Ольга Кандела – Дарственная на любовь (страница 4)
Пожалуй, первым делом, после того как найму рабочего, распоряжусь задраить все щели, чтобы не дуло, и хорошенько замазать окна перед наступлением холодов. А то ведь осень на дворе. Не успеешь оглянуться – и зима нагрянет. А жилище, в первую очередь, должно быть теплым.
Так незаметно я уплыла в свои мысли, думая о многочисленных делах. А спустя какое-то время поймала себя на том, что жую уже второй пирожок из корзинки. Вот же… Задумалась!
Так и поправиться недолго, если наедаться на ночь!
Отложила надкусанный пирожок и встала, хорошенько потянувшись. Кажется, мне тоже пора в постель. Накрыла холстиной корзинку и, не удержавшись, в последний момент все же сцапала недоеденное лакомство. Взяла с подоконника масляный фонарь и пошла к себе. Поднялась по небольшой лесенке, дожевывая последний кусочек, да чуть не навернулась, поскользнувшись на попавшей под ногу луже. На нос упала здоровенная холодная капля.
Вот же проклятье! Крыша протекла! И теперь в копилку общих дел добавилось еще одно, весьма срочное и затратное! А мне пришлось потратить добрых два часа, чтобы собрать с пола всю натекшую воду и подставить в местах протеков ведра. Да, крыша прохудилась не в одном месте… И если капает уже в коридоре второго этажа, остается только догадываться, что там творится на чердаке…
Хоть легла я поздно и толком не выспалась, но первым делом, открыв поутру глаза, пошла проверять масштабы катастрофы. В коридоре по-прежнему капало, и ведра мои наполнились уже доверху. Вылив всю натекшую воду, я решила проверить чердак.
Наверх вела узкая крутая лестница. Я вооружилась тряпкой и тазом и, заправив за пояс длинную юбку, полезла на чердак, цепляясь свободной рукой за ступени. Дверь в потолке открыла с трудом – заржавевший замок никак не хотел поддаваться. Но я все же справилась и, как и ожидалось, узрела настоящий потоп. Видно, крыша совсем прохудилась, придется менять черепицу.
Помимо прочего здесь обнаружилась еще куча разного хлама, который изрядно вымок за прошедшую ночь. И мне понадобилось немало времени и усилий, чтобы разгрести всю эту рухлядь и просушить полы. Под конец работы стало откровенно душно – на улице выглянуло солнце, и крыша нагрелась. А желудок ощутимо сводило от голода, и я всерьез пожалела, что не позавтракала, перед тем как лезть наверх. Хельга уже не единожды звала меня за стол и, кажется, всерьез обиделась, что я не иду так долго.
Но мне хотелось покончить со всем разом, чтобы уже не возвращаться. А когда я собралась уходить и заглянула в люк, прикидывая, как лучше спуститься, то вдруг почувствовала, как закружилась голова.
Шерх, а тут, оказывается, высоко… Слезать страшно, да еще все плывет перед глазами. И опора под ногами кажется шаткой. Ох, не стоило засиживаться в этой духоте!
Я опустилась на верхнюю ступеньку и прикрыла глаза, потихоньку приходя в себя.
– Хозяйка! – Кухарка стояла под лестницей и глядела на меня обеспокоенно. – Что ж вы тут? Спускайтесь скорее! Уж давно оладьи остыли.
– Ага, сейчас… Я просто, кажется, высоты боюсь. Я вяло улыбнулась, а Хельга всплеснула руками:
– Ох, ты ж! Погодите, я мигом! Позову кого-нибудь, никуда не уходите.
– Хельга, не надо. Я сама…
Но кухарки уже и след простыл – убежала звать подмогу. Вот же… Как будто тут чем-то можно помочь.
Ну, подумаешь, дурно от духоты стало. Вот уже и прошло.
Я аккуратно развернулась и потихоньку, на четвереньках, слезла по лестнице. Одернула платье и чуть ли не вприпрыжку сбежала на первый этаж, распахнула дверь, глубоко вдыхая свежий воздух. И нос к носу столкнулась со спешащим на выручку Томом. А в распахнутые ворота и вовсе вбегал запыхавшийся Харт.
Многоликий Эхжи, да она всю улицу на уши поставила!
– Все хорошо, не стоит беспокоиться, – бодренько улыбнулась я и махнула рукой, отправляя сторожа восвояси. Тот послушался, а вот сосед подошел и еще раз осведомился, все ли в порядке.
– Говорю же, все нормально. Просто Хельга слишком впечатлительная.
– А, ну тогда ладно. – Харт перехватил шляпу и уже собирался уходить, как вдруг развернулся. – Я тут подумал… – начал он несмело. – У нас праздник урожая на грядущей неделе. А вы тут одна живете. Может, придете к нам? По-соседски… У нас обычно весело… Запекаем жаркое в самой большой тыкве. А девочки играют в шарады. У них здорово выходит…
Я застыла, не зная, что ответить.
К такому я была совершенно не готова. Харт, конечно, парень хороший, и дочурки у него славные, но слишком уж все быстро закрутилось…
– Ну так что, придете? – переспросил он, с надеждой вглядываясь мне в лицо.
А у меня словно язык к небу прирос: прямо отказать неловко, а ни одной хорошей отговорки в голову не идет.
– Я постараюсь, – ответила уклончиво, так ничего и не придумав, а мужчина радостно улыбнулся:
– Мы будем очень рады.
Бурый не обманул. На пике Хэджи все было готово для предстоящего ритуала. На самой вершине была расчищена ровная площадка, а вокруг разрыва встали кольцом ритуальные валуны, ровно восемь – по количеству кланов Долины.
Теар обошел их по кругу, дотронулся рукой до гладкой, словно отполированной, поверхности, чувствуя исходящее от камней тепло и энергию. Конечно, ведь привезены они были не откуда-нибудь, а из самой Серебряной рощи, оттого и пропитались магией. И наверняка вывезти камни было непросто: роща не отдает свои богатства просто так. И остается лишь догадываться, какими правдами и неправдами Бурым удалось провернуть это дело.
Теар прошел по сбитому деревянному мостику, переброшенному через расщелину, и мельком отметил, что разрыв стал шире. Нахмурился, глянул в небо. Луны было не видать. Да и откуда? Еще с вечера небосвод затянуло тяжелыми черными тучами. И сейчас на пике стояла тьма, освещаемая лишь несколькими фонарями на высоких столбах. А еще в этой темноте можно было различить свет, льющийся из расщелин – красный и кровожадный, словно там, под горной толщей, бушует адское пламя. И воздух вокруг висел густой и теплый, с частичками пыли и пепла. И хотелось поскорее убраться отсюда. Глотнуть свежего воздуха, почувствовать запах надвигающейся грозы.
Но сначала – дело… И стоило поспешить: до рассвета осталось не так уж много времени. А поутру сюда наверняка прибудет король со свитой.
Теар безошибочно определил валун, у которого ему надлежало стоять во время ритуала. Оглядел со всех сторон, прикидывая, где бы лучше начертить магические символы. Мало того что они должны быть незаметны, так еще и не должны помешать рунам основного заклинания, которые нанесут перед ритуалом. И по всему получалось, что воронку придется строить под самым камнем. Более удачного места не придумаешь. Лунный уже вознамерился сдвинуть валун, как вдруг уловил чьи-то мягкие шаги за спиной. Обернулся стремительно.
– Какой неожиданный сюрприз! – По узким губам собеседника расползлась улыбка, а Теар чуть не сплюнул с досады. Кого он сейчас меньше всего желал встретить, так это Ойнэ Огненного.
И что понадобилось этому недоноску на пике?
– Не ожидал, что встречу здесь кого-то…
– А уж я-то как не ожидал! – не удержавшись, съязвил Теар и, заложив руки за спину, отошел от камня.
Интересно, как долго здесь находится Огненный? Как давно наблюдает за ним, а главное, какие выводы успел сделать? Ведь сорвет же к шерху все его планы!
– И что привело тебя на пик?
– Наверное, то же, что и тебя, – пожал плечами Лунный. – Хотел убедиться, что все готово к предстоящему ритуалу.
– Ну, это можно было сделать и утром.
– А мне не спится…
Шерх, и чего этот красноволосый к нему привязался?! Теар ведь может задать ему тот же вопрос!
– Хм… – усмехнулся Ойнэ. – Видишь, в чем-то мы все-таки похожи.
Угу… Видимо, в том, что оба любим шляться по ночам…
– Это вряд ли, – скептически заметил Лунный.
– Ну почему же? – Ойнэ плавно двинулся в сторону и принялся обходить Теара по кругу, не спуская с собеседника внимательного взгляда. А Теар поймал себя на том, что готов перекинуться в любой момент. – Мы ведь оба заинтересованы в удачном завершении ритуала. Разве не так?
Ойнэ вздернул рыжую бровь, а Теар непроизвольно сжал кулаки.
Что за игры ведет Огненный? К чему все эти разговоры?
– Разумеется, – выдавил Лунный.
– Ну, вот и славно! Что ж, удачной прогулки! – неожиданно миролюбиво произнес собеседник, довольно оскалился и, к изумлению Лунного, поспешил откланяться.
Теар постоял несколько минут, не понимая, что это сейчас было. Потом еще раз обошел валуны по кругу, особо заострив внимание на камне, положенном Огненному, но никакой посторонней волшбы не почувствовал. Но ведь за чем-то же приходил Ойнэ… Уж точно не полюбоваться разрывом. И еще непонятно, ушел ли он окончательно. Быть может, наблюдает за Теаром из темноты, прикрывшись заклинанием сокрытия.
Хотя… В подобных заклинаниях Красная Заря была не сильна, а потому…
Мгновение – и с пальцев Лунного сорвалась поисковая паутинка. Сотни крохотных огоньков разлетелись в стороны, рисуя пред внутренним взором итару картину окружающей местности. И, как ни странно, никого, кроме стражи, стоявшей на горной тропе, поблизости не обнаружилось.
Что ж, значит, стоит рискнуть.
Валун оказался тяжелым. Даже на то, чтобы просто сдвинуть его с места, ушло немало сил, хотя итару отнюдь не был слабаком. Но вот перед ним открылась ровная каменная поверхность, и, шумно выдохнув, словно перед прыжком в воду, Лунный принялся вычерчивать руны заветной воронки, вливая в каждый символ львиную долю магии.