Ольга Кобзева – За Гранью (страница 62)

Дней пять назад я заставила людей ковырять холодную землю, чтобы наполнить для каждого куста отдельный горшок. В деревне столько больших горшков не было, пришлось ехать на рынок в Востгратис, где тоже не сразу удалось найти необходимые нам предметы. Такие большие горшки не пользуются спросом, потому и не продает их почти никто. Но мне повезло, у одного гончара из соседнего городка как раз оказалось то, что мне нужно. Так вот, выносить растения на улицу сейчас совершенно невозможно, температура по ночам в районе одного градуса, а днем не выше пяти. Ледень на пороге. А кусты тем временем растут как на дрожжах и вымахали уже знатно. Сантиметров по пятнадцать-двадцать каждый в высоту и в обхвате прилично. Тесно им по несколько штук в небольших горшках стало.

Что интересно, кусты в подвале, напомню, из одних и тех же зерен выросли с ботвой полностью белого цвета. Те, что находились в доме — краснолистные, стебли же насыщенные темно-фиолетовые. Уличные ростки замерли, но первые появившиеся листочки были тоже красными.

Так что теперь у меня дома зимний сад, который с приходом холодов переехал на кухню, мешая Зияне готовить. Но на кухне было теплее всего, потому все мирились с неудобствами. Оттуда даже пришлось вынести обеденный стол, оставив лишь небольшой разделочный.

Плоды, что я оставляла сушиться, высохли. Я сама лично их отшелушила от остатков кожуры, потом еще почистила. Следующим этапом обработки стала обжарка. Делала я это на сильном огне, потому что на слабом зерна не выделяли масла и совсем не давали нужного запаха. Обжаренные зерна хранились в специальном мешочке в сухом месте. Аромат давали восхитительный. Бодрил уже один только запах на кухне. Зияна поначалу ворчала, но потом привыкла. После признала, что запах ей со временем даже понравился.

Вот эти зерна я сейчас, измельчив в каменной ступке и варила. Турку мне по специальному заказу сделали из обожженной глины, покрыв специально тонким слоем стекловидного вещества. Получилась красивая керамическая турка. У того же мастера-гончара я заказала целый набор керамической посуды. Его работа мне очень понравилась, но переехать в Муравейник гончар наотрез отказался. Имея большую семью и стабильный доход, мужчина не захотел перемен в жизни. Я уже несколько раз с ним общалась, узнала, что только дочери у него имеются, аж пятеро. Но передать знания некому, сыновей-то нет. Мужчина, правда, еще не стар и вполне может обзавестись наследником, но у меня уже роились планы как уговорить умелого гончара обучить несколько подмастерьев из Муравейника своему искусству.

Сняла напиток с огня, разлила по красивым небольшим чашечкам, свою оставила как есть, а в кофе Сверлена добавила немного сахара и сливок. Попросила Зияну принести чистой холодной воды — запивать кофе, и что-нибудь из выпечки. А сама понесла напиток лирану. Запах по обыкновению летел впереди меня.

— Прошу вас, — поставила чашку перед лираном. Свою из рук не выпускала. Присела за стол. Наконец-то! Кофе я себе позволяла не каждый день, хочется растянуть удовольствие подольше. Но сейчас я могла насладиться желанным напитком.

Делая маленькие осторожные глотки, внимательно наблюдала за мужчиной. К новому напитку он отнесся настороженно, но попробовать рискнул. Сделав небольшой глоток, даже прикрыл глаза, явно наслаждаясь новым вкусом. Он допил свою порцию гораздо быстрее меня.

— Лира, — впервые вежливо обратился ко мне мужчина, — не покривлю душой, если скажу, что это было божественно.

— Ох, ралион Сверлен, поздравляю! Вы, как и я явно кофеман! — радостно поделилась с ним этим открытием.

— Я вас не понял. Что значит кофеман?

Вот, что кофе животворящий с разумными людь… существами делает! Оказывается, мы и вежливо разговаривать умеем!

— Напиток, что вы пили сейчас, называется кофе. А люди, то есть существа, — быстро поправилась я, — которые его любят — кофеманы. Я — яркий представитель таких людей. Просто обожаю этот напиток!

— А можно мне еще порцию? — попросил лиран.

— Бахур достать очень сложно. Я позволяю себе кофе только утром, и то не каждый день. Теперь мы будем пить его вдвоем, потому предлагаю экономить. — Ни словом не соврала, так что и нечего на меня смотреть так обиженно!

— Ладно, но я рассчитываю на порцию каждый раз в то же время, когда и вы. — Предупредил мужчина.

— Баш на баш. — Тут же сориентировалась я.

— Что?

— Это выражение означает, что я хочу равный обмен. Я — вам, вы — мне.

— И чего же вы хотите? — сложил руки на груди лиран.

— Мы с вами будем жить в одном доме, предлагаю придерживаться уважительной манеры в разговоре и в общении, только и всего.

— Согласен. — Быстро согласился Сверлен. — Извините за сегодняшнее утро.

— Извиняю. — И я была честна. — Вы можете выбрать любую понравившуюся комнату в доме. Только не в моем крыле. Извините, но я ценю уединение. — Удивительно, как быстро прошла моя робость и страх перед этим мужчиной. Всего лишь одна чашка кофе, а насколько она нас сблизила. — Я смотрю, у вас совсем нет вещей?

— Они у Ланистра остались. Могу я вас попросить отправить за ними кого-нибудь?

— Разумеется. Обоз в Востгратис идет каждый день, они же на обратном пути и заедут в дом наместника. Мы можем пройти в больницу и обсудить текущие вопросы. — Предложила я. — Если, конечно, вам не нужно отдохнуть с дороги.

— Не нужно. Можем идти.

Одевшись потеплее в заранее пошитую из шкур ихтишей накидку, вроде пончо и сапоги, вопросительно посмотрела на скорее раздетого, чем одетого лирана.

— А вы не замерзнете? — полюбопытствовала я.

— Я лиран. — Видя мое недоумение, мужчина соизволил пояснить, — у меня есть внутренний огонь. Я не могу замерзнуть, когда на улице еще и снега нет.

— Как скажете, — пожала я плечами. В конце концов, чего я переживаю? Он же целитель. Заболеет — сам и излечится.

— Вообще-то, больницей занимается шейн Владис. — По дороге рассказывала я. — Он закончил академию естественным магических наук в Мариэстле. В Муравейнике он обучает несколько травниц и будущих лекарей. Вместе они изготавливают лекарства на основе целебных трав, кореньев, плодов и прочего. Конечно, это не сравнимо с вашим искусством, но умения Владиса помогли уже многим людям. Еще мы закупили большое количество лечебных артефактов. Вот с ними и нужна ваша помощь в большей мере.

— Вы хотите, чтобы я заряжал артефакты?! — проревел, покраснев от гнева лиран.

— Нет, что вы! — поторопилась опровергнуть я. — Для этого у ная есть накопители, проблемы зарядки артефактов нет. Но мы не умеем правильно с ними работать. Ведь известно, что, если использовать лекарский артефакт неумело — можно скорее навредить, чем помочь.

— И как же вы заряжаете артефакты?

— Видите вон там скопление людей? — я махнула в сторону небольшого отдельно стоящего здания в стороне от основных построек.

— Ну, не людей, — задумчиво протянул лиран, — в основном, полукровок. Вижу. И что за столпотворение?

— Все они приехали в Муравейник, чтобы добровольно расстаться с излишками магической энергии, которой не могут управлять. Все они не обучены. Магическая энергия, скапливаясь в их теле, со временем начинает причинять им страдания. Адриэйн мне в подарок заказал из штолен Веринара красный камень, устойчивый к магическому воздействию. Из него планируем построить хранилище для накопителей. Пока же не рискуем собирать крупные накопители в одном месте.

— А потом что? Зачем столько накопленной энергии?

— А вот увидите, ралион Сверлен. Пока это секрет. — Позволила себе немного повредничать.

И без Владиса его группа работала над переработкой трав, кореньев и прочих даров природы. Мы лишь поздоровались с ними и ралион осмотрел получающиеся мази, элексиры и другие лекарства.

— А это кто делал? — лиран потряс склянкой с мутной жидкостью.

— Я, ралион, — тихонько ответила хрупкая девочка — Веда. Та самая, которую спас ралион Сверлен силой своей крови, сестра Жада.

— Занятно. — Хмыкнул лиран. — Лира, а вы знаете, что девочка обладает целительским даром? — повернулся мужчина ко мне.

— Знаю. Владис определил это уже давно. Обучает ее в силу своих умений, но он не целитель, потому и не может научить Веду правильно.

— Ладно, буду с тобой заниматься в свободное время, — снизошел лиран. — Только будешь лениться — сразу выгоню! Ты молодец, — неожиданно, без перехода после строгого тона, похвалил он девочку. — Этот элексир напитан целительской силой, — пояснил мужчина, — а это непросто. Приберегите его для самых недужных, — посоветовал он мне.

В нашей больнице уже находились несколько пациентов. Они поначалу отказывались покидать свои дома, но мне удалось их переубедить. Один большой зал, в нем десять коек, три заняты. У одного парнишки сильный ожог, облился кипятком, которым запаривали еду для животных. А двое других с сильными порезами. Они подрались во время перепашки полей. У дурней на тот момент в руках были лопаты, вот ими они и нанесли друг другу ранения.

— Так-так, ну, глупость нужно учить, — задумчиво протянул лиран, разглядывая драчунов и переходя к третьему больному. — Как тебя? — обратился он к парнишке с ожогом.

— Тин, ралион, — засмущался парнишка.

— Домой хочешь?

У Тина обожжены были ноги и низ живота, к счастью, паховая область оказалась не задета, но ходить парень не мог.