Ольга Колпакова – Детская библиотека. Том 69 (страница 30)

— Эй! — неуверенно сказала Матильда. — А ну-ка вставайте оба!

Крокодил не встал. Вальдемар тоже. И тут до Матильды дошло.

— Он умер! Его убил крокодил! Значит, он мне уже не опасен! А деньги мои! Но вдруг он не до конца умер? Или притворяется?

Она посмотрела на Вальдемара, вернее, на его левый ботинок, правый шнурок и мизинец с золотой печаткой — фрагменты, которые торчали из-под крокодила и были доступны изучению.

— Надо проверить пульс, — вспомнила Матильда. Она пощупала пульс на ботинке, шнурке и мизинце.

— Вроде ничего не бьётся, — неуверенно заметила она. — И что теперь делать? Надо вызвать «скорую». Как будто я думаю, что он жив. Хотя какое там жив… Никто не сможет обвинить меня в убийстве. Крокодил ведь сам упал, правда?

И она погладила крокодила.

— Я всегда знала, что животных нельзя обижать, — подытожила Матильда. — Надо их любить, и тогда в трудную минуту они тебе помогут.

Глава 16

Хорошо, что в бригаду «скорой» входило двое сильных мужчин. Они стащили с Вальдемара крокодила, сделали укол в то, что обнаружилось под рептилией, сказали, что сотрясение мозга, конечно, обеспечено, но, скорее всего, ничего совсем страшного не произошло.

— Технику безопасности соблюдать надо, — сказал врач. — Не развешивать крокодилов под потолком, а запихивать их в уголочек… лучше в наморднике.

— Да-да, — покорно согласилась убитая горем Матильда. Она расстроилась из-за того, что Вальдемар оказался жив.

— Несчастная женщина, — шёпотом сказал доктору фельдшер. — Так огорчена… Чувствует себя виноватой…

— Да вы не убивайтесь, он быстро выздоровеет, — «утешил» врач. — Может, какое-то время будет без сознания, может, забудет что-то.

— А может, помрёт? — с надеждой спросила Матильда.

— Нет-нет, выздоровеет непременно. Сергей, сходи за шофёром и носилками.

Здоровенный шофёр пришёл, посмотрел на Вальдемара, потом на крокодила.

— Которого госпитализируем? — спросил он.

— Левого, — буркнул врач, дописывая бланк направления.

— По-моему, правому хуже, — с сомнением оглядев крокодила, изрёк шофёр. — Он не дышит и с хвостом.

— Васька, сто раз тебе говорил, не лезь в медицину, твоё дело шофёрское, — с досадой сказал врач и встал. — Всё, понесли. Не волнуйтесь, хозяйка.

— Куда повезёте? — еле слышно спросила Матильда, надеясь услышать: «В морг».

— В травматологию, — сказал врач, и бригада ушла, унося поверженного Вальдемара. Матильда в изнеможении рухнула на стул.

— В травму… туда же, куда и Сан Саныча…

Она встала и зло пнула крокодила:

— Не мог посильнее упасть, идиот!

Крокодил посмотрел на Матильду. Нехорошо как-то посмотрел…

— Ладно, извини, — вздохнула Матильда. — Погорячилась. Я знаю, ты сделал, что мог… но я такая невезучая.

Глава 17

Нет в мире покоя. Особенно не было его сегодня в квартире № 22. В дверь опять позвонили. Матильда пошла открывать, ворча что-то очень древнеегипетское.

Влетевшая Алевтина чуть не сбила её с ног.

— Ой! Дорогая Матильда! Я так счастлива! Передайте вашему уважаемому призраку, что его средство помогло! Так помогло!

— Какое средство? — машинально спросила Матильда, гадая, как бы сплавить нежданную гостью, не до неё было.

— Да как же! Три шоколадки подряд! Он посоветовал съесть три шоколадки, я и съела. А что было потом!

— Что? — тупо спросила Матильда, чувствуя, что её мозги, переполненные приворотным зельем, Вальдемаром и крокодилом, просто не вынесут ещё и шоколадок.

— Во-первых, красивый молодой человек в белом пиджаке! Он спросил у меня, который час! — рыдала от счастья Алевтина. — Такого не случалось уже лет пять! Потом не очень красивый, но молодой человек в шляпе! Он посмотрел на меня и сказал: «Хм». Мне такого не говорили уже лет десять! И вот только что, в автобусе, красивый, но не очень молодой человек спросил меня: «Вы выходите?» Я растерялась от таких нежных слов и ничего не ответила. Тогда он так ласково, так трепетно отодвинул меня с прохода… Меня так не двигали лет пятнадцать…

— О господи, — сказала Матильда и вдруг впервые сильно и искренне пожалела клиентку.

Но жалость к Алевтине быстро уступила место привычной жалости к себе. Эти окаянные мужики, сколько мы из-за них терпим… Вот и Вальдемар, и Сан Саныч… Кстати…

— Вот что, — решительно сказала Матильда. — Я помогу тебе ещё лучше. Ты ведь не настаиваешь на том, чтобы твой избранник был очень красивым и очень молодым?

— Да, конечно, — замахала руками Алевтина. — А какой он будет? Если будет…

— Сейчас погадаем, — и Матильда торопливо вывалила на стол колоду карт. Алевтина, споткнувшись о крокодила, бросилась к столу.

— Так, — бормотала Матильда, лихорадочно разбрасывая карты. — Король, десятка и дама одной масти — дама получит ответ на свою любовь. Червовый король — интеллигентный человек, хотя не мальчик, конечно… червовая дама — невеста…

— Это я? — замирая, спросила Алевтина.

— Не я же, — огрызнулась ведьма. — Червовая десятка — известие о любви, шестёрка бубен — весёлая дорога… это непонятно, к чему, возможно, в ЗАГС. Так, а где вы познакомитесь?

— Где? — пролепетала Алевтина.

— Туз пик — казённый дом, десятка пик — болезнь… вот как они вместе легли, — бормотала Матильда, старательно подтасовывая нужные карты. — Ага! Вы познакомитесь в больнице!

— Но я здорова, — разочарованно сказала Алевтина.

— Не перебивай. Вы познакомитесь в больнице. В травматологии. Вот эта восьмёрка треф означает травматологию. Ты сейчас туда пойдёшь и спросишь… м-м-м… такого немолодого приятного человека, которого вчера сбила машина. Я думаю, он уже в сознании. Ты купишь ему что-нибудь вкусное и подмешаешь к вкусному вот это…

И она отложила в майонезную баночку половину приворотного зелья.

— Это любовное зелье, — пояснила ведьма.

— Надо же, — удивилась Алевтина. — А выглядит прямо как баклажанная икра.

— Он это съест и в тебя влюбится, — сказала Матильда. — Но вашему счастью будет мешать… м-м-м… такая зелёная коробочка.

— Что? — изумилась Алевтина. — Про зелёную коробочку тоже написано в картах?

— Эх, темнота, — снисходительно сказала Матильда. — Вот эта бубновая восьмёрка означает коробочку, а трефовая шестёрка — зелёную.

— Потрясающе, — вздохнула Алевтина. — И что я должна сделать?

— Ты найдёшь в вещах Сан… м-м-м… своего суженого зелёную коробочку и принесёшь мне. Если её нет на квартире, то, возможно, он всюду носит её с собой и, значит, она с ним в больнице.

— Кто «она»? — ревниво спросила Алевтина.

— Да зелёная же коробочка! Кстати, возможно, что этот твой избранник покажется тебе знакомым… ты его знала раньше, но…

— Ой, как интересно! Ну, я полетела! — Алевтина схватила банку и достала очередную тысячу. — Сегодня без призрака, значит, тыща.

— А баклажанная икра… тьфу, приворотное зелье, по-твоему, ничего не стоит? — возмутилась ведьма.

Клиентка грустно посмотрела в кошелёк и сказала:

— От зарплаты ничего не остаётся… не на что вкусненькое покупать. К чему же я тогда приворотное зелье подмешаю?

— Ладно, — вздохнула Матильда. — Принесёшь коробочку — прощу тебе долг за зелье.

— Вот спасибо! — повеселела клиентка. — Может, я вам лучше билет в цирк подарю? У нас сейчас замечательная программа, там такие лошади, а на шее сидит трёхцветный бульдог и…

Она ещё что-то говорила про цирк, но мысли Матильды приняли совершенно другое направление: «Цирк! Ну конечно! Я искала у него дома, эта дурёха поищет в больнице… а цирк! Он же мог спрятать коробочку на работе! Сейчас я иду в цирк и…»