Ольга Кобзева – Выжить. Вопреки всему (страница 29)

— Ты снова не выглядишь довольной, — заметил Марон, выводя меня на прогулку, спустя несколько дней.

— Я довольна! Спасибо тебе! — повернулась к мужчине, искренне благодаря. — Я готова помочь этим девушкам, но… как мне это сделать, сидя в заточении?

— Тебе достаточно поклясться, что останешься в моем дворце добровольно и навсегда, что вернешься сюда, стоит мне позвать, — Марон смотрел мне в глаза, не мигая. — И твое заточение закончится в тот же миг.

Сглотнула, первой опуская глаза. Я чувствовала, как в животе что-то ухнуло вниз. Тяжелый ком в районе груди не давал сделать полный вдох. Если я думала, что была в заточении до того, Марон только что доказал мне, что теперь клетка захлопнулась еще плотнее.

Марон заметил мое состояние. Уверена, отметил он и мою бледность, и дрожащие губы, и частое моргание.

— Алисана, — голос мужчины не был довольным. Он слегка коснулся моего подбородка, приподнимая, заглядывая в глаза. — Тебе настолько невыносима мысль остаться в Острожье?

— Это тюрьма, — выдохнула я, не в силах сдержаться. — Ужаснейшее место, где никто не счастлив! Да и как можно быть счастливым, изо дня в день делая несчастными других!

Марон отшатнулся. Крепко сжал кулаки, упрямо выдвинул вперед подбородок, я видела, как сильно он сцепил зубы, чтобы не ответить. Впервые он оставил меня в саду одну. Просто развернулся и ушел, широко шагая, не обернувшись ни разу.

Глава 33

Гуляя с Мароном, я не могла пойти куда вздумается, шагая по указанному им маршруту. Сейчас же мне представилась прекрасная возможность осмотреться. И если раньше я бы искала пути побега, то теперь сбежать я уже не могла. Безо всяких клятв. Те девушки, которых привезли из Жахжены… я не могла их бросить. Ни одна из них до сих пор не верила, что жизнь может быть иной, что не обязательно продавать свое тело и свое дитя, чтобы было на что купить еду. Я обязана о них позаботиться. И в эту ловушку загнала себя я сама.

Верхний предел — земля с жарким влажным климатом. Чтобы что-то выросло в этих краях, достаточно просто воткнуть палку в землю, так что сад при дворце представлял собой бушующие джунгли. Много разнообразной зелени. Высоченные деревья и низкие кустарники. Буйство красок и цветов. Множество ароматных трав. Вскоре я совсем потерялась, сойдя с протоптанных дорожек и заходя все дальше вглубь зарослей.

К тому моменту, как меня окликнули двое стражей, я успела многое осмотреть и обдумать. Появились кое-какие мысли относительно будущих занятий вверенных мне девушек. Никакой опасности я не чувствовала, напротив, это место дышало спокойствием. Чем дальше отходила я от протоптанных дорожек, тем сильнее ощущала это место. Чувствовала его, как что-то знакомое. Возможно, Алисана уже бывала в этом саду? Иначе, как еще объяснить то щемящее чувство ностальгии, что я испытывала, проламываясь сквозь буйные заросли.

Змей или других опасных созданий мне, к счастью, не попалось. Не настолько я беспечна, чтобы не подумать о возможности такой встречи, так что бродила с заготовленным огненным мешком. Не понадобился. Этот сад, больше похожий на дремучие джунгли, встретил меня как родную и не стремился ни прогнать, ни убить.

Вернувшись в сопровождении стражей в свои покои, весь вечер обдумывала возникшие идеи, прикидывала так и эдак, набрасывала дальнейший план действий. Самое лучшее, что я могу сделать для этих бравинок, — задумчиво посмотрела на девушек, сидящих прямо на полу, — вывезти их из Острожья. Но если я не могу переправить девушек в Иранию, нужно постараться сделать подобие Ирании здесь.

Мои размышления то и дело соскальзывали к поведению охранников. Довольно нетипичному, если учесть, что им пришлось несколько часов разыскивать меня по саду. Они никак не выразили своего неудовольствия, более того, ни один не схватил за руку, не попытался иначе как-то воздействовать, хотя оба альшары, я это не только видела по узорам на открытых участках, но и чувствовала по вибрации от их источников. Вели себя уважительно… нет, не так, они были почтительны. Вот верное слово. И, признаться, это меня вдруг стало тревожить больше, чем даже ограничение свободы.

Через десять дней после просьбы на «моем балансе» оказалось двадцать четыре девушки. Всем пришлось потесниться, спали прямо на полу, расстелив все одеяла и накидки, что были в комнате. В отличие от меня, девушки могли выходить из покоев и возвращаться совершенно свободно, но не стремились к этому.

Я стала заниматься с девушками чтением, письмом и простейшим счетом. Это занятие увлекло всех. От скуки девушки готовы были учиться чему угодно. Ведь даже в Жахжене они не сидели без дела, постоянно выполняя какую-нибудь несложную работу.

Девушки считали себя моей собственностью. Поняла я это не сразу. Как не понимала долгое время границ собственных возможностей. Их, видимо, не знала лишь я.

Марон не приходил несколько дней, и я вдруг… заскучала. Не по нему, нет! По общению с тем, кто не лебезит и не старается угодить. По общению с образованным человеком, с которым интересно говорить на разные темы.

Марон не приходил, а я больше просто не могла сидеть в четырех стенах. Двери моей клетки не были заперты, но по ту сторону стояли охранники. Решившись, я предложила всем желающим выйти в сад. Пеструю группку, включающую и меня, беспрепятственно пропустили за пределы комнаты. Делая каждый следующий шаг по длинному коридору, я ожидала, что меня вот-вот окликнут и заставят вернуться. Этого не случилось. Мы беспрепятственно приблизились к главному выходу из дворца. Тут, у дверей тоже всегда стояли стражи. Нашу колоритную группу окинули заинтересованным взглядом и… распахнули перед нами тяжелые деревянные двери.

Только выйдя на улицу, я поняла, что не дышала. Девушки заулыбались, радуясь свежему ветерку, солнцу, пению птиц. И я радовалась вместе с ними.

Заметила на небольшом отдалении охранника, следующего в том же направлении, что и мы, но не приближающегося слишком близко. Ясно, поводок стал длиннее, но никуда не делся. Что ж, и на том спасибо.

Я пока не придумала ничего лучше, как занять девушек рукоделием. Точнее, плетением корзин и прочих емкостей для хранения. Прогуливаясь раньше по Лаоре, бродя по рынку я видела множество разных вариантов, значит, местные с подобным ремеслом знакомы. Насколько я знаю, плести можно из любых волокнистых и податливых материалов, из всего, что будет изгибаться и держать форму. Жаль только, сама не умею.

В саду, ухоженном только перед самым дворцом, и довольно сильно заросшем, стоит только отойти от входа подальше, без труда можно найти довольно много материала. Это и лозы, смахивающие на дикий виноград, плотные, но в то же время гибкие. И разные травы со схожими свойствами, а также кустарники. Нашлись и деревья, наподобие знакомых мне ив. Я никогда не занималась плетением, пару раз только наблюдала за процессом, так что вся надежда была на то, что девушки умеют плести, если не все, то хоть кто-то. Мои надежды оправдались. Девушки, засидевшиеся в четырех стенах, быстро увлеклись.

Они наперебой стали давать советы, из какого материала плести лучше всего. Многие этим уже занимались раньше. Глядя на их энтузиазм, выдохнула с облегчением. Осталось выпросить какие-нибудь режущие предметы, облегчающие сбор лозы, а еще найти место для работы. Хотя… осмотрелась. Сад вполне подойдет.

Дни стали проходить быстрее, ну или, по крайней мере, интереснее. Мы с девушками целыми днями пропадали в саду. Сначала вычистили небольшой участок диких зарослей поодаль от главного входа. Лианы, лозу, ветки, травки девушки охотно срезали. Затем одни занимались подготовкой — очищали, что-то замачивали, что-то высушивали, подвешивали, скручивали, мяли… для меня все было внове, участвовала во всех процессах, активно используя свою силу, стараясь ее потратить побольше. После общения с Мароном я и сама была как новогодняя елка, на теле ярко горели золотые узоры, особенно на руках и шее.

И вот тогда-то впервые я стала замечать, что бравинки меня… сторонятся, что ли. Это не было явно, но непринужденного общения между нами так и не возникло. Многие из девушек тоже были одаренными. Спустя время на их коже стали проступать едва заметные светящиеся линии. Очень тусклые, нужно напрягаться, чтобы рассмотреть. Тогда я решила обучать их еще и контролю над шакти. Однако мы не продвинулись в этом направлении совершенно! Не знаю, что не так, у меня просто руки стали опускаться! Ну вот что я говорю или делаю не то? Показываю все те же упражнения, что и хали Варлах, но ни одна девушка так и не сумела почувствовать свой источник.

Несмотря ни на что, про обычное обучение я тоже не забывала. Счет повторяли прямо в саду, а вот чтение и письмо в комнате рано утром и перед сном. Писали по очереди, на всех просто не хватало пишущего материала, а слишком наглеть и просить так много я не рискнула. Не знаю, пригодится эта наука бравинкам или нет, больше всего эти уроки нужны были мне. Чтобы не забыть того, чему научил хали Варлах, для тренировки мозга.

Девушки, что были в положении, к счастью, чувствовали себя хорошо. Таких в нашей разношёрстной компании четверо. Ни разу, ни к одной не прислали врача… лекаря, не важно, кого-нибудь, кто следил бы за их состоянием. Они вместе со всеми охотно выходили в сад и работали наравне с другими, никак не выделяясь, кроме визуально видимых признаков беременности.