Ольга Кипренская – Яга. Дом, кот и богатырь в придачу (страница 3)

– Я что, попала в Иномирье? – перебила я. Услышанное никак не укладывалось в голове, хоть я и пыталась вертеть смыслы, как тетрис. Явь, Навь, Яга, Иномирье, знахари… Что здесь вообще происходит, э?

– Нет, на умклайдет случайно села, – поддел кот. – Естественно, это… ну пусть это будет Иномирье. Живи теперь с этим, как хочешь.

– Просто жить?

– Да кто ж тебе даст просто жить? – хмыкнул Бальтазар. – Нет, просто жить в своё удовольствие не получится. Не та обстановка, не та должность. Придётся отрабатывать полученное сверхурочно.

– Спасибо, просто от сердца отлегло, – проворчала я.

– Всегда пожалуйста, – равнодушно зевнул кот и прикрыл глаза.

– Я могу отсюда уйти? – переспросила я.

– И да, и нет, – Бальтазар посмотрел на меня как учительница математики после годовой контрольной – со смесью жалости и сожаления о потраченном времени. – Физически иди – никто не держит, но от себя не убежишь. Куда бы ты ни пошла, ты заберёшь с собой частичку Перекрестья и эту новую реальность. Увиденного не развидеть, господарыня.

– И что мне надо делать? – я отхлебнула топлёное молоко, хотя уже и не было особого желания. Каша стояла поперёк горла. Наверное, она была вкусной, но это не точно. Желудок перестало сводить, и на том спасибо. – Что ты там говорил про отработку? А если я не хочу? Никакие договоры я не подписывала, и вот, хоть сейчас могу кому-то передать этот почётный пост! Вместе с избушкой.

– Ты Яга, – кот снова вздохнул. – Часто с нами случается не то, что мы хотим, а то, что должно. Поймёшь со временем.

– А есть ещё другие? – я отставила пустую кружку. – Ну, Яги? И потом, почему сразу Яга? Может, я до возраста Яги и не доживу!

– Есть, как ни быть. Вместе с тобой тринадцать. Всегда тринадцать. Позже расскажу. А Яга, точнее Ягиня, это не про возраст и про внешность, это – должность. А если тебя внешность беспокоит, то тут ждёт приятный сюрприз, – кот прикрыл глаза, – Ягини красивы. Так красивы, что по сию пору зависть и пересуды вызывают, а уж в стародавние времена и вовсе… Спать иди, государыня. Завтра познакомлю с Елистратом, надеюсь, вы подружитесь. В крайнем случае, не очень разругаетесь. Всё равно вам деваться друг от друга некуда. Даже отравить не выйдет. Проверено.

– А кто это? – на всякий случай шёпотом спросила я. Воображение моментально нарисовало классического упыря, почему-то в вышитой славянской рубахе, сидящего посреди поросших ромашками холмиков.

– Елистрат, – пояснил кот, приоткрыв один глаз. – Проклятый богатырь.

– Почему проклятый?

– Однажды он неудачно пошутил над Привратницей, и ему пришлось шутить снова и снова, пока шутки не перестали быть шутками. Теперь вот на услужении, по хозяйству помогает, защищает при надобности. Он всегда здесь, пока срок не отмотает.

– Жуть какая, – по коже пробежал мороз. – А его можно как-то отпустить?

– Я же сказал – пока не истечёт срок. И конец его он и сам не знает, – кот чёрной каплей стёк на пол.

– Подожди! – или он отвечает мне на все вопросы, или я за себя не отвечаю! – Ты что-то говорил о моём отце. Я хочу знать. Что с ним стало? Почему он ушёл? Я могу его увидеть?

– Ведьмы не имеют семьи, – откуда-то снизу раздался насмешливый баритон. – И у Яги семьи тоже нет. Точнее, может быть, возлюбленный и даже ребёнок, но это не совсем привычная семья в понимании людей. Возлюбленный ведьмы всегда обречён. Всегда. Не важно на что – болезнь, смерть, изгнание, но вместе они никогда не будут. Должность такая. Если влюбишься, самое разумное и благородное – держаться от него подальше. Счастливых супругов можно по пальцам пересчитать, и то, это исключения, подтверждающие правило. Сила ревнива и терпит с собой рядом только равного, а так уж вышло, что все ведьмы – женщины. Нет мужчин с такими силами. И рождаются в семье только дочери. Редко, очень редко, примерно раз в столетие, у ведьмы рождается сын. У Ягинь и того реже, раз примерно никогда. И такой мальчик становится ведьмаком. Мужчиной с даром ведьмы. Очень сильным даром. Даже если его род до этого был слабым, то всё равно такой ребёнок будет по силе стоять чуть ли не рядом с Привратниками. А уж если он родился у Привратницы… Дурной знак, короче.

– Что же дурного? – удивилась я. – Можно сказать, удача, редкий шанс. Рождение самого одарённого и самого сильного. Чем плохо?

– Ну, всё не так просто, – фыркнул кот. – Начнём с того, что дар приходит только к одному ребёнку. Чаще всего к старшим детям, но не обязательно – дар может выбрать любого. Редко у сестёр будет хоть какой-то отголосок, даже на уровне самой слабой знахарки. Если бы ты знала, сколько вражды было между сестрицами из-за этого! Или ты думаешь, старшие сёстры ни за что младших изводили в патриархальном-то обществе чествования первенцев? Да как бы не так! Сила у одной и бессилие у других, которые вроде по рождению больше прав на эту силу имеют. Сказки-то вспомни.

Я напрягла память и тихо ойкнула – с этого ракурса я ещё не смотрела. А ведь если подумать, всякие Василисушки не забитыми сиротками были. Дверь с ноги к Бабе-Яге открывали. А может, потому и открывали, что это была их дверь?

– А если родился мальчик, то без вариантов – все силы отойдут ему. Но кому много дано, с того много и спросится. Ведьмаки берутся за то, где пасуют самые сильные ведьмы, влезут в те битвы, куда лезть и не следовало бы. У них редко бывают дети. Очень редко. Просто не успевают. Ведьмаков рождается мало, но ещё меньше доживает до зрелого возраста, не говоря уже о старости. Так что рождение мальчика чаще всего приговор роду. Да, это очень красивый и эпичный финал. Но финал. Когда мы узнали о твоём существовании, несказанно обрадовались. Варя, то есть Варвара, думала, что детей у Святослава нет. С тех пор, как он пропал, мы только и думали, как и где найти новую Ягу. Варвара даже дальнюю родню искала, думала, может, проклюнется где-то Сила. А потом ты вот нашлась, случайно совершенно – отголосок пронёсся. Видать, ты смогла сама, без помощи, в какой-то момент активировать спрятанную Силу. А дальше дело техники.

– Куда пропал? – я заглянула под стол. Кажется, кот решил уйти от ответа лапами. – В смысле, пропал? Мама сказала, он её просто бросил!

– В прямом смысле пропал – на Той Стороне, – кот обнаружился на лавке у меня под боком. – Ушёл и не вернулся. А за Рекой выдачи нет. Если уж сгинул там и сам не вышел, то всё – ставь свечи за упокой. Хотя скажу по секрету, мы до конца толком и не знаем, что там на самом деле происходит.

– Офигенно, – порадовалась я. – И ты мне в этом предлагаешь жить? Я завтра же возвращаюсь назад! Поживу в общаге, ничего страшного не произойдёт.

– Утро вечера мудренее, – промурлыкало уже из-под стола. – Иди спать, а там решим, кто и куда идёт. И идёт ли…

Я фыркнула. Это мы ещё посмотрим. Может, я и задержусь, но только исключительно ради того, чтобы посмотреть, а что здесь интересного. Пусть на отработку ищут другую дурочку.

– Иди, иди, я сам лампу потушу, – снова дал ценные указания голос из тьмы под столом. – Всё равно ж не умеешь ничего. А помыться завтра Елистрат баньку истопит.

Лампа начала медленно гаснуть, погружая домик в темноту. Я на ощупь добралась до спальни, стащила одежду и нырнула в постель. Завтра уже всё перестелю, сил нет. Сто процентов не усну теперь после всего этого, но хотя бы просто полежу.

Как провалилась в сон, не помню.

Глава 2

Я проснулась поздним утром и, что поразительно, поняла – выспалась на все сто. Голова была ясной и чистой, как новенькая стеклянная чашка. И такой же восхитительно пустой. Вчерашний разговор с котом казался сном, но вместе с тем я была уверена – всё это правда. От начала и до конца.

Солнечные лучи пятнышками лежали на полу и полосатом половичке, обещая погожий денёк и температуру, с трудом припоминаемую старожилами, но в самой избе было тихо и прохладно. И никакой духоты!

Я встала с постели и тут же споткнулась о дорожную сумку, которую кто-то заботливо подкатил прямо под ноги. Чертыхнулась и полезла в глубины: надо переодеться и разложить нехитрый скарб. Вчерашняя решимость взять багаж и гордо зашагать вдаль, хоть в общагу, хоть в лес волкам на съедение, пропала, а взамен её зародилось любопытство. И я не уйду отсюда, пока не посмотрю, чем дело кончится! И всё не разузнаю.

Вчерашнее чёрное-пушистое наверняка зажало самую интересную часть. Тоже мне Шахерезада меде ин такая Гарь.

Быстро переоделась в льняные брюки и футболку и выглянула в горницу. Ожидаемо никого. На столе нашлась полбяная каша (так называется?) накрытая рушником, молоко и туесок с лесной земляникой. Интересно, кто это обо мне так позаботился? Надо бы кофе найти, на одном молоке и замычать недолго. А молоко откуда? Коровы вроде нет.

И насчет баньки уточнить, или хотя бы корыта помывочного. А то ходить на речку постоянно странно. Летом ладно, ряска сойдёт за мочалку, а зимой как? Или зимой не испачкаешься? Да и не хочу я сейчас на речку, жарко там пока.

.

Хм… я отставила чашку в сторону и крепко призадумалась. С чего это я так подумала о зиме, будто собираюсь тут остаться? Неужели вхожу во вкус неспешной деревенской жизни? Или просто прикидываю на всякий случай?

Бальтазар появился будто ниоткуда. Только не было, и вот он сидит на лавке и сверлит меня огромными глазищами.