Ольга Кобзева – Второе дыхание (страница 49)
— Я не могу отвечать за айсхи Лориош, — кивнул наставник. — Но то, что именно в ней он почувствовал свою айскари… поймите, это не зависит от айсхи. Это — созвучие душ, родство энергетических потоков. Ни сердце, ни разум в этом не участвуют. Бороться со своей природой невозможно.
— А может айсхи чувствовать айскари в одной, а любить другую?
— Любовь для людей, айсхи Виктория. Не для детей Богов и неба.
— Айсхи появились в этом мире, придя сюда из другого! — вспылила я. — При чем тут Боги, айсхи Овареш? Айсхи — такие же жители Ларреи, как и люди. Да, одаренные, да имеющие б
На это наставник отвечать не стал, да и я быстро пожалела о собственной вспышке. Рей — не для меня! Не. Для. Меня! Все, Вика, просто запомни это и успокойся уже! Хватит цепляться за призрачную надежду. Да и характер у него такой, что лучше не нужно. Зачем нужен мужчина, дракон, айсхи, который смотрит на тебя горящими глазами и тут же прячет взгляд? Который боится чувствовать? Бороться за него нет смысла. Его просто нет.
Да и, признаться, я тоже все чаще стала смотреть на другого. Больше времени проводить с Галахером, больше мыслей посвящать ему. Мне не хотелось, чтобы он покидал приграничье, я хочу, чтобы он остался, был рядом. Смотрел на меня своими невозможными синими глазами, приносил из Таронга сладости, украдкой помогал поселенцам, словно стесняясь своей доброты.
Галахер постепенно стал участвовать в наших посиделках. Скручивал листья этарши наравне с поселковой детворой, общался с Шайлас. Все чаще я слышала ее смех, когда он что-то говорил юной айсхи, заговорщически склонив к ней голову. Говорил с ней, а смотрел на меня. Он все время смотрел на меня, и это стали замечать.
Той ночью, самой первой, в темноте все казалось проще. Теперь же я невольно краснела и прятала глаза. К чести дракона нужно заметить, он не пытался меня касаться на виду у всех, не старался сблизиться, но все время бросал такие взгляды, от которых мурашки бежали по телу, а лицо вспыхивало румянцем.
После того, как все листочки этарши были скручены до появления сока, их сложили в бочки. Сверху ткань и груз. Мне этот процесс напомнил квашение капусты. В какой-то мере, что-то подобное и происходило. Часов шесть-восемь уходит на брожение и, собственно, ферментацию. Последний этап — тщательная просушка на жарком солнце. И все, чай готов.
Заварив такой, чтобы впервые угостить наставника, я не смогла сдержать улыбку при виде вытянутого лица немолодого дракона. Он торопливо делал глоток за глотком, то и дело прикрывая глаза и прислушиваясь к внутренним ощущениям, перекатывая чай по языку, а после принюхиваясь.
— Невероятно! Просто потрясающий вкус! — прикончив первую чашку ароматного напитка, воскликнул он. — Айсхи Виктория, но ведь это просто листья этарши! Я много раз заваривал ее в лечебных целях. Вкус отдаленно похож, но такого аромата, такого послевкусия, такого терпкого наслаждения я и близко не испытал!
— Рада, что вам понравился мой чай, — рассмеялась я, довольная произведенным эффектом. — А вы еще спрашивали, зачем мне столько кустов!
— Признаюсь, был неправ, — серьезно заявил Родерик. — Но все равно для вас одной кустов слишком много.
— Почему же для меня одной? Вот вам, например, чай понравился. А как думаете, другим айсхи он придется по вкусу?
— Отчего же нет? Наверняка, придется.
— Вот я и открою лавку, где стану этим чаем торговать!
Родерик едва не поперхнулся большим глотком из новой порции, которую я ему налила взамен выпитого.
— Торговать? — выпучил он на меня глаза. — Вы?
— Не обязательно лично, — пожала плечами, наслаждаясь произведенным эффектом. — Может, найму кого-нибудь в помощь. А чай может быть разным, айсхи Овареш. Не только из этарши, но и из других растений и трав. К тому же, сборы можно купажировать, смешивать, тогда и вкус претерпит изменения.
— Масло из серки, напиток из этарши, дома из шурры… вы — интересная айсхи, Виктория, знаете об этом?
— Догадываюсь, — все же рассмеялась я. — Рада, что и вы заметили, — подмигнула наставнику.
Галахера тоже удалось угостить чаем. В дом его я, конечно, не звала, чувство самосохранения не до конца еще атрофировалось, так что напросилась в лагерь айсхи. Шайлас, конечно, со мной. Вместе с мышкой испекли странноватые кривые лепешки, прихватили мешочек с высушенным чаем и отправились в гости.
Айсхи встречали нас привозными сладостями. По очереди они летали в Таронг, принося оттуда всякие вкусняшки, которых в приграничье было не достать. Чаепитие вышло душевным. Правда, от Бродера я села подальше и, на всякий случай, старалась не встречаться взглядами, вызывая понимающую ухмылку.
Разговоры велись в основном вокруг успехов наследницы. Шайлас радостно демонстрировала, чему успела научиться. Посоветовавшись с Райнером Териош, ее наставником, я решила все же попробовать передать ей жаржа. Эта идея воодушевила всех.
— Нужен круг! — деловито распорядился Родерик. — Ну-ка, покажите элементаля, айсхи Виктория! — скомандовал он, заразившись общей идеей.
Сосредоточившись, явила подросшего и окрепшего духа. Я вообще не замечала, что он тянет из меня энергию, вот совсем, поэтому-то, наверное, и не понимала важности того, что собиралась сделать.
— Крупноват, — нахмурившись, заметил Бродер.
— Да, и силен, — поддержал Галахер, протягивая ладонь к духу. Коснулся осторожно и тут же отдернул, шикнув. — Очень силен! Тори, ты его специально откармливала, что ли? — с улыбкой повернулся ко мне.
— Детеныш просто прожорливый явно, — пояснил Родерик. — Даже не знаю, — поджал он губы, — стоит ли рисковать. Я, признаться, думал, что жарж вполовину не такой сильный. Это может быть опасно.
— Я справлюсь! — неожиданно твердо заявила Шайлас, с вызовом оглядывая всех собравшихся. — Хочу огонь, айсхи Овареш. И получу его!
— Что ж, айсхи Тархар, — с уважением кивнул Родерик моей мышке, — будь по-вашему.
Глава 55
— Круг истинных айсхи — не просто фигура, а энергетический контур, — серьезно вещал Родерик. — Может спасти, а может и убить. Круг из двадцати сильнейших позволил венцу власти избрать не того, кого символ правления собирался изначально. Для усмирения элементаля, пусть и такого крупного нас пятерых вполне хватит.
Невольно я прониклась серьезностью момента, хотя до сих пор и не понимала, что сложного во взаимодействии с жаржем. Пока не понимала.
Шайлас уселась в центр круга, который мы образовали вокруг нее. Я проявила духа, усаживая его поблизости с маленькой, но такой решительной айсхи. Все пятеро взялись за руки. Впервые после той ночи моя ладошка оказалась сжата сильной горячей рукой Галахера. В ответ на это касание что-то внутри екнуло, источник забился быстрее, обгоняя стук сердца. И вдруг… вдруг я почувствовала синхронный пульс. Не такой яркий, как у меня, не такой горячий, другой. Растерянно подняв глаза на Галахера, я поняла, что чувствую ток его энергии.
В этот момент Родерик стал быстрым речитативом напевать ритмичный мотив на древнем, заставив переключить внимание, сосредоточиться на его речи. В слова я не вслушивалась, хотя уже немного могла понимать язык первых айсхи. Стоило наставнику начать говорить, как руки всех собравшихся словно спаяло между собой, а вскоре в круге стали проноситься яркие искры, быстро перерастающие в сполохи, закручивающиеся вокруг Шайлас и притихшего, словно даже ставшего меньше размером элементаля.
— Пора, айсхи Тархар! — скомандовал Родерик.
Шайлас бросила на меня короткий взгляд и решительно протянула руку к жаржику. Элементаль дрогнул и медленно присосался к ее ладони. Шайлас взвизгнула и стиснула зубы. Я дернулась было к ней, но разорвать круг было не в моих силах. Татуировка на запястье разгоралась все сильнее, начиная жечь кожу.
Было больно.
Очень больно!
Ничоси как больно!
Только усилием воли заставила себе стоять ровно и не кричать. Стиснув зубы так, что, думаю, парочка точно раскрошилась, гипнотизировала взглядом Шайлас. Выражение лица моей мышки явно говорило, что и ей сейчас не сладко. По щечкам малышки потекли слезки, но она не отпускала элементаля, что-то тихо ему говоря. Родерик снова стал что-то напевать, ему вторил Райнер, наставник Шайлас. Айсхи вместе, в унисон читали текст на древнем, белым шумом проходящий мимо моего, ослепленного болью сознания.
Но вот вязь на запястье вспыхнула настоящим огнем и пропала, оставляя после себя уродливый обожженный шрам.
Я тяжело дышала, смаргивая слезы боли. Шайлас, очень бледная, сидела в круге, держась из последних сил. Элементаль пропал, на запястье девочки виднелась тусклая вязь.
Родерик с Райнером еще с минуту читали свое заклинание, контур замерцал и исчез, освобождая всех причастных.
Я бы упала, не подхвати меня Галахер с одной стороны, а Бродер с другой. Шайлас же рухнула в центре круга навзничь, жутко меня испугав. Бросилась было к ней, но была тут же остановлена сильной рукой и одновременными вскриками сразу всех.
— Нет, Виктория!
— Тори, стой!
— Айсхи, нет!
— Нет!
— Нельзя!
— Айсхи Виктория, элементаль был сильно привязан к вам, если вы сейчас приблизитесь, он вернется, все окажется напрасно, — торопливо стал объяснять Родерик, ловя мой взгляд.