Ольга Консуэло – Восемь рун в сердце зимы (страница 18)
Метель за окнами, казалось, еще усилилась, не позволяя никому покинуть гиблое место. Οтчаяние и беспомощность, безнадежность и бессилие воцарились в Снежном Лесу.
— Напиться бы, — с тоской сказал Хан. — У тебя есть?
— У меня-то всё есть, — ответила Нирмета. — Но это ведь не поможет.
— Конечно, не поможет, тем более, что упиться до беспамятства я всё равно не способен. Но что еще остается делать?
— Ждать.
— Чего ждать?! — вышел из себя рунстих и стукнул кулаком по столу с такой силой, что подпрыгнула стоящая на нем посуда.
— Когда всё закончится, — спокойно ответила Нирмета.
— А что потом?
— А потом жить с тем, что мы ничего не смогли сделать.
— Как ты можешь так спокойно об этом говорить?
— Я же ясновидящая. Знаешь, как часто мне приходят видения плохих вещей, которые я не в состоянии изменить? — горько усмехнулась Нирмета.
— Чаще, чем тебе хотелось бы?
—
— Научишь меня?
— Конечно. Это не слишком сложно, просто требует времени и терпения.
— Ну, времени-то у нас навалом.
— Вот и начнем. Сядь поудобнее и закрой глаза…
ГЛАВА 10
— Так, всё, мне нужен перерыв, — неожиданно сказала Тиса.
— Да брось ты, — запротестовала Риса, — осталось совсем немного.
— Мне тоже нужен пеpерыв, — поддержал блондинку Рик, — я вообще-то уже здорово есть хочу.
— И я, — робко вставила Реда.
— Ладно, — Риса подчинилась большинству, — давайте и правда поужинаем.
Устраивать полноценный ужин никому не хотелось, поэтому решили сделать чай с бутербродами и поесть прямо в библиотеке, не отрываясь от чтения газет.
Наверное, ану Тиркенссану такое не понравилось бы, но его мнение было последним, что волновало присутствующих, учитывая все обстоятельства.
Самая длинная ночь в году миновала.
Хан и Нирмета, всё-таки задремавшие после того, как отправили Черменту домой, по пробуждении обнаружили, что метель прекратилась.
Уезжать из деревни теперь уже не было необходимости, но многие, тем не менее, всё-таки уехали, не до конца убежденные, что опасность миновала.
Семьи пропавших, конечно же, остались.
Теперь можно было поискать исчезнувших девушек, настроенный на Тису артефакт, привезенный полицейским анимагом, еще действовал.
И не успели они отправиться, как появился и местный анимаг, которого метель застала в «Сердце зимы».
Сначала хотели пойти на поиски вчетвером: Хан, Нирмета и два анимага, но отделаться от родственников пропавших им не удалось. Более того, узнав от пережидавшего метель в «Сердце зимы» анимага о возобновлении поисков, в Снежный Лес нагрянули на снегоходах семьи Лентсов и Теркентсов в полном составе. Ну и просто сочувствующих тоже набралось немало.
В итоге в лес вломились большой толпой. Кто-то шел на лыжах, кто-то на снегоступах. Анимаги с поисковым артефактом впереди, за ними Хан и Нирмета, а потом уже все остальные.
Пробираться по лесу пришлось больше двух часов. Двигались примерно в ту сторону, где было расположено «Сердце зимы», но не прямо туда, а заметно правее. Та поляна, на которой поисковая группа в итоге оказалась, находилась примерно на одинаковом расстоянии и от деревни, и от гостиницы, как бы на вершине равнобедренного треугольника.
Сама она была ничем не примечатėльна и полностью засыпана снегом. Поэтому когда анимаги остановились, все подумали, что поисковый артефакт и в этот раз внезапно прекратил работать. Но это было не так. Просто то, что находилось на этой поляне, находилось под снегом. И это, наверное, было к лучшему. Сложно сказать, как бы отреагировали близкие девушек, если бы чудовищная картина открылась им сразу в полном объеме.
По просьбе анимагов Хан установил вокруг поляны магический барьер, а те, руководствуясь своим обостренным чутьем, стали осторожно продвигаться среди сугробов. Вот обнаружили одно тело, второе, третье… шестое. Судя по всему, все пропавшие девушки были здесь. Анимаги осторожно сметали снег с мертвых лиц, а Хан по одному пропускал кого-то из родственников погибших, чтобы провести опознание.
Да, все они лежали здесь: Бартинса Элефсен, Мариута Лентс, Плантиса Хестуксон, Αридана Теркентс, Нусси Пертирен и Эрлина Дорбурантен. Такие разные при жизни, и такие похожие теперь, когда жизнь их покинула.
К тому времени, когда опознание завершилось, прибыли вызванные анимагами по радио сразу после обнаружения первого тела полицейские эксперты и начали осмотр места преступления. Кое-как общими усилиями Хану и Нирмете удалось убедить убитых горем родственников покинуть это место, чтобы не мешать полицейским работать.
И когда они медленно брели к деревне, чуть приотстав от остальных, ясновидящая сказала так тихо, что услышать её мог только Хан:
— Я почувствовала Птицу на этой поляне. Но кроме Птицы там был кто-то еще.
— Конечно, был. Там были все эти несчастные девушки.
— Нет, кто-то еще
— Какой-то человек? Или еще одно потустороннее существо?
— Мне показалось, что человек. Но точно я не уверена, ощущение было слишком слабым.
— Но кто же это мог быть? Может, еще один пропавший, который уцелел?
— Точно нет. Вспомни, что я говорила: если это не члены одной семьи, погибших из-за Птицы никогда не бывает больше шести.
— Может, случайный свидетель, которому удалось сбежать?
— Возможно. А возможно, это был всё-таки участник, который что-то
— Ты не говорила, что существует такая возможность.
— Не говорила. Но о Йольской Птице вообще известно очень мало. Так что такая возможность вполне
Эксперты работали много часов, пpименяя самую современную технику и самую сильную магию, но никаких следов, помимо оставленных поисковой группой, на заснеженной поляне и вокруг нее обнаружить не удалось. Не обнаружились и материальные доказательства присутствия на поляне еще одного человека.
Начатое следствие пришло к выводу, что причиной гибели девушек действительно стала Йольская Птица — потустороннее создание, высасывающее жизнь из случайных жертв, и в связи с невозможностью ни уничтожить подобное существо, ни тем более — привлечь его к ответственности, дело было прекращено.
Ясновидящая Нирмета Виретанен не пережила той зимы, и её прах был развеян в лесу возле Снежного Леса.
Ханмарсан Юстансенен подал в отставку и дождавшись, когда в начале лета по распределению в Дабретс приедет новый рунстих, при полной поддержке жены перебрался в Молусизию, в южный город Бадьянар, где практически никогда не бывает снега. Там он почти десять лет преподавал основы рунической магии в Бадьянарском стихийно-магическом, пока в возрасте девяноста двух лет мирно не скончался во сне.
В течение года семьи всех погибших девушек уехали из Снежного Леса. За ними потянулись и остальные, так что, когда ушли из җизни последние старожилы, в деревне никого не осталось.
Гостиница «Сердце зимы» чуть не закрылась, но всё-таки, поскольку печальные события широкой огласки не получили, в итоге удержалась на плаву, и была продана Нортресу Тиркенссану, когда её владелец решил уйти на покой.
— Ну надо же, — удивленно воскликнула Риса, — как тесен мир! Я ведь училась по методичке, составленной Ханмарсаном Юстансененом. Как это я сразу не сообразила, что это тот самый рунстих?
— И впрямь удивительно, — поддержала её Реда.
— А меня вот удивляет, почему, несмотря на то печальное происшествие, рунстихам и по сей день ничего не рассказывают о Йольской Птице, — высказался Альб.
— Может, потому, что с ней ничего нельзя сделать? — предположила Риса.
— Но ведь надо же хотя бы понимать, с чем имеешь дело. Можно, например, попытаться покинуть опасное место.
— В тот раз им это не удалось, — возразила Ρиса.
— Как и нам, — печально добавила Реда.
Время было уже позднее, и пора было ложиться спать. Но всем было неспокойно. Альб и Рик решили наложить защиту по периметру дома, поставив и магический барьер, и защитные руны, а Риса их сопровождала, подпитывая магией то одного, то другого, поскольку вложения магии вгййбеи такой объем защиты требовал очень большого.