Ольга Камышинская – По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 (страница 61)

– Мы с Люком против вас с Илоном, – сказал Травис и подмигнул Илону.

Илон хмыкнул.

Схватка обычно начиналась после сигнала магистра.

Травис воспользовался тем, что Вивьен отвлеклась, оглядывая полигон и прислушиваясь к командам магистра Верда, и грубо толкнул ее еще до свистка.

Она оступилась, взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, неуклюже поскользнулась, запуталась в плаще и мокром платье, и свалилась в грязь. От неудачного падения громко треснула ткань юбки, и Травис презрительно рассмеялся:

– Схватка еще не началась, а ты уже завалилась на обе лопатки?! Здесь нет Главного мага, чтобы порадовать тебя, детка…

Люк и Илон нависли над ней, даже не пытаясь помочь подняться, и загоготали над пошлой шуткой Трависа, явно наслаждаясь ситуацией.

.

Вивьен опешила, глядя на раскрасневшиеся, ухмылявшиеся лица парней.

За что они с ней так? Что она им сделала? Кто они такие, чтобы позволять себе так с ней обращаться? Хотят померяться силами? Пусть вызывают на магический поединок, сразу будет видно, кто чего стоит. Но не так, как с ней поступили сейчас – подло, унизительно, исподтишка…

Она ошарашенно уставилась на однокурсников.

– А ты пореви, пореви, а лучше сбегай, нажалуйся на нас декану! Ха-ха!.. Он тебя пожалеет. Или тебе нравится, когда жалеет лорд Моро?

Слова Трависа неприятно резанули.

Внутри Вивьен мгновенно выплеснулись дикая злость и ненависть. Сидя на мокрой земле, перепачканная их мерзкой выходкой, она, не мигая, снизу вверх смотрела на глумящихся над ней парней. Из раздувавшихся ноздрей пошел, обжигающий губы, горячий воздух. Глаза хищно сузились, тело напряглось и налилось силой.

Парни, не замечая произошедших в ней перемен, продолжали искренне веселиться.

«Вивьен, помни, тот, кто тебя злит, управляет тобой.» – пронесся в голове голос Шайен Терра.

Она сглотнула с усилием, вдохнула глубоко и резко выдохнула, опустила глаза, потом оперлась ладонью о землю, словно собираясь подняться, сгребла в комок полужидкую грязь, что нащупала под рукой, и когда Травис присел на корточки, чтобы поближе рассмотреть, как жалок поверженный противник, метнула ему прямо между глаз с близкого расстояния увесистый шмат раскисшей холодной земли.

Тот, не ожидая такого, зашипел, закрывая ладонями лицо:

– Гадина! – вскочил и попытался вслепую пнуть её.

Вивьен увернулась от удара, мгновенно оказалась на ногах, приподняла юбку и сама пнула его со всей силы под коленную чашечку, и почти сразу – в пах. Травис взвыл и осел на землю.

Не давая ему передышки, коротко и хлестко врезала ладонью по его руке, оттирающей нос от грязи, впечатывая ее со всей силы в переносицу.

Травис заорал от боли.

– Эй, ты что делаешь?! – забыв про магию, Люк растерялся и бросился на помощь к Травису. – Ты как, Трав, цел? Дай посмотрю, у тебя кровь…

Вивьен быстро нагнулась и разорвала мокрую ткань сковывавшей движения юбки до колена сначала с одной стороны, потом с другой.

Краем глаза Вивьен заметила Теа. Она стояла неподалеку, раскрыв рот от удивления и хлопая глазами. За ее спиной с другого конца полигона в их сторону несся Орис.

«Не успеет», – подумала Вивьен.

В этот момент сзади на нее налетел Илон, больно схватил за волосы и потянул на себя. Она лягнула его со всей силы так, что он отпустил ее. Развернувшись, резко и сильно ударила его кулаком в незащищенный живот, а когда он завопил и пригнулся, добавила удар лбом в переносицу.

– Ведьма! – застонал Илон, падая сначала на колени, а потом заваливаясь набок.

– Да. – сразу согласилась Вивьен.

– Ты что делаешь?!.. Да я зарою тебя по глотку в землю, шлюха! – заорал Люк, с ненавистью кидаясь на нее.

– Начинай. – круто развернулась к нему лицом и со всей силы врезала кулаком в челюсть, разбивая парню губу в кровь.

Когда раздался сигнал начала поединка, трое валялись на земле. Двое из них выли от боли.

К ним с разных сторон бежали магистры.

***

Вивьен сидела на стуле в центре кабинета ректора.

С прямой спиной, в мокром, рваном и грязном платье. Из прорехи на юбке торчала голая, ободранная и грязная коленка, правый рукав был наполовину оторван, на локте ссадина, руки и ладони перепачканы мокрой землей, костяшки пальцев сбиты, как у заправского драчуна, волосы выбились из пучка на висках и на затылке, и от влаги закрутились кольцами, на лице кровь.

Она давно успокоилась, и ее сердце билось ровно. Сидела и молча смотрела в сторону окна, туда, где ливень закончился и перешел в нудный колюче – моросящий дождик, и где продолжалась тренировка.

Вдоль стены слева от двери стояли в шеренгу, как на плацу, Травис, Илон и Люк. Такие же грязные, мокрые, со следами драки, еще возбужденные, хоть и притихшие.

У Трависа был разбит нос, у Илона – на лбу красовался здоровенный синяк, у Люка на расквашенной опухшей губе запеклась кровь.

Им было не по себе. Одно дело пакостить однокурсникам за спинами магистров, а другое – отвечать за свои поступки в кабинете у ректора.

– Почему такие странные повреждения у всех? – в который раз строго спрашивал ректор, прохаживаясь перед строем второкурсников и с любопытством разглядывая их раны: – Языки проглотили?.. Магия такие следы не оставляет, налицо ручная работа… Кто вас так отделал?

Парни что-то невнятно мямлили в ответ, стреляя глазами в сторону Вивьен. Признаваться в том, что их избила девчонка, никто не собирался.

Вивьен, не отрываясь, отрешенно смотрела в окно. Ей не в чем было оправдываться и не за что извиняться. Она себя виноватой не считала. Она не нападала, а защищалась. Но если они захотят сунуться к ней еще раз – снова получат по заслугам.

– Может, все-таки расскажешь, что произошло? – мягко настаивал декан Лангранж, стоя напротив Вивьен со сложенными на груди руками.

– Я уже говорила. Поскользнулась и упала. – повернула голову и посмотрела декану прямо в глаза Вивьен.

Что в ее словах было непонятного?

Освальд, не привыкший к дерзким вызовам от молодых благовоспитанных леди, растерялся в первые мгновения и отвёл взгляд. Обычно девушки смущались и краснели в его присутствии, глядели в пол, лепетали и неосознанно прихорашивались, стараясь произвести приятное впечатление. Но это явно был не тот случай.

К тому же смуглая гладкая ножка, выглядывавшая в прорехе, притягивала взгляд против воли и к строгой беседе не располагала. Лангранж поморщился.

– Сама? Или кто помог?

– Сама.

– У тебя кровь. – нагнулся ближе, рассматривая ее лицо Освальд, и протянул белоснежный платочек, который достал из кармана, словно хотел сам вытереть.

– Не моя. – резко оттолкнула его руку Вивьен и снова уставилась в окно.

Лангранж хмыкнул и убрал платок в карман: ишь, недотрога какая. Что, Моро еще не успел объездить как следует?

Хоть в кабинете никто ни разу не обмолвился о драке, Лангранжу и Мэшему и так было известно, что произошло на полигоне. Магистр Торет всё рассказал.

– Почему ты не использовала магию? – поинтересовался лорд Мэшем.

Она молчала.

– Вивьен… – негромко позвал декан, и она медленно оторвала взгляд от окна.

Что?.. Ей казалось, всё и так очевидно.

– Третье правило магического кодекса: «Магия священна, не трать ее силу впустую, стремись достигать наименьшими усилиями наибольшего результата.»

Дословно из учебника по основам магии, по которому декан «гонял» ее три седмицы назад.

Гектор Мэшем и Освальд Лангранж переглянулись, Гектор отвернулся, пряча улыбку.

– Какой похвальный пример применения сухой теории на практике. – кашлянул Лангранж, в который раз зацепившись взглядом за точеную коленочку. – Никогда раньше не рассматривал это правило в таком ракурсе.

Вивьен в ответ даже бровью не повела. И да, она видела, что ее рассматривают, и ей было наплевать.

– Ну что… Раз так, на первый раз не будем выносить историю за пределы этого кабинета. Вивьен, у тебя есть претензии к… хм… кому-либо из участников сегодняшнего недоразумения? – обратился к ней ректор.

– Нет.