Ольга Князева – Единственная для барса (страница 3)

– Да ладно тебе! Он что, прям настолько был страшный? Аля бандит из девяностых, что ты стушевалась перед этим типом?

– Он оборотень, – зло ответила, и в несколько глотков осушила бокал, со звоном поставив его на стол. – Так что ты понимаешь, что я не могу его проигнорировать. Он ведь меня найдёт. К тому же он знает, где я работаю.

Ксюша, уже снова было потянувшись к бутылке с шампанским, застыла, несколько секунд просидела в такой позе, раздумывая над моими словами, после чего недоверчиво спросила:

– Оборотень? Ты уверена?

– Ты таким тоном спрашиваешь, как будто я никогда в жизни не видела оборотней, при том, что один из них сейчас сидит напротив меня! Но он… Я даже не знаю… думаю да, хотя с этим типом всё сложно. – Оборотней я с детства умею определять, по блеску глаз и по их резковатому, характерному запаху. Да и их жесты, и поведение тоже довольно не свойственны для людей. От них так и веет самоуверенностью и силой. К тому же черты лица у них тоже заметно отличаются, есть у них какие-то заметные особенности, как, впрочем, и телосложение.

Нет, у меня ещё есть некие сомнения насчёт голубоглазого мужчины, но что-то в нём было такое хищное, опасное, что подталкивало меня к таким выводам. Хотя шанс, что я ошибаюсь, всё же есть. Всё-таки я так испугалась этой небольшой аварии, что особо не фокусировалась на мужчине.

– Да не злись, Сонь. Что-то ты в последнее время какая-то нервная. – Ксюша поставила пустой бокал на стол и, скрестив руки на груди, нахмурилась.

– А ты как будто не догадываешься почему? – язвительно ответила и поджала под себя ноги. Если бы этот мужчина был просто человеком, то я бы не переживала. Но с оборотнями у меня дела обстоят намного хуже. Их нельзя проигнорировать и им лучше не отказывать, в противном случае меня будут ждать крайне неприятные последствия. А ведь я специально так долго искала место, где поблизости не будет ни одной стаи. И вот не прошло и месяца, как я умудрилась столкнуться с одним из представителей Лунного мира.

Ну, не считая Ксюши. До сих пор удивляюсь нашей дружбе. Мы познакомились в баре, где я потеряла свою знакомую, а Ксюша поссорилась с парнем, так что мы столкнулись у барной стойки. Естественно мы разговорились, ну и поделились своими проблемами. В тот момент меня не насторожило кем она является, а наоборот, позволило хоть кому-то высказаться о своих переживаниях. Так что Ксюша узнала, кто я такая, а я узнала не только про её бывшего, но и вообще про всю её семью.

– Думаешь, он понял, что ты верфа? – уже куда более серьёзным тоном спросила Ксюша.

Я в ответ пожала плечами. Вот фиг его знает! Незнакомец никак не показал, что он понял, кто я. Если не брать в расчёт, что он хочет, чтобы я пришла к нему домой и приготовила ужин. Но я вчера, как обычно, была в линзах, чтобы скрыть золотистые глаза, да и духи я довольно щедро использую, так сказать, не скупясь, ведь меня выдаёт не только необычный цвет глаз, но и запах. Так что оборотень не должен был понять, кто я такая.

И это же надо было мне такой родиться! Верфа, нас ещё раньше называли «невестами оборотня». И какое же это гадство, быть девушкой, способной выносить и родить сильного ребёнка для зверя. Да даже не девушкой, а товаром. Ведь, как мне рассказывала бабушка, таких как я, часто ловили и продавали на чёрных рынках редким оборотням – тиграм, львам, медведям и прочим, чья численность уже на грани вымирания, но которые всё равно стремятся сохранить чистоту крови, избегая браков с людьми и другими видами. А если учесть, что девушек намного меньше, чем мужчин, и выносить ребёнка-оборотня довольно трудно, то положение верф всегда было плачевным. Своё мнение, свобода, любовь – это то, чем мы были обделены. Нас продают и покупают, не заботясь ни о наших чувствах, ни о желаниях.

А ведь кроме моей бабушки, по маминой линии, только я в нашей семье была верфой. Маме и сёстрам повезло, они, как и мой отец, просто люди, им не надо скрываться и опасаться, что в один прекрасный день их схватят и сделают собственностью какого-то богатенького зверя. Всю свою молодость моя бабушка скрывалась от Лунного мира, чтобы быть рядом с любимым человеком. И, похоже, мне уготовлена та же участь.

– А раньше ты его точно не видела?

– Да вроде бы нет. Внешность у него довольно необычная, я бы точно запомнила. – И вот стоило Ксюше об этом спросить, как у меня сразу же появились сомнения. Теперь кажется, что я несколько раз на этой неделе уже видела его чёрную «ауди». А вдруг он и правда оборотень и неспроста появился в моей жизни? И вот что мне делать? Снова срываться с нажитого места и переезжать?

– Значит, он альбинос, да? – задумчиво протянула Ксюша, – Интересно, какой у него зверь? Думаешь, он волк? Нас довольно много.

– Ты сейчас не о том думаешь, – снова не скрыла раздражения. – Меня совсем не волнует, кто он и какой у него зверь. Меня он вообще пугает. Жуткий такой, бледный, глаза холодные-холодные, прямо в дрожь бросает, когда он на тебя смотрит.

– Да не рычи ты на меня! Я, может, пытаюсь тебе помочь. Если бы нам побольше о нём узнать, что за зверь и есть ли у него стая, или семья, то я смогла бы позвонить брату и попросить выручить мою подругу. Он бы с ним вмиг разобрался. У Ника сейчас как раз компания такая мощная нарисовалась. Так что они, если что, этому белобрысому все клыки пересчитают, чтобы он к тебе больше не совался.

Я нахмурилась, и чтобы Ксюша этого не увидела, отвернулась, с деланным интересом любуясь своим маникюром. Ксюша, конечно, хорошая, иногда слишком беспечная и наглая, но вот её семья вызывает у меня опасения. И, если честно, то её родственники пугают меня даже сильнее, чем жуткий незнакомец.

А всё дело в том, что её отец был выгнан из двух стай. Из первой за жестокость, ведь он из тех, кто презирает полукровок и людей, а из второй за то, что пытался занять место альфы в обход всех традиций и правил стаи. Он не бросил вызов вожаку в открытую, а с помощью ещё нескольких оборотней, выждал удачный момент и напал на него, когда тот был со своей семьёй. Как мне рассказывала Ксюша, выжить удалось только среднему сыну. Мать у моей подруги тоже не отличалась хорошим характером, и была падкая до денег и власти, но, не выдержав побои своего супруга, сбежала из семьи, когда Ксюше не было и пяти. Три старших брата ушли от своего отца не так далеко, они такие же отморозки, которые не контролируют свою животную сущность и стремятся к лидерству.

Заводить дружбу с девушкой из такой семьи было для меня крайне опасно, и я это прекрасно понимаю, но мне стало её жаль. К тому же она, когда узнала, кто я, ни слова не рассказала обо мне своей семейке. А уж те бы такую возможность, в лице верфы, не упустили бы.

Хотя всё дело в отношениях в этой семье. Отец Ксюши и своих-то сыновей, можно сказать, «закалял», пытаясь вырастить из них достойное продолжение своего рода, а вот над ней издевался и избивал без повода. Он, как я могу понять из рассказов подруги, считает, что женщина второсортное создание и полностью подвластна мужчине. А Ксюша хоть и миленькая, но красавицей её не назовёшь, так что её отец, придя к выводу, что удачной партии с помощью дочери ему не сыграть, вообще ни во что её не ставил. Сейчас она с ним общается из-за страха, когда ему от неё что-то надо. И она не может ему отказать, ведь некому её защитить, а такой урод, если ему что-то понадобится, и из-под земли достанет. С братьями тоже всё негладко, но, как я понимаю, с младшим, Никитой, она ещё довольно неплохо общается.

И всё это Ксюша рассказала мне при первом же знакомстве, сразу, как только поведала историю своей неудачной любви. Под такие трагические россказни мы тогда много выпили и как-то незаметно сблизились. И вот я знаю, что рискую, она ведь своего отца боится больше, чем ненавидит, но отказаться от этой дружбы я уже не могу. Ксюша ведь единственная, кто обо мне знает, с кем я не притворяюсь и просто могу быть самой собой. Бабушка всегда всё держала в тайне, даже от собственной семьи, она и мне запрещала им что-либо рассказывать. Я понимаю, она хотела, чтобы хоть у них была нормальная жизнь, а вот мне всегда было одиноко из-за того, что я постоянно боялась кому-то довериться. А вот поговорить иногда хотелось, особенно, когда я хотя бы вскользь, но всё же сталкивалась с этим другим, скрывающимся от людей миром.

– Ну так что, я звоню? – всё никак не могла успокоиться подруга, снова нацелившись на бутылку с шампанским.

И всё же ей передалась какая-то часть плохого от её семейки, она ведь так спокойно говорит о том, чтобы послать своего брата и его шайку к совершенно незнакомому человеку, чтобы те ему «объяснили», что меня не стоит трогать. А ведь насчёт этого мужчины всё ещё неточно, и я могу ошибаться на его счёт.

– Не стоит. Я подумаю над этим и решу что делать. К тому же сразу видно, что он богат, да и что-то мне подсказывает, что он не одиночка. И я боюсь, как бы твоего брата с его дружками в свою очередь не стали учить, что нельзя лезть к незнакомцам.

– Ну, как знаешь. Но если он и правда оборотень, то он от тебя так просто не отцепится.

– Но тогда я не вижу смысла заманивать меня к себе. Где ты видела такого оборотня, который сразу же не возьмёт то, что хочет? Мы в том проулке были одни, ему бы никто не помешал. Тем более, если бы он догадался, кем я являюсь.