Ольга Карелина – Эффект Домино (страница 9)

- Ты уже в курсе? - он кивнул на экран, и Рэкс, сжав кулаки, резко поднялся.

- Почему мы ничего не сделали?

- Не успели, - Квазар пожал плечами. - Они провернули всё быстро и начали с семьи Айваза. Там же, скорее всего, нашли информацию, где живут остальные члены клана. Кто-то явно их сдал. Но - это уже не наша война. И не Аспитиса, что бы он там ни говорил.

- ГШР не будет с ними разбираться?

- Если Отрядом управляет умный человек, он рано или поздно пойдёт на сближение с кем-то из нас - вероятнее, конечно, с МД, - и мы включимся, если появится перевес. Опять. А пока без разницы, кто владеет подпольным Севером. Полезут на гражданских - получат своё. Но местью Генштаб не занимается.

- Кирсте же наши союзники! Что подумают теперь о ГШР: что мы в любой момент готовы отвернуться от своих друзей, потому что это "уже не наша война"?!

- Были нашими союзниками, Рэкс, - отрезал Квазар. - Никого не осталось. Ни единого флага, за который можно идти в бой. А местью, повторюсь, мы не занимаемся.

Рэкс промолчал и сел обратно. Ему вспомнился Домино: зачем вообще было заканчивать эту войну, если она возобновилась через три года и на таком количестве трупов? Почему нельзя просто переловить всех возможных бандитов там и устроить им справедливый суд?

Квазар ободряюще положил ему руку на плечо и ушёл на своё место. Какое-то время они проработали в молчании - Рэкс тщетно пытался сосредоточиться на отчётах. Дядя первым нарушил тишину:

- Знаешь, будь моя воля... Они там все крови хлебнули бы, честное слово. Такую подлость нельзя прощать, иначе эта мелкая шушера быстро возомнит о себе невесть что. Но президент распорядился иначе, а кто я такой, чтобы ему противоречить?

- Как быстро наш голос перестали слышать, - хмыкнул Рэкс, у которого в один миг отлегло от сердца. - Кажется, с моего отца... И ты всё ещё не можешь ничего исправить?

- Нет, почему, что-то могу, конечно, - Квазар невесело улыбнулся, глядя на него поверх монитора. - Но этот случай слишком крут, и до его советников не докричишься. Эдриан очень боится войны, ты в курсе. Мы на ту-то его еле уболтали, если можно назвать войной эту кратковременную стычку в горах, во время которой Мйоте вспомнили даже те молитвы, которых не знали. А здесь у нас нет повода и на крохотный рейд. Организовал бы это всё Аспитис - вот тогда наш президент задёргался бы, как же, начистить хвост своему любимому брату - святое дело. Но, во-первых, Аспитис не самоубийца: ему скорее стоит опасаться, что свою игру новый вождь Севера начнёт в первую очередь на его территории как более уязвимой в моральном плане; а во-вторых, у него своих дел хватает. Сын вот сегодня родился...

Рэкс лишь поднял брови, оценив это незаурядное событие. Квазар усмехнулся, отводя взгляд, и его племянник решил сменить тему.

- Почему ты позволил им заменить нам куратора? Не рановато ещё?

- Конечно, рановато. Но, пока я вернусь из этой командировки, будь она неладна, вы уже сдадите экзамены, а подготовки лишитесь. Не дело. Не переживай, Лемм - отличный солдат. Поверь на слово.

- То есть это ты его нам подкинул?!

- А кто же? - фыркнул Квазар, видимо веселясь. - Как будто я позволю кому-то решать судьбу группы моего племянника, пока я жив. Считай его моим протеже и не сомневайся в нём. Ручаюсь как за себя.

- Ладно... Только всё равно странно, что кто-то из Шштернов оказался не таким, как вся их семейка. Или тоже твой очередной старый друг? Я после Аспитиса уже ничему не удивляюсь.

- Нет, но ты рассуждаешь верно, - Квазар расхохотался. - Подумай ещё, глядишь, догадаешься. А теперь за работу, солнце ещё высоко, племянник!

Покачав головой, Рэкс уткнулся в бумаги, жалея, что Кит в больнице и он за всеми разговорами так и забыл высказать ему в лицо за то, что свою часть он тянул до последнего, задерживая их всех, а главное их лидера, которому всё это нужно было суммировать и относить в деканат.

Когда Рэкс закончил с отчётами, часы пробили три. Квазар давно исчез из кабинета: у него всегда находились важные дела, требующие его непременного присутствия, и Рэкс даже не сразу сказал бы, когда это произошло. Собрав всё в папку, которую надо было сдать в понедельник, хорон последний раз мысленно помянул Кита недобрым словом и решил наконец дойти до Розы и Бориса.

Покинув кабинет, он поспешил к лифту, чтобы спуститься на уровень учебных и рабочих лабораторий. Борис, лучший студент химического отделения Академии за последние десять лет, получил в них место в начале третьего года обучения, тогда же к нему перевелась Роза, как раз окончившая специалитет обычного гражданского университета с красным дипломом и приглашённая после него работать в ГШР. Вот уж кто действительно был гением-учёным: Роза начала серьёзно заниматься наукой только в школе, потому что семья, в которую она попала из детдома в девять лет (кстати, из того же, где в то время был Борис, правда, он тогда ещё об этом не знал), не захотела поддерживать её начинаний и ей оставалось лишь читать книжки по химии да молекулярной биологии. Но стоило начаться пятому классу, как вся школа узнала, насколько далеко она впереди всех сверстников. Она, кажется, работала на одной только интуиции: Рэксу с трудом верилось, что в её голове сохранилось осознанным такое огромное количество информации от прочитанного, чтобы всегда знать, почему выходит так или иначе или не выходит вовсе. Да и всем интересующимся Роза объясняла свои действия чересчур уж простым языком - сразу видно человека, в которого формулы въелись так глубоко, что он уже и не назвал бы их, если бы спросили.

Борис смотрел на неё восторженными глазами и в школе, и сейчас - поэтому причиной их вечных ссор и споров было, конечно, не то, что он не мог принять её превосходства. Они сошлись когда-то из-за его влюблённости в неё и разошлись из-за несоответствия рас и воззрений на это несоответствие по отношению к обществу, но Борис не собирался так просто от неё отступаться. Правда, их перешедшую в дружбу любовь воспринимал как-то уж слишком, на вкус Рэкса, специфично.

Впрочем, у кого в их компании была стандартная дружба? Альфреда они с Китом терпели рядом с собой, кроме работы, не находя точек соприкосновения. Забава, ушедшая в заботы о детях (ради возможности самого их появления Рафаэль когда-то её и оставил, если, конечно, верить его словам), почти перестала встречаться со своими давними, с первого класса, подругами. Китти в своё время чуть не разругалась с ними же из-за своего повального увлечения каждым симпатичным представителем мужского пола, хотя все прочили ей в пару Кита. Роза больше всего общалась именно с Борисом, а Рафаэль, между прочим, потомственный агент Генштаба, вообще уехал в Дельфию поступать в гражданский институт. Да и бывает ли по-другому? У Квазара тоже всегда были странные друзья...

Эту мысль Рэкс додумывал, уже входя в отделения лабораторий. Ярче всего о нестандартности мышления его дяди и его отношении к жизни говорило то, что Аспитис Пикеров, младший брат президента ГШР Эдриана, был его лучшим другом - и остался, даже уйдя в противоборствующую организацию и заняв там пост "самого главного злодея". Такое в их истории противостояния было впервые, и Квазар вовсю пользовался своим положением. МД тоже изменилась: в той стычке с Мйоте Аспитис поддерживал их лишь по старой памяти, как и Квазар, считая, что Север должен поровну принадлежать правительству и ему, а не каким-то там кланам, как это повелось с его освоения. Если так всё пойдёт и дальше, вполне может однажды наступить момент, в который правящие круги наконец поймут, что в четырёхсотлетней борьбе "добра со злом" более нет смысла, и мир впервые вздохнёт спокойно.

Остановившись перед дверью с номером 1А-320, Рэкс уже поднял руку, чтобы постучаться, как до него донёсся громкий голос Бориса, и он замер, не желая вмешиваться.

- Ну почему, почему ты никогда меня не слушаешь?! Я понимаю, что ты наш местный гений и всё такое прочее, но у меня-то опыта побольше! Почему нельзя просто принять мои советы?

- Потому что я хочу сама! - отозвалась, не менее разъярённо, Роза, и Рэкс поразился: оказывается, и эту тихую девушку можно довести до белого каления. - Сама, понимаешь? С твоей помощью я ничему не научусь, а я хочу развиваться! Что тут непонятного?

- Вот оторвёт тебе пару пальцев - по-другому заговоришь!

- Ты не путай, любитель непроверенных экспериментов у нас ты, а не я! Лучше о сохранности собственных пальцев позаботься!

- Да? А ты - о том, чтобы твоя теория хоть немного пересекалась с практикой! А то так и будешь топтаться на одном месте!

Борис начал выражаться непоследовательно, и Рэкс мысленно попросил его, чтобы в своём неконтролируемом гневе он не перешёл на личные оскорбления. Иначе за Розой придётся долго на коленях ползать, вымаливая прощение.

- Как будто я не знаю, почему ты так злишься, - неожиданно спокойно проговорила Роза. - Ты стремишься хоть как-то контролировать меня, раз уж завоевать не получилось. Только не на ту напал, ясно? Своё превосходство выражай в другом месте!

Ну кто бы мог подумать, на личный фронт первой ступила Роза. И, наверное, зря.

- Нужна ты мне, - прошипел Борис. Рэкс едва успел отскочить в сторону, когда его друг, тоже хорон, вылетел из кабинета и чуть не столкнулся с ним самим нос к носу. Дверь за Борисом шумно задвинулась.