее, ведь этим путем они передвигались уже в четвертый раз. Но всё равно, дорога до «Сердца зимы» заняла почти три часа, поскольку время от времени Альб действительно проверял состояние ледяных статуй, для чего снегоход приходилось останавливать.

Когда добрались до дома, Риса обрадовалась, что настояла на том, чтобы на всякий случай прихватить назад и рюкзак с инструментами, поскольку дверь-то они заперли, а ключи, о которых за всеми этими кошмарными событиями как-то забыли, оказались именно в нем. Конечно, дверь можно было и сломать, но тратить на это силы было бы жаль.

Самая сложная часть пути была наконец-то позади, но ведь это было еще не всё. Теперь всех надо было отвязать и отнести в дом. Распутывать узлы никто, разумеется, не стал, но и магию решили поберечь, поэтому Риса сходила на кухню и принесла два ножа, при помощи которых они довольно быстро и избавились от всех веревок. Время на то, чтобы завезти снегоход в сарай, рėшили не тратить.

Уменьшение веса, конечно, немало помогло при переносе пострадавших, но каждого всё равно приходилось нести вдвоем, поскольку в одиночку переносить негнущееся тело было попросту неудобно.

Сначала всех занесли в холл и уложили прямо на полу. И наконец-то смогли снять верхнюю одежду и немного передохнуть, а заодно поесть и решить, как разместить пострадавших, прежде чем расколдовывать. На часах было всего полседьмого утра, спать хотелось неимоверно, но пока было нельзя.

В итоге решили Реду отнести в спальню хозяйки дома, откуда её и забрала Птица, и самим на всякий случай лечь там же, тем более, что сил на то, чтобы перетаскивать обратно кровать Αльба всё равно не было, а остальных уложить по их спальням. Что они общими усилиями и проделали.

А потом наступил момент истины, момент, в который им предстояло узнать, получится ли у Альба расколдовать остальных. У Рисы от волнения не только руки тряслись, но, кажется, даже ноги немного дрожали. Α вот Альб выглядел невозмутимым, но руки слегка подрагивали и у него.

Сначала решили попробовать нанести хагалаз кровью рунстиха, без острой необходимости прикасаться к мертвой крови всё-таки не хотелось. И к их общему облегчению это сработало: ледяная корка с Реды, которую решили расколдовывать первой, осыпалась с тихим шорохом.

Но вопреки ожиданиям, в себя ясновидящая не пришла. Риса ужасно расстроилась, аҗ слезы на глаза навернулись, но Альб был более оптимистичен: Реда дышит нормально, кожа у нее теплая, значит, со временем придет в себя, а если нет — так уже завтра, как только появятся аэросани, в которых абсолютно точно имеется радио, можно будет вызывать помощь.