Ольга Кипренская – Ведьма на удаленке или проблема для инквизитора (страница 3)
Надо ждать Пашу с его отвёртками и тогда уже смотреть. У папулькина тоже где-то были отвёртки, но искать их самостоятельно, а тем более брать я не решалась. У него не шкаф с инструментами, а целая Нарния! Без кодового слова месяц блуждать будешь между набором сверл и банками из-под кофе “Пеле”, в которых вместо кофе давным-давно обосновались болты и саморезы.
Так, ладно, где у мамы подзарядник? Проходя мимо гостиной, уловила лёгкий аромат каких-то восточных благовоний, явно тянуло жасмином и чем-то ещё древесно-пряным. Странно. У мамы новые духи? Приятный запах, но… я остановилась и принюхалась, аромат исчез, будто его и не было вовсе.
– Я вернулся, – сообщил Паша ещё от двери и потряс маленькой красной отвёрткой. – Сейчас мы посмотрим, что там не так.
Я не стала мешать и отступила к подоконнику. Пускай делает. Интересно, а что мамулькин ему пообещала за помощь? Она обычно всегда платит, просто так попросить не в её стиле, поэтому очень странно, что она не сказала.
Кофе себе сварить, что ли? Бэс настороженно пошевелил ушами и заворчал. Странный он какой-то сегодня.
– Какой хорошенький котик, – не отрываясь от отвинчивания, сказал Паша. – Я тоже котов люблю, особенно таких пухляшей.
Глаза Бэса расширились до пределов, предусмотренных природой – его обозвали толстым! И кто? Какой-то пришлый человечишка! Ладно, ещё ветеринар, кошачьих докторов он боялся до дрожи и испытывал к ним благоговейный трепет, но чтобы какие-то там соседи…
– А какой породы он? Видно, что не дворовых кровей, такая царская осанка! – свернул со скользкого пути парень. Бэс едва заметно фыркнул – сосед был прощён.
– Порода самая благородная, – заверила я его и поставила на огонь турку. Всё-таки сварю и себе, посидим, пообщаемся немного потом. Может быть. Вон он пока к своей порции даже не притронулся, увлечённо копаясь во внутренностях ноутбука. Кот подумал и с самым независимым видом принялся намывать пузо.
Со стороны гостиной снова донёсся едва слышный щелчок. Да что там такое? Надо сходить и посмотреть. Я поднялась с места, и в это время Паша радостно возвестил:
– Нашёл! Нашёл поломку!
– И что там? – ну-ка, ну-ка! Всё-таки случайность или целенаправленное вредительство?
– Да вот разъём питания навернулся, потому и не подзаряжается даже. С собой заберу, сделаю.
– Спасибо, – с чувством сказала я и осторожно уточнила, – что я вам должна?
– Совершенно ничего, – Паша улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ. – А что вы делаете сегодня вечером?
– Надо подумать, – я достала из буфета печенье и остатки маминого пирога и поставила их на стол. Ноут парень предусмотрительно отложил на уголок. Может, и правда сходить куда-нибудь? С девчонками я ещё не созванивалась, обязательств никаких нет, Бэся разве что…
Паша не стал меня торопить, пригубил остывший кофе и потянулся за маминым пирогом. Бэс прижал уши назад и кинулся в комнату, судя по звону, что-то там уронив.
Парень внезапно перестал жевать, и его глаза сошлись на переносице, потеряв не только фокус, но и осмысленное выражение.
– Клубника-а-а, – произнёс он медленно, с явным коровьим акцентом. – Я люблю клубнику. Как вы узнали?
– Что? Какая клубника? – Я схватила его чашку, полностью наплевав на приличия и его мнение, и мне в нос ударил явный запах клубники и ещё чего-то терпко-конфетного, неопределимого, на один раз почувствуешь, ни с чем не перепутаешь… Приворотное зелье!
Но откуда оно в чашке? Я сама, своими руками наливала кофе, и ничего, кроме кофе.
– Ой, что же теперь будет? – Память услужливо подсунула: “параграф 8.24 несанкционированное покушение на свободу воли и/или выбора человека, путём подмешивания в еду/напитки зелий, взваров, отваров или иных магических компонентов, обладающих…”
Паша мотнул головой, и его взгляд стал абсолютно нормальным, за исключением лёгкой влюблённой затуманенности. Ой-ой… кажется, запечатление произошло, и кто-то конкретно так влип.
– Я вам новый кофе сделаю, – зачем-то предложила я, попытавшись убрать чашку за спину. Может, если не всё выпил, то и очнётся? Надо его быстрее отсюда выпроваживать и срочно варить противоядие, пока родная Инквизиция, которая меня бережёт, не пришла по мою душу. А уж что-что, а душу они умеют мотать, прямо на ниточки…
– Мне и этот нравится, – Паша попытался перехватить чашку. – Не стоит утруждаться.
Из комнаты раздался хрустальный звон и надсадный кошачий вопль, переходящий в низкие загробные ноты. Я вздрогнула и уронила чашку. Та упала на кафельный пол и с готовностью брызнула осколками и кофе.
Вопль повторился, а Бэс кинулся кого-то догонять, судя по топоту, прямо по потолку…
Мы с Пашей переглянулись и, не сговариваясь, бросились в комнату.
Открывшееся зрелище было душераздирающим.
Глава 5
Точнее всего это было описать как полный и абсолютный разгром. Папины сувениры и мамины безделушки валялись по всему полу, дверца шкафа висела на одной петле, стекло из двери лежало сиротливой кучкой на полу, на потолке виднелись заметные отпечатки кошачьих лап. Сам Бэся, распушившись в огромный рыжий шар, рычал на кого-то в углу.
– Что это? – Павел ошарашенно смотрел то на меня, то на потолок. И я его понимала. Сама в шоке.
– Паша, вам надо срочно домой, но…
– Мия, я же не могу тебя… – забормотал он растерянно. Я понимала: с одной стороны ему хотелось уйти отсюда поскорее, с другой – приворотное зелье не позволяло бросить ту, в которую он “запечатлился”. Хорошо, что выпил немного, можно попробовать скорректировать…
Я щёлкнула пальцами, привлекая его внимание, посмотрела в глаза и быстро-быстро прошептала наговор, велела максимально спокойным и ласковым голосом:
– Ты сейчас идёшь домой и ложишься спать. Всё хорошо, ничего не произошло, ты просто починил ноутбук и вернулся домой. Ничего не было. Ты просто очень-очень устал.
Глаза парня остекленели, он согласно кивнул:
– Всё хорошо, ничего не произошло, я иду домой, – сказал он механическим голосом и развернулся в прихожую.
Я вздохнула. Ещё одна гарантированная проблема с инквизицией с отягчающими – чародейство с подавлением воли, направленное на одного и того же человека. Но что-то мне подсказывало, что у меня сейчас проблемы похлеще, чем банальный приворот и обморочка.
Бэся снова зарычал. Я кинулась к нему:
– Кися, кися, что такое? Что ты там увидел?
В голове лихорадочно проносились образы: кикимора, домовой, какая-нибудь мелкая нечисть, дух, полтергейст. Кто ещё мог это натворить и привлечь его внимание? Явно что-то незаурядное, потому что на заурядное Бэся не кидается, да и устраивать погром в квартире ведьмы – для этого мозгов надо не иметь совсем. Даже в той небольшой доле, какая любой нечисти положена.
Хлопнула входная дверь. Я надеюсь, Паша спокойно доберётся домой и ляжет спать. И свидетелем меньше, и под ногами путаться не будет.
Разберусь с непонятным полтергейстом дома и займусь соседом! Всё будет хорошо. Точно будет хорошо, правда же? Ну скажите, что да! Хоть кто-нибудь скажите!
Господи, вот как чувствовала, что не надо мне ехать обратно в Мельск! И двух суток не прошло, а уже такое, что за оставшиеся две недели не разгребёшь.
Бэся снова завыл и сделал прыжок, словно ловил кого-то невидимого. Я кинулась к коту, и вдруг всю квартиру озарила бело-голубая неоновая вспышка. Я обернулась – входной двери не было, вместо неё источал нестерпимый стерильный свет портал.
В портале нарисовался тёмный мужской силуэт и произнёс спокойным и чуть насмешливым баритоном:
– Добрый день, я Игнат Витальевич, ваш участковый инквизитор. Всем оставаться на своих местах и отойти от артефакта огромной мощности.
Так оставаться или отойти?
Мужчина не стал давать уточнений и разъяснений, решительным шагом направившись в комнату прямо к Бэсе. Кот зашипел на него, ибо к инквизиторам питал ещё более жгучую нелюбовь, чем к мелким пакостникам.
Я потёрла зудящие от нестерпимого света глаза. Портал всё ещё фонил противным вибрирующим отсветом, даже если не смотреть на него прямо – всё равно противно до слёз.
Мужчина проявил редкую для его профессии безмозглость и протянул к коту руку, намереваясь цапнуть за шкирку. Зря он это сделал. Очень зря.
Кот оттолкнулся от пола всеми четырьмя лапами, приземлился на инквизиторское плечо, задние лапы заскользили когтями по косухе, ещё мгновение – и, ловко увернувшись от рук, он соскочил в коридор и, недолго думая, прыгнул в портал! Тот захлопнулся с противным чавкающим звуком. В кошачьей пасти были папины египетские статуэтки, слипшиеся спинами…
– А ну стой! – крикнул инквизитор и кинулся вслед за ним. – Стой!
Но было уже поздно. Я осталась стоять наедине с бардаком и злющим блондином в чёрном… И остро захотелось тоже ломануться из квартиры куда глаза глядят, в одних тапочках и домашней пижаме! Это всё напоминало какой-то кошмарный сон и настолько быстро произошло, что я не успела даже испугаться!
Что же теперь будет? Штрафом точно не отделаюсь! Ещё и Бэся…
– Вы… – мужчина обернулся ко мне, и я поразилась его глазам – они были необыкновенно холодные, льдисто-серые, пронзительные. Казалось, смотрят на самое дно души и видят малейшее пятнышко на потрёпанной ведьмовской совести. В тоне его голоса чуть ли не кожей ощущалось презрение. Не ко мне – ко всем. – Вы хоть понимаете, что натворили? Какую силу выпустили из-под контроля?