Ольга Карелина – Смертники доброй воли (страница 91)

— В ставку не едем, — нарушил замкнутую атмосферу мрачных и не очень мыслей Адамаса Стиан, и хорон, вздрогнув, повернулся к нему. Терас как раз убирал в карман обычной, невоенной безрукавки (они оба уже переоделись в гражданское) телефон — то есть до этого он разговаривал с кем-то, а Адамас и не заметил. Надо избавляться от этого погружения в себя — разнесут, например, их машину из ракеты, а он и не поймёт, от чего умер.

— В смысле — не едем? — удивился он, внимательно изучая выражение лица своего старшего напарника. Из безмятежности оно перешло к чему-то вроде недовольства или злости — Стиан хмурился, явно о чём-то напряжённо размышляя.

— Твой бывший однокашник любезно сообщил мне, что у них совершенно нет места, чтобы приютить нас, обездоленных, до момента совместной отбывки в Седу. С какой-то стороны, это не менее примечательный факт, чем то, что Посланники — без, заметь, руководства ставки — будут присутствовать на этой конференции, ну да ладно. Когда всё готовится рухнуть, глупо обращать внимание на трещину у тебя под ногами.

— То есть остановимся в отеле в Седе? А почему бы, по твоему мнению, им там и не присутствовать? Там же все смешанные будут, а главы предприятий и вовсе с территории Азата приедут, хоть какой-то символ единства не помешает…

— Символ единства? Я тебя умоляю, — презрительно фыркнул Стиан. — В помещении будут одновременно находиться лидер организации МД с главой своей гвардии и главный секретарь президента ГШР — и так понятно, что мир, дружба и пряники. Посланники там определённо не за этим. А зачем — по причине того, что нас не хотят пускать в ставку, нам никто и не расскажет.

— Почему бы не вломиться? Кто нам запретит?

— Из тебя точно не выйдет интригана, — неожиданно рассмеялся Стиан. — Всё хочешь решать радикально. Запомни главное, Адамас. Мы с тобой сейчас осознанно идём в специально для нас устроенную ловушку. А значит, должны следовать вражеским правилам. Ну нет места в ставке, чего рвать и метать-то? К тому же Токкин присоветовал такой отличный отель — «Негасимые огни Седы», поэзия…

Адамас закашлялся.

— Это разве не тот, где будет конференция?

— О, ну конечно. Чтобы далеко не ходить, ясное дело, что мы будем присутствовать, уже и приказ вышел. А ты думал, будем по-шпионски ползать по потолкам?

— Хватит, Стиан, я не такой дурак, — поморщился Адамас, и Стиан хлопнул его по плечу.

— Это я так расслабляюсь, с помощью дурацких шуточек, не обращай внимания… В общем, едем в отель «Негасимые», чтоб их, «огни» и сердечно благодарим Токкина за заботу. А там действуем по обстоятельствам.

— У вас с отцом точно нет никаких идей, что там может быть? — Адамас наконец задал мучивший его эти сутки вопрос: после нахождения послания от Десмонда так и не решился. Стиан загадочно улыбнулся.

— Разве что парочка. Обидно, что у Аспитиса этих идей нет, иначе он после предупреждения Рэкса и нос бы туда не сунул. Ну да это только на руку.

Адамас молча отвернулся обратно к окну. Он бы и эту страницу из Библии счёл ловушкой, этакой приманкой, чтобы они со Стианом пришли куда надо, — если бы не был уверен, что враги не могут быть о них настолько низкого мнения. Десмонд лишь сделал так, чтобы они не сомневались, что Седа — верный выбор и что опасность в первую очередь там будет грозить Аспитису, может, поэтому и отец не слишком переживает за их жизни. В свете этих обстоятельств, видно, их скорее возьмут в заложники. Но как же, чёрт подери, это всё сложно, хоть всю голову сломай — всё равно не дойдёт!..

Придя к этой мысли, Адамас неожиданно успокоился. Пока нет смысла пытаться постичь непостижимое. Они сейчас ничего не решают — раз уж вызвался быть наживкой, виси на крючке и не выпендривайся. Рыбаку виднее.

Ставку было видно на горизонте — почти укреплённый форт, чуть ли не единственный расположенный максимально близко к дислокации вражеской, в данном случае аркановской, армии. Адамас знал, отсюда до них от силы километр, Седу-то отбили, а соседние земли так и остались под Азатом, чересчур уж яростно пока он за них цеплялся. Ставка была в вечно военном положении — может быть, и имелся смысл в том, чтобы не соваться туда без веской причины. На дороге между ней и Седой оказался такой же суровый блокпост — в кои-то веки хорону и терасу пришлось показывать не приказы, а чипы, да ещё и усовершенствованным сканерам, распознающим почти любую подделку. Машину тоже тщательно обыскали, и прохождение блокпоста ощутимо затянулось.

Тем не менее через час они уже были в Седе — ярком, полном стеклянных и хромированных зданий, взмывающих шпилями в самые небеса, вылизанном до последней пылинке городе, за которым с одной стороны полгоризонта закрывал Дракон, а с другой расстилалась пыльная жёлтая степь. Отель оказался почти в самом центре, и Адамас вволю успел налюбоваться седовской архитектурой и живыми зелёными островками с разнообразными деревьями. После посещения номера надо будет выйти прогуляться по здешним мостовым ногами — когда ещё выпадет такой шанс, тем более что до конференции оставалось целых два часа.

Администратор «Огней» встретил их с благодушной вежливостью в отличие от самого отеля, из которого в преддверии важного сборища явно выселили всех клиентов, а с ними и добрую половину обслуживающего персонала. В гулкой тишине — даже музыки в фойе не играло — администратор выбрал нужный Стиану номер (недолго думая, тот и вправду попросил поближе к конференц-залу, который оказался на одиннадцатом этаже), потом позвал своего помощника, крепкого молодого кейера с наполовину светло-русыми, наполовину ярко-рыжими волосами, чтобы их проводить, хотя, по мнению Адамаса, найти номер они могли бы и сами. Помощник показал им большой, полустеклянный лифт, в мгновение ока вознёсший их на десятый этаж — максимальная близость к главному для этого отеля мероприятию, к которому, казалось, ещё даже не начали готовиться. По такому же пустому, как и фойе, коридору помощник администратора проводил гостей до одной из закрытых дверей, сделанных под красное дерево, и, открыв её, первым вошёл в номер.

— Две комнаты, очень удобные кровати, у каждой — телевизионная панель, вот здесь пульт, смотрите, — начал рассказывать он, показывая руками то в одну, то в другую сторону. — Ванная, туалет, в шкафу тапочки, возьмите, кстати. Кондиционер, тоже с этого пульта, — в доказательство своих слов кейер взятым с одной из тумбочек пультом от телевизора включил расположенную у потолка вентиляцию, немедленно начавшую гнать умеренно прохладный воздух. — Если что, в тумбочке инструкция, но я могу всё показать сейчас, хотите?

— Неужели всё так… сложно? — Адамас и сам не понял, почему вдруг запнулся. Голос кейера донёсся до него как сквозь туман.

— Нет-нет, что вы, но не все сразу разбираются, люди, в конце концов, приезжают отдыхать, а не сражаться…

«…с техникой», — вроде были его последние слова, но хорон скорее догадался о них, чем услышал, к тому же и без них фраза звучала неплохо. Неверно, они-то прибыли как раз сражаться — вот и комната качается, как будто смотришь с разных ракурсов боксёрский поединок, и Стиан, точно как поверженный противник, лежит на полу, а в ушах — шум, звон, и в глазах — сплошные помехи, будто его собственные камеры поймали не ту частоту…

Перед тем как отключиться, Адамас ещё успел увидеть из ниоткуда появившихся около них двух плечистых то ли сормахов, то ли веров — их рост всё никак не определялся, — а потом дребезжащие помехи наконец сменились приятной чернотой.

Очнулся он уже со связанными за спиной руками и дурной головой — пришлось приложить некоторые усилия, чтобы понять, что вокруг происходит. Рядом, в шаге, такой же связанный, лежал Стиан, медленно моргавший мутными глазами, недалеко от него стояли те самые двое — теперь уж точно — сормахов, а чуть поодаль — помощник администратора, приведший их, как и предполагалось, в ловушку.

— Ну вот заодно и проверили, — удовлетворённо заметил он, показывая на свои блестящие невообразимо ярко в свете ламп тонкие часы с большим круглым циферблатом. — Всё отлично работает. Да и вы вроде падать не собираетесь.

— Только руки как будто дрожат, — согласно качнул головой один из сормахов. — Ладно, ты иди, с остальным мы разберёмся.

Кейер испарился из окружающего пространства — Адамас вроде только-только моргнул, — а второй сормах, ещё пока не сказавший ни слова, извлёк из-за пазухи тёмную прямоугольную коробку и достал оттуда два инъектора с прозрачной жидкостью. Один он отдал напарнику, со вторым подступил к Адамасу. Его, пока неспособного сопротивляться, чуть приподняли и укололи в шею рядом с правым ухом. Немедленно дурнота и слабость стали рассеиваться — и уже в куда большей детализации Адамас увидел, как получивший такую же инъекцию Стиан неожиданно для сормахов вскакивает на ноги и, совершенно не нуждаясь в руках, пытается оглушить сразу обоих.

Сормахи пришли в себя почти сразу. Адамас ещё не успел внятно ответить себе на вопрос, зачем Стиан сопротивляется, когда они вроде как должны играть по правилам, а враги уже вдвоём опять повалили его — судя по закатившимся глазам тераса, более качественно, чем пущенный в номер газ.

— Надеюсь, больше эксцессов не будет, — процедил сквозь зубы сормах, оставляя Стиана лежать на полу и поднимаясь на ноги. Его напарник меланхолично щупал синяк на скуле, заработанный во время разборок. — Надо будет сказать, чтобы ему вкололи что-то часа на два, а то каждые десять минут так бегать — увольте.