Ольга Кипренская – Дракон в мантии 5. Все твари Бездны (страница 7)

– То есть если я попрошу Луну, то мне её подарят, но только игрушечную? – понимающе кивнула я.

– Именно! – согласился он. – Так что любые контракты с Лордами чреваты неприятными последствиями, но, если подумать, шанс есть. Да, шанс есть всегда.

– Угу, – скептически хмыкнул Ник. – Особенно против Лорда, который владеет всеми знаниями!

– Право владения и право пользования это разные юридические права, – вставила я, заевший в мозгу термин. Когда мне передавали собственность на Ликию, специально приглашённый Максом юрист, или как они тут называются, долго и нудно зачитывал мне права, обязанности и расшифровку приписок мелким шрифтом. Получалось, что по аркарским законам право владения не означает автоматом, что любое имущество в поместье вот прям совсем моё. В нём живут люди, которые пользуются его землёй, например, фермеры. А право распоряжения есть у тех же управителей, как Юлик. Вот как здесь всё запутано!

– Хм, интересное замечание. – Аджим смотрел за порог не отрываясь. – А полностью ли Лорд обладает теми знаниями, которые хранятся у него в Плане? Или это огромная, постоянно увеличивающаяся свалка, на которой он вроде смотрителя?

– Всё возможно, – хмыкнул Инквизитор. – Но Лорды Хаоса не всемогущи даже у себя дома, так что не стоит приравнивать их к богам. Да, в какой-то мере они несомненно имеют некую силу, иначе все договоры с ними были бы лишены смысла. Зачем их просить, если они ни на что не способны?

– Логично, – подтвердили мы.

В распахнутую дверь задувал противный сухой ветер, но захлопнуть её мы почему-то не решались. Снаружи по-прежнему был унылый и безрадостный пейзаж, не сулящий ничего хорошего.

Хотя чего мы ждём? Очередного явления Библиотекаря народу? Так мы и до старости прождём, куда ему спешить?

– Гор, что ты там говорил об азартности Лордов? – прорезал гнетущую тишину голос эльфа.

– А? – встрепенулся храмовник. – Лорды обожают пари со смертными. По счетам они платят, но только имей ввиду, что, если есть возможность что-то извратить, они извратят. А ты что, хочешь заключить пари с Лордом? Не уверен, что это разумная идея.

– Другого пути у нас нет. – В голосе Аджима теперь прорезались авантюрные нотки. – И всё, на что мы способны повлиять, это правила и ставки. Так что будем играть на его условиях или предложим что-то своё.

– Ты понимаешь, насколько это рискованно? – задумчиво проговорил Гордин. – Сколько раз мы прошли с тобой по краю?! Вечно тебе везти не будет! Этот враг совершенно иного порядка! Если вдуматься, то даже наш драконий божок был менее впечатляющ, чем Библиотекарь.

– Отдавать инициативу Лорду Хаоса ещё больший риск, – возразил ему друг. – Здесь нет лучшего или худшего варианта, Гор. Выбираем между очень плохим и совсем отвратительным.

– Окончательное решение за Альмеди, – умыл руки Инквизитор. – Я приму любое.

– Ты как, Медь? – весело улыбнулся эльф. – Согласна? Я не тороплю, обдумай всё. Взвесь.

Хорошенькое дело – взвесь! Да и о чём думать, когда для нас любой вариант это выбор между пресловутыми хреном и редькой. Хотя в нашем положении – между крысиной отравой и обычным ядом.

– Медь, доверься мне, – едва различимо прошептал мне на ухо Аджим. – Просто доверься.

Я снова посмотрела на неприглядное, грязное небо, перевела взгляд на спокойного Гордина и насупленного Никсара и неожиданно даже для самой себя сказала:

– Я согласна. Действуем.

– Вот это другой разговор! – оживился Ник. – А то я вас прямо и не узнавал! Такая покорность судьбе, что аж на минуту жутко стало: куда пропали прежние Аджим и Медька, неужто так и будем здесь торчать?! Аж отлегло! И что у вас дальше по плану?

Глава 4. Игра началась

– Дальше будем действовать как и задумано, – заверил его Аджим. – Здесь подождём нашего любителя Запретных Знаний или сходим погулять?

– А кто тут хоть обитает? – Я судорожно пересчитывала Планы Хаоса. Чем ниже, тем страшнее твари. Библиотека же, как ни крути, ниже Безумного Города… а мне и его уже хватило за глаза!

– Тени, Всадники, они везде есть, – принялся перечислять поголовье местных обитателей Гордин. – Из специфических вроде Искатели. Это мутировавшие души тех бедолаг, которые забрели сюда в поисках Знаний. Но это не точно. Выглядят как высокие худощавые фигуры в длинных накидках с капюшоном, под которым чернота. Но это тоже не точно. Какими заклятиями владеют, и владеют ли, в принципе неизвестно. Точка.

– Негусто, – оценила я оный бестиарий. – Но в жизни не поверю, что ничего эдакого здесь не завелось. Например, книжные клопы величиной с добермана или ещё какая пакость, неповторимая и опасная. Вон, в Безумном Городе их сколько было, а тут, по идее, столько же, если не больше.

– Не факт, – едва заметно поморщился храмовник. – Специализация Безумного Города это безумие, кошмары, страхи и всё, с ними связанное. Разбег огромен, как ты понимаешь, и формы самые причудливые. У Библиотекаря же подчинении другая область Тьмы: знания, тайны, ритуалы и всё такое. Тайная Власть, Власть Знаний. Магов неспроста манит этот План, но, как видишь, более понятным он от этого не становится.

– Во многом знании многие печали, – блеснул эрудицией Никсар.

– Давайте выйдем отсюда и хорошенько осмотримся, – внёс предложение эльф. – Библиотекарь нас найдёт везде, а вот держаться за это, – он обвёл руками зал, – нет смысла. Иллюзия безопасности одна из самых разрушительных.

– Тогда пошли, – согласилась я. – Всё равно сидеть здесь до старости мы не собирались.

Аджим кивнул и первым шагнул за порог. Я отправилась следом, за мной проскользнул Ник, а Гордин, как всегда, шёл замыкающим. Мы прошли пару шагов, и я оглянулась: посреди пепельной равнины в воздухе висела дверь, за которой был бальный зал Ликии. Сюрреализм в стиле Сальвадора Дали.

Как выяснилось чуть позже, мы были на плато, или, правильнее сказать, невысоком холме, с плоской, будто срезанной верхушкой. Метров через сто от нас он полого спускался к загадочным строениям впереди. Впрочем, недалеко был ещё один холм, а рядом ещё и ещё. Земля была твёрдой, каменистой и растрескавшейся, никогда не знавшей дождя. Хотя какой в Хаосе дождь?

Мёртвые, изломанные деревья, чёрные, как после пожара, при ближайшем рассмотрении оказались скорее их окаменелостями, или похожими на них камнями,отсюда было не понять, а подходить вплотную и узнавать наверняка не хотелось.

Зелёно-фиолетовое небо, затянутое то ли облаками, то ли копотью, совершенно не менялось. Унылая безысходность.

– Такое ощущение, что жизнь вокруг остановилась, – поделился наблюдениями Никсар.

Мы стояли у края холма и примеривались к спуску. Дверь осталась далеко позади, а с ней и вера, что всё вокруг лишь неудавшийся розыгрыш или дурной сон. Неожиданно я поймала себя на мысли, что надпись: "Оставь надежду, всяк сюда входящий", весьма разумна. Без иллюзий двигаться легче, Аджим прав.

– Весьма вероятно, – вздохнул Гордин. – Если вдуматься, то знание – это застывший момент. То есть нечто неизменное. Если оно развивается, то это иное знание, да и порой ценен именно процесс познания и развития.

– А ещё знания – это иллюзия, – ввернул капитан. – Иногда даже всемогущества.

– Чем больше я знаю, тем больше понимаю, что ничего не знаю, – дополнила я философский дискурс. – Предлагаю уже пойти вперёд. Или вернёмся назад, там хотя бы стулья были.

Но это было лишним. Аджим аккуратно заскользил вниз с поистине эльфийским изяществом. Я тоже не стала задерживаться. Хоть поизучаем что тут да как, будет о чем внукам рассказать. Если будет кому рассказывать.

В отличие от Безумного Города, где расстояние и время вели себя безумно, сокращаясь и растягиваясь по своей воле, причём одномоментно, этот Город застыл не только во времени, но и в пространстве. Мы шли к нему около часа, а он всё темнел на горизонте, не приблизившись ни на йоту. Недоступная голограмма на фоне мерзкого неба.

– Всё, привал! – скомандовала эльф через два часа нашего безрезультатного путешествия. – Либо Город дальше, чем мы считаем, и это искажение пространства, либо и вовсе мираж. В любом случае лучше передохнуть и обсудить создавшееся положение.

– А зачем мы туда идём? – уточнил Никсар, скидывая с плеча свою котомочку-многомерку.

– Чтобы просто куда-то двигаться, – признался капитан. – Это хоть какой-то ориентир и разнообразие.

Друг пробурчал что-то невнятное и достал толстый коврик. Следом на тусклый свет появились мятые бутерброды с криво напиленными кусками мяса и фляга с водой. Он, как и всегда, подошёл к своим походным обязанностям как нельзя более тщательно.

– Где-то у меня было заваренное пустынное вино, для тебя захватил, – просветил он меня, роясь в котомке. – О, нашёл! Сейчас поищу чашки!

Пока Никсар жестом фокусника извлекал съестное, Гордин и Аджим шустро расстелили коврик прямо там, где мы остановились, и поровну разделили бутерброды. Зная хомячью натуру Архивариуса, можно было смело предположить, что он прихватил с собой почти всю мою кладовую. И слава богу, если честно! Пусть будет.

Библиотекарь возник перед нами, когда мы закончили перекус и тихо размышляли о том, что нам теперь делать. Капитанский план "Сначала дойдём до Города, а там уже и посмотрим" трещал по швам, ввиду невозможности до этого самого Города вообще дойти. Храмовник советовал отсидеться на месте, дескать, чего бегать, только умрёшь уставшим, а Ник, внезапно преисполнившись духом авантюризма, уговаривал пойти в пустоши – в поисках приключений на пятую точку. Я заняла нейтральную позицию, и каждую мысль требовала обосновать с позиции рациональности и безопасности. Последнее необязательно, но крайне желательно. Ну или чтобы наши шансы остаться здесь равнялись ста десяти процентам из ста.