Ольга Кобзева – ИльРиса. Обрести себя (страница 46)
Нервничала? Нет. Тьярику, как я понимаю, выставили из дворца, Ниота само радушие и любезность. Не хочется верить, что лиария играла, мне больше нравится думать, что я ей нравлюсь и это, кстати, взаимно. Лиар Эллит, строго настоявший, чтобы я его называла именно так, тоже во время обеда проявил себя как добрый дядюшка, множество раз заставляя меня смеяться.
РикШенс пришел незадолго до начала приема, я его ждала.
— Ты потрясающе выглядишь! — выдохнул лиар, осматривая мое платье насыщенного светло-зеленого цвета. Облегающее, почти неприлично обтягивающее. Как ни странно, ходить в нем я могла свободно, ткань оказалась довольно эластичной. РикШенс был в светло-сером костюме, однако жилет и отвороты рукавов были выполнены из той же ткани, что и мое платье. Парень осторожно сжал мою талию руками. — Боги, помогите мне удержаться! — прошептал он, глядя на меня горящим взглядом.
Будто дразня, провела языком по губам, прикусила нижнюю, глядя лиару прямо в глаза.
— Ты тоже отлично выглядишь, — заметила я. — Еще раз с днем рождения!
Забросила руки ему на шею и поцеловала. Сама, первая.
Весь вечер РикШенс не отходил от меня ни на шаг, мы протанцевали вместе кучу танцев, правда для этого предварительно, еще дома, мне пришлось немного потренироваться, но оно того стоило. Примерно в середине вечера зазвучала мелодия, невероятно напоминающая вальс. РикШенс подал мне руку и повел в центр зала. По неуловимому знаку владыки никто к нам не присоединился и кружили мы только вдвоем, в какой-то момент я совершенно потерялась, забыла о том, где мы, о том, что вокруг полно народу, были только РикШенс и я. Только его глаза, только его улыбка, только его объятия.
Стоило музыке смолкнуть, лиар резко прижал меня к себе, я видела, что РикШенс едва сдерживается, чтобы не поцеловать меня прямо сейчас. В ноги ткнулась лобастая голова, перевела взгляд вниз и заметила Грису. РикШенс что-то взял у нее из пасти, агрия отошла и улеглась неподалеку.
Будто по щелчку с потолка на нас посыпались лепестки, и пусть я не люблю срезанных цветов, зрелище оказалось настолько невероятно красивым, что улыбка невольно стала шире. РикШенс вдруг опустился передо мной на одно колено, заставив занервничать. В вытянутой перед собой руке парень держал распахнутую бархатную коробочку. Закусила губу, увидев на мягкой подложке потрясающее кольцо.
— ИльРиса Туаро, — громко, так что слышал каждый в зале проговорил РикШенс. — Я невероятно счастлив, что встретил тебя, такую добрую и отзывчивую, такую прекрасную и нежную, такую чуткую и проницательную. Представить свой путь по жизни без тебя мне не по силам. Ты — мой свет, ты — мой мрак, ты — мое дыхание, ты — моя жизнь! Клянусь тебе, что стану лучшим из мужей во всех мирах, только позволь мне эту возможность. ИльРиса, я всем сердцем и душой тебя люблю! Прошу, давай пройдем обряд единения в храме Богов, подари мне счастье назвать тебя своей парой, позволь нам обрести крылья!
В зале стояла оглушительная тишина, у меня на глазах выступили слезы, ни один звук не пробивался сквозь осипшее горло, РикШенс занервничал.
— Люблю тебя, — наконец выдавила я. Тихо, потому что от волнения просто едва не потеряла дар речи. — С огромной радостью пойду с тобой в храм и пройду обряд, ведь без тебя жизнь потеряет всякий смысл.
РикШенс выдохнул облегченно, рассмеялся, медленно поднялся с колена и надел кольцо мне на палец… средний.
Ладно, видимо идеальных предложений не бывает, — хихикнула про себя. Решила молчать об этом до конца жизни. Ни за что не сознаюсь, что что-то в таком невероятно-трогательном предложении было не так.
— Риса, я тебя люблю, — выдохнул лиар только для меня и все же поцеловал. Прямо тут, при всех, никого не стесняясь.
А я вот стесняюсь. Поэтому нас моментально поглотила воронка портала, а выбросила в моей комнате в доме отца.
Целоваться мы не прекратили и вскоре платье оказалось на полу, следом за ним полетел камзол РикШенса, жилет, брюки, рубашка… Оторваться друг от друга сейчас — все равно что умереть от жажды с кружкой родниковой воды в руках — оказалось выше наших сил.
Никаких сомнений, никаких метаний, только всепоглощающая страсть, только обжигающие поцелуи, только нежные прикосновения…
В себя пришла от солнечного луча, бьющего прямо в глаза. Поначалу пыталась бороться, но спустя несколько минут все же открыла глаза. Тело ломило, чувствовала себя, будто после марафона, но ощущения неприятными не были. РикШенс спал, лежа на спине, раскинув руки в стороны, одна даже свисала к полу, на лице лиара блуждала улыбка. Будто почувствовав мой взгляд, парень пошевелился и открыл глаза.
Поначалу, совсем недолго, в них было непонимание, почти сразу сменившееся радостью.
— Это не сон! — выдохнул будущий муж, рукой отводя прядь волос у меня с лица.
— Как ты мог подумать, что прошедшая ночь была сном? — потянулась я за подушкой, с целью задать ему трепку, так меня возмутило предположение парня.
— Мне так часто это снилось, что ошибиться немудрено, — не догадываясь о моих замыслах, спокойно ответил РикШенс, в прах разбивая всю воинственность. — Как ты себя чувствуешь? Прости, мне кажется, я был недостаточно нежен ночью.
— Хочу в теплую ванну, — призналась откровенно.
— Нет ничего проще. — Встал, легко, будто пушинку, поднял меня на руки и пошел… — А где купальня? — РикШенс растерянно разглядывал несколько дверей.
— Слева, — прыснула от смеха, до того забавно он в этот момент смотрелся.
— Ну-ну, посмейся у меня! — прозвучало не слишком-то грозно, если честно.
А потом было совместное купание, которое просто не могло не закончиться тем, чем и закончилось в итоге.
— Знаешь, о чем я сейчас мечтаю? — водя по моей груди пальцем, тихо спросил РикШенс.
— О чем? — улыбнулась.
— Чтобы сюда проник страшный дикий зверь, я бы его убил и… съел.
От хохота ушла под воду.
— Боги, РикШенс, почему сразу не сказал, что голоден? — вынырнув, спросила я. — Давай выбираться отсюда, поищем что-нибудь съестное.
— Вернешь меня во дворец? — потерся кончиком носа о мой.
— Почему?
— Неловко перед твои отцом и братом. Вдруг они дома.
— Мы вчера, думается, изрядно пошумели. Тогда неловко не было?
— Риса, не вредничай, — попросил лиар.
— Ладно, но знай, что сбегать после первой ночи — дурной тон!
— Учту! — серьезно кивнул лиар. — Сколько времени тебе нужно, чтобы подготовиться к обряду?
— А что к нему готовиться? — не поняла я.
— Вот и верно. Значит завтра с утра в храм и сходим!
Глава 43
РикШенса я отправила обратно во дворец небольшим портальчиком. Попал он скорее всего куда-нибудь в сад, потому что либо туда, либо в зал приемов. Еще легко могла отправить его в кабинет владыки. В общем, сад — не самый плохой вариант в итоге. Отправив будущего мужа, настроилась на Грису, закрыла глаза, приготовившись искать ее по всему Луидору. Но стоило только потревожить нити циани, которые могли привести к питомице, как агрия нашлась. Причем ближе, чем я думала. Внизу, где-то в районе гостиной.
Оделась, кое-как привела в порядок не до конца просохшие волосы и спустилась вниз.
— Привет, сестренка. Как спалось? — тщательно пряча ухмылку, приветствовал Деризари.
— Не спалось, — в тон ему ответила я. Гриса подошла первая, поднявшись на лапы, уперлась в грудь, лизнула лицо. — Прости, что оставила тебя во дворце, — потрепала кошку за ушами. — Кто ее привез?
— Отец. Больше ни с кем не захотела идти.
— А где он сейчас? — все-таки смущение присутствовало.
— Дома не ночевал, так что не знаю.
Заметно выдохнула, даже повеселела.
— Лиария Туаро, — в гостиную степенно вошел Шеллис. В своей привычной строгой темно-зеленой ливрее, арис выглядел уставшим. — Приказать подать завтрак?
— Да, очень голодна!
— А… ты одна будешь завтракать? — кашлянув, спросил Деризари.
— РикШенс вернулся во дворец, срочные дела, — пожала плечами, выдав часть правды. — Составишь компанию?
— У меня есть пара часов, так что да.
Прошли в малую столовую. Действительно малую. На кухне у отца никто не ест, да повара удар хватит, реши советник это сделать!
— А молоко есть? — спросила юную Марису, ловко расставляющую на столе тарелочки со снедью.
— Конечно, лиария Туаро, сейчас принесу.
— Молоко с утра? — удивился брат. — А я, пожалуй, выпью чаю. В том мире, где ты родилась, на завтрак пьют молоко? — полюбопытствовал он.
— Нет, только если дети. Самый популярный утренник напиток — кофе. Черный, горький, ароматный, говорят бодрит. Но я его никогда не любила. Пила чай или какао. Теть Марина такое какао варила на деревенском молоке! — аж глаза закрыла, наслаждаясь воспоминаниями. — Отец говорит, ты в столице почти не бываешь, все время в разъездах.
— Служба, — пожал плечами лиар.
— Чем занимаешься? Что за служба гонит из дома? — прожевав кусочек запеченной рилодки, продолжила расспросы.
— Если расскажу, придется тебя убить, — зловеще понизив голос и склонившись ко мне, выдал брат. Я аж едва следующим кусочком не подавилась. — Да шучу я, расслабься, — ухмыльнулся Деризари. — Служу у лиара Лисара, главного дознавателя.
— То есть ты страж?