Ольга Керимова-Лойтек – Слухи в современном обществе: социологический анализ (страница 4)

П. Лазарсфельд и Р. Мертон считали, что отдельные люди выступают как бы в роли привратников, отслеживая информацию и пропуская только ту, которая соответствует их взглядам. Затем они передают эту информацию своему окружению, т. е. тем людям, с которыми они контактируют, общаются, работают, учатся и т.д. Исследователи назвали таких людей лидерами мнения, а тех, кто обращался к ним за советом, последователями мнения.

В данной теории можно выделить три положения. Во-первых, в каждой подгруппе свои лидеры мнения, равно как и в разных темах. Во-вторых, лидеры мнения происходят из всех слоев общества, следовательно, медиасообщения в различных социальных группах могут быть интерпретированы и использованы по-разному. В-третьих, ясно, что сообщения на пути к массовой аудитории проходят через различные фильтры и поэтому, чтобы медиа достигли разных аудиторий, источник сообщений должен модифицировать его с учетом конкретных групп [44].

Итак, горизонтальные коммуникации отличаются определенной иерархией. Вследствие этого не представляется возможным говорить о равнозначном и одинаковом восприятии сообщений СМК всей аудиторией. Аудитория дифференцируется на две значительные группы. Первая – наиболее активная, коммуникабельная часть обладает наибольшей потребностью в информации. Такие индивиды ведут ее активный поиск и затем передают ее другим людям. В случае, если их информационные потребности в достаточной мере не удовлетворяются СМК, они «домысливают», интерпретируют ситуацию и, таким образом, порождают слухи. Кроме того, в деятельности лидеров мнений может сказываться и «креативная составляющая». Ситуация выглядит аналогичной той, что сложилась в массовом сознании при возникновении анекдотов, при создании фольклорных произведений и т. д. Коммуникативные посредники в целом ряде случаев (и эти случаи нуждаются в отдельном социологическом исследовании) целенаправленно создают слухи даже в ситуации, когда их информационные потребности удовлетворены. Возможно, речь идет о реализации функции самоинформирования общества, стремлении людей к альтернативной, неформальной коммуникации. Таким образом, коммуникативные посредники как бы пытаются «перехватить» вещательную инициативу СМК и присвоить ее себе. Борьба за вещательную инициативу ведется различными субъектами массово-коммуникативной деятельности на протяжении более тысячи лет, как показывает история, ведь народное творчество, фольклор и слухи известны еще в древних обществах, тогда СМК еще не существовали.

Итак, горизонтальные коммуникативные процессы характеризуются как циркуляцией информации, полученной от СМК и ретранслированной и/или «модифицированной» лидерами мнений, так и распространением слухов, не связанных напрямую с сообщениями СМК. По мнению В.В. Латынова, слухи представляют собой недостаточно проверенные сведения неизвестного происхождения, передаваемые в процессе межличностного общения [40]. Причем слухи вполне могут рассматриваться и как средство массово-коммуникативного воздействия. Это может быть актуально в ситуации искусственного создания и внедрения в массовое сознание слухов, а также при использовании коммуникаторами реально существующих слухов, которые затем модифицируются и усиливаются в нужном им направлении. В любом случае слухи могут выступать в качестве средства массово-коммуникативного воздействия, если имеет место целенаправленная деятельность по их созданию, распространению, использованию и т.д. ради достижения определенных эффектов массовой коммуникации.

Таким образом, в системе массовых коммуникаций слухи выполняют различные функции. Они могут выступать в качестве способа удовлетворения информационных потребностей аудитории, когда СМК по каким-то причинам не предоставляют информацию в необходимом аудитории объеме и качестве. Такие ситуации характерны для «закрытых», тоталитарных, авторитарных обществ, а также проявляются в чрезвычайных обстоятельствах (например, войны, теракты, захват заложников, когда информация ограничивается по понятным причинам).

Однако даже в открытых, демократических обществах, где практически не имеется «запретных», игнорируемых тем СМИ, слухи все равно распространяются, так как здесь сказывается креативность массового сознания и, кроме того, реализуется функция самоинформирования общества, актуализирующая неформальную коммуникацию в противовес формальной, в отличие от СМК.

Наконец, слухи функционируют в системе массовых коммуникаций и «благодаря» деятельности специалистов в области ведения пропагандистских информационных войн, агрессивного коммуникативного воздействия. После анализа сложившейся ситуации с функционированием слухов в массовом сознании такие специалисты используют либо реально существующие слухи, модифицируя их в нужном для себя направлении, либо создают искусственные слухи, опираясь на исследование «социокультурных координат» аудитории.

2. Социологический анализ слухов

В настоящее время в социологической и в ряде других наук (философия, психология, лингвистика) существуют разнообразные определения слухов, которые подчеркивают различные аспекты и характерные черты этого вида коммуникаций. По мнению большинства ученых, занимающихся данной проблематикой, в настоящий момент непросто однозначно охарактеризовать это социокультурное явление. Само понятие «слух», используемое в общественных науках, наверное, многозначно, поэтому и совпадения в его трактовке встречаются реже, чем различия. Чтобы преодолеть противоречивость и неопределенность использования этого понятия и дать более или менее точную характеристику, рассмотрим различные подходы к его применению.

Социальная философия связывает слухи с проявлением массового сознания. Согласно определению А.С. Ахиезера, «слухи – постоянно действующая система интерпретации событий массовым сознанием в соответствии с исторически сложившимся менталитетом. Слухи – неофициальная форма связи в большом обществе, постоянный процесс освоения событий в дуальной оппозиции: комфортное – дискомфортное состояние, тайный шепот широких масс, формирующий общую духовную атмосферу в обществе, против которой бессильны как система массовой информации, так и самые крайние методы массового террора. Слухи, достигая определенной степени интенсивности, порождают страх, фобии, дискомфортное состояние, могут превратиться в массовое действие, в неповиновение власти, в погромы и т.д., массовые движения, например бегство в “обетованные земли”, паническая скупка товаров и т.д.» [25].

Психологическое направление в исследовании слуховой коммуникации представлено прежде всего работами Т. Шибутани, который связывал функционирование слухов с развитием эффективной коммуникации, и в частности, с одним из ее видов – формальным (официальным). По мнению Т. Шибутани, «это циркулирующая форма коммуникации, с помощью которой люди, находясь в неоднозначной ситуации, объединяются, создавая ее разумную интерпретацию, сообща используя при этом свои интеллектуальные потенции» [54].

Слухи есть дополнение неформальной сетью «доверительных сообщений». Именно на базе социальных взаимодействий, которая формируется на личной основе, создаются неформальные каналы коммуникации, и доверие, которым наделяются эти источники, основано на распространенном среди участников мнении относительно их честности и надежности. Такие каналы являются обычно вспомогательными, ибо когда «доверительная» информация противоречит официальным сообщениям, от нее обычно отмахиваются как от слухов. В некоторых обстоятельствах, однако, такие незаконные новости могут даже вытеснять, официальные сообщения [25].

Примечателен и анализ распространения слухов в толпе, определяемой как неорганизованное и эмоционально возбужденное скопление людей. Это направление находится «на стыке» социальной психологии и социологии и представлено трудами таких исследователей, как Г. Лебон, Г. Тард, С.К. Рощин.

По их мнению, в толпе происходит уравнивание ее участников, сведение их к одному стандарту поведения. Индивидуальные различия людей на какое-то время подавляются, исчезают. Слухи «выполняют функцию ориентации участников толпы в складывающейся ситуации, служат для них своего рода способом соотнесения своих действий с действиями других участников и как таковые выступают в качестве коллективного процесса принятия решения, в результате которого возникают нормы поведения, цели и способы действий».

Социологическое направление представлено трудами Н. Смелзера. Он связывает слухи с коллективным поведением, чаще всего стихийным и неорганизованным, в толпе (относительно большой группе людей, находящихся в непосредственном контакте друг с другом). При этом слухи представляются самым распространенным средством коммуникации. «Слухи придают значение ситуации, которую люди не понимают, и помогают им подготовиться к действиям». По Н. Смелзеру, толпа и коммуникации через неофициальную информацию – главные элементы определения слухов [25].

Как полагает исследователь слуховой коммуникации Э. Розен, основным характерным отличием слухов является их массовый и всеохватывающий характер. «Люди во всем мире постоянно обмениваются комментариями по различному поводу, используя при этом различные средства коммуникации (телефон, электронная почта, устная беседа). Таким образом, миллиарды комментариев ежедневно передаются в мире от одного человека к другому. Это комментарии о событиях, явлениях, отношениях, проблемах и т.д. Они вызывают озадаченность, волнение, безразличие, удивление» [61].