Ольга Кобзева – За Гранью (страница 25)
Обойдя замок вдоль стены, мы вышли на открытое пространство — внутренний сад. Не слишком большой по площади, но очень красивый и экзотичный. Множество деревьев, большинство цвели, но, что странно, на некоторых виднелись плоды. Где-то совсем мелкие, будто незрелые, а где-то уже налившиеся, спелые на вид. Это несоответствие обескураживало, сбивало с толку. Кроме деревьев, вокруг цвело и благоухало множество цветов и ярких растений. Небольшие вытоптанные дорожки полукругом сходились у небольшой беседки. Тут и там виднелись пара лавочек, на одной из которых и обнаружились мама с сыном. Они сидело близко друг к другу и тихо разговаривали. Лица обоих были безмятежны. Адриэйн не отпускал руку мамы, а та время от времени гладила мальчика по голове.
Суран, убедившись, что привела меня, куда просили, тихонько испарилась. Я даже пропустила этот момент, засмотревшись на идиллическую картину. Переступила с ноги на ногу, не зная, как привлечь внимание. В этот момент Адриэйн, будто почувствовав направленный на него взгляд, поднял голову и встретился со мной глазами. По широкой улыбке на лице мальчика догадалась, что он рад меня видеть.
— Фейроника, — Адриэйн поднялся, — иди сюда.
Подошла, не мешкая.
— Сари Лионелия, — первая поприветствовала его маму, — Адриэйн, мне нужно с тобой поговорить. — Повернулась к мальчику. Хотя, мальчиком уже и язык не поворачивается его называть. Настоящий юноша.
— Как прошел разговор с Кааном? — поинтересовался Адриэйн. — Он тебя не обидел?
— А мог? — попыталась пошутить.
— Мог. — Последовал очень серьезный ответ.
— Все в порядке, — заверила я. — Каан просил меня подробно рассказать обо всем, что произошло в последнее время.
— Адриэйн рассказал мне, как вы встретились, — первый раз подала голос Лионелия. — Для меня не важно, лира Фейроника, кто вы и откуда. Мне безразлично, как вы попали на Лирас. Я искренне благодарю вас за то, что не прошли мимо, не бросили моего сына там, в лесу. Думаю, нет, уверена, что это не простое совпадение. Не стечение обстоятельств. Я горячо молила Атахайю о помощи, и она услышала меня.
Честно, я смутилась. За последние дни моя личная броня заметно окрепла, я все время находилась в ожидании удара, подвоха. И вот такая искренняя благодарность вместо обвинений заставила меня часто-часто моргать, чтобы не расплакаться. Очень неожиданно прозвучали для меня слова лираны.
— Фейроника, можно вас так называть? — обратилась ко мне женщина. Я, еще не сумевшая до конца справиться с эмоциями, лишь кивнула в ответ. — Фейроника, я вижу вашу реакцию, и чувствую вашу боль. Примите мои извинения за все плохое, что произошло с вами по вине наших подданных. Теперь вы под защитой рода Тинтур, вам больше ничего не грозит.
— Спасибо. — Только и смогла протолкнуть сквозь охрипшее горло.
— Адриэйн, я бы хотела поговорить с лирой, если ты не против, — мягко обратилась лирана к сыну.
— Хорошо, мама. Фейроника, не бойся, все будет хорошо, я же обещал тебе!
— Я тебе верю! Спасибо за все.
Крепко-крепко обняла мальчика и поцеловала в макушку.
— Адриэйн, я всегда мечтала о таком брате, как ты! — эти слова вырвались сами, я не успела их обдумать. Поняла, что именно сказала, лишь увидев вмиг потемневшего лицом подростка, зрачки его тут же стали вертикальными. С силой оттолкнув меня, он обратился на ходу и улетел, сбивая на взлете тонкие деревья.
— Вы знаете значение слова
— Спросила у служанки по дороге. — Боже, что я несу? Язык мой — враг мой!
Лионелия остро посмотрела на меня.
— Вы обсуждали это со служанкой?
— Простите, я совершенно ничего не знаю об этом мире. Очень сложно находиться в информационном вакууме. Это очень непривычно.
— Что такое вакуум?
— Область без воздуха.
— А так бывает? — заинтересовалась лирана.
— Угу. Еще раз извините, что обсуждала такой вопрос со служанкой. Я просто понятия не имела, что это может значить. И сейчас, если честно, не особо разобралась. Как Адриэйн в двенадцать лет может считать кого-то парой на всю жизнь? Не рановато-ли для таких решений?
— Адриэйн — лиран! Не нужно мерить его человеческими мерками! Лиран чувствует пару, чувствует потребность в ней, необходимость оберегать от всего мира.
— Но я-то человек! — в отчаянии воскликнула я. — Намного его старше и никак не могу быть его парой! Адриэйн для меня — вроде младшего брата. Я успела очень к нему привязаться, даже полюбить, но все это не любовь к мужчине, а привязанность к брату.
— Я рада, что вы это понимаете, — согласно кивнула женщина. — И я вижу чувства Адриэйна, это очень близко к связи, но не она. Что-то произошло между вами, что-то, протянувшее эту ниточку, связавшую вас. Меня пугает, что ниточка крепнет, даже за то время, что вы провели, разговаривая с Кааном, связь укрепилась. Он весь извелся здесь пока вас не увидел. Именно сильные эмоции, переживания подхлестывают эту связь.
— Как вы можете видеть чувства? — не поняла я.
— Это мой дар. — Просто ответила лирана.
— Мысли тоже читаете?
— Чего нет, того нет, — развела руками Лионелия.
— Может, мне стоит держаться от Адриэйна подальше, тогда и связь пропадет? — вернулась я к главному вопросу.
— Что вы? Нет! Ни в коем случае! — мгновенно запротестовала женщина. — Именно ваша связь, какую бы природу она ни имела, позволила лирану Адриэйна вылететь. Именно она сейчас питает его и дает силы нагнать развитие. Это невероятно, что спустя лишь столь короткое время после первого вылета, он контролирует своего лирана, а не наоборот. И эти вот вспышки лишь доказывают мои слова. Если бы лиран взял верх, Адриэйн ни за что не вернулся бы тогда, перед замком. И сейчас я чувствовала, что это Адриэйн позвал лирана, так ему проще справиться с болью от ваших слов. Ведь он не считает вас сестрой, и не скоро смирится с этим, если вообще сможет.
— Как мне быть? Как вести себя с ним? Я боюсь навредить ему.
— Самое правильное сейчас — сделать вид, что все так, как и прежде. Ни в коем случае сами не возвращайтесь к этому разговору. Постарайтесь не попадать в неприятности, чтобы Адриэйн не тревожился за вас. Мы останемся в замке тегмена на какое-то время. Осмотритесь вокруг, найдите занятие по душе. Не знаю, что вы любите, но вам стоит лишь попросить. Выждем немного.
— Хорошо, — послушно кивнула я. — Постараюсь следовать вашему совету.
Прошло две недели. К слову, для меня недели, а для местных полторы десятины — они считают немного иначе. За это время я освоилась в замке и даже выходила за его пределы. Правда, не очень далеко и совсем ненадолго.
Освоилась с замковыми распорядками, познакомилась с некоторыми слугами и стражниками. Главная в замке — лара Миранель — взрослая лирана, она прибыла вместе с Кааном. До ее приезда и в отсутствие ралиона всем распоряжался управляющий. Моркелеб вышвырнул его в вечер приезда в замок. Причем, это не игра слов, он его действительно выбросил из окна первого этажа с напутствием никогда не попадаться на глаза, если жизнь дорога. Служанки шептались, что лара Миранель нянчилась с маленьким Мидраркхом, а после и его братом до их инициации. Сейчас она занималась всеми хозяйственными вопросами, присматривала за слугами, которые, в основном, были людьми и решала прочие проблемы, чтобы ее правитель и его семья не сталкивались с бытовыми проблемами. Думаю, факт, что замок принадлежит Моркелебу никого особо не смущал. В настоящее время это была резиденция Каана, и все подчинялись его власти и требованиям. А также требованиям его приближенных.
Большую часть времени мне было невыразимо скучно. Адриэйн ко мнепрорывался лишь раз в несколько дней. Его тянуло ко мне так же, как и меня к нему. К сложному для обоих разговору по молчаливому соглашению не возвращались. Говорили о многом. Он рассказывал о себе, своих занятиях. В последний раз хвастался, что теперь с ним будет заниматься дядя Рейнхард, родной брат Каана. Но тот еще не прилетел в замок, или как там он должен прибыть. Многое о новом для себя мире я узнавала из книг, но часть знаний требовала пояснений. К счастью, Адриэйн никогда не отказывал мне и охотно рассказывал обо всем, что знал сам. Например, недавно я узнала, что год здесь длится около пятисот дней. Получается, что Адриэйну много больше двенадцати лет в том смысле, который в этот возраст вкладываю я. Если посчитать по дням и разделить на годы, то выйдет, что ему уже больше шестнадцати. А ведь я до последнего считала его чуть ли не ребенком. Взрослого юношу! Это все обманчивая внешность. Оказывается, лираны взрослеют иначе, чем люди. Около пяти-шести лет от рождения впервые вылетает их лиран, (так называют первый оборот, хоть мне и твердят упорно, что никто ни в кого не превращается) и наступают первые видимые изменения во внешности. Дети растут неравномерно. Этот момент мне не до конца ясен. Расскажу, как поняла сама. Вроде бы, если лиран силен магически, то его крылатое воплощение растет очень быстро, и ребенок без особых сложностей учится превращаться (Тссс! Я этого не говорила) туда-сюда. Тогда и в человеческом облике он растет быстрее человеческих сверстников. Если же лиран слаб, а бывает, что и вовсе обделен в магическом плане, или если лиран не вылетел в положенное время, ребенок растет крайне медленно, а то и вовсе останавливается в развитии, как и случилось с Адриэйном. Ну и самое неприятное — если лиран не вылетает в течение двенадцати лет после рождения, ребенок погибает. Такие случаи, к несчастью, имели место быть.