Ольга Камышинская – По воле богов. Подарок богини. Книга третья (страница 13)
– Только в твоем воображении. Все причины налицо, ты просто обязана была в него влюбиться, понимаешь? Может, все-таки да? Ну, признайся, Вив. Разве можно к нему остаться равнодушной?
Вив честно прислушалась к себе. Может, все-таки да? Внутри ничего не отозвалось. Пустота и тишина. Она облегченно вздохнула.
– Все-таки нет.
Сали разочарованно цокнула.
– Значит, ты – нелюб.
– Кто?
– Нелюб. Знаешь, все делятся на многолюбов, однолюбов и нелюбов.
– Ого! Прямо целая наука! – рассмеялась Вивьен.
– Зря смеешься, лучше послушай, – серьезно сказала Сали, беря подругу под руку и увлекая по парковой дорожке. – Многолюбы – это такие, как Шен, у него одновременно куча девчонок, в каждую он влюблен, и все мало ему, и так будет всегда. И даже если будет казаться, что он искренне говорит, что любит тебя, – не верь. Хотя он сам в этот момент будет действительно в это верить. Но завтра он то же самое и так же искренне будет рассказывать это другой!
– Кстати, Шен говорил, что любит меня уже много лет.
– Да, – сразу согласилась Сали, – пусть говорит, он вообще много чего говорит и многим. Главное, ты не попадайся в этот капкан. Его любовь короткая, он перегорает после первого раза. Поверь, я знаю, что говорю. Сколько девчонок ко мне прибегали рыдать и жаловаться, которым он рассказывал, как долго и сильно любил их. А толку-то?
– Угу, ясно, – улыбнулась Вивьен, – я запомню. Кто там дальше по списку?
– Однолюбы – те, кто любит раз за всю жизнь, вот как твой отец, например.
– Ну а нелюбы? Дай угадаю. Те, кто никого никогда не любит?
– Да, такие, как ты. Уж не обижайся. Это те, кто никогда за свою жизнь ни в кого не влюбляются.
– Да я в кучу парней уже влюблялась! – возмутилась Вивьен. – Я точно не нелюб!
– Серьезно? Назови хоть одного. Ты даже не целовалась ни с кем.
– Разве? Да сто раз уже, даже больше!
– Что-то я сомневаюсь…
– Да вот хоть Шена взять!
– Я сказала «не целовалась», а не «не целовали». Чувствуешь разницу? Когда тебя против твоей воли зажимают в темном углу и пытаются языком разжать зубы, а ты упираешься изо всех сил и возмущенно мычишь – это не считается!
– Откуда ты про зубы знаешь? – Вив резко остановилась и шокировано уставилась на Сали. – Шен проболтался?
– В-о-о-о-т! Я про это и говорю! Нет, он не болтлив, если касается его личной жизни, просто я тебя хорошо знаю. А было у тебя хоть раз так, чтобы при взгляде на парня внутри все сворачивалось и екало в груди?
– То место, на которое ты сейчас показываешь, точно не грудь, – хмыкнула Вив, глядя на руку подруги, лежащую на животе.
– Там, кстати, тоже должно екать, и ниже…
– Такого не было, – призналась Вивьен.
– Ну я же говорю, нелюб, – торжествующим тоном вынесла приговор Сали.
– И как с этим быть? Подожди-подожди, а вдруг я однолюб, просто пока не встретила того самого, единственного?
– Я тоже так думала, но твое равнодушие к Моро… как бы… подкосило мою уверенность в этом. Мне казалось, было бы правильно, если бы он тебе понравился. Понимаешь? Вы подходите друг другу. Моя ведьминская чуйка меня никогда еще не подводила. И если уж он оставил тебя равнодушной, значит, никому не по силам покорить твое сердечко…
– Да с чего ты взяла? Ты видела его всего один раз!
– А сколько, по-твоему, раз для этого нужно? Сто? Тысячу? Ошибаешься, иногда даже мимолетного взгляда достаточно, чтобы все понять.
Вив посмотрела на подругу.
– Сал, к хортам этого Моро, но я не хочу быть нелюбом…
Глава 9
Вальтер проверил расставленные дочерью по контуру лесной поляны защитные и охранные маячки.
Поправил только два, остальные были собраны идеально. Объяснил дочери, где она ошиблась.
– Может, все-таки расскажешь, что ты задумала? – спросил он, оглядывая плотно заросшую со всех сторон деревьями поляну.
Вивьен покачала головой.
– Это не моя тайна.
Вальтер вздохнул. Дочь иногда бывает упрямой, но спорить с ней бесполезно.
– Хорошо. Давай еще раз повторим открытие портала, а то промахнешься и вместо королевского замка окажутся твои таинственные заказчики в хортовой впадине. Они тогда точно спасибо тебе не скажут.
Вивьен рассмеялась. Порталы она освоила неплохо, но повторение еще никому не мешало! Она развернула портал прямехонько в королевскую оранжерею. И отец с дочерью ступили на узкую дорожку между роскошно цветущими гортензиями.
Королевский садовник испуганно шарахнулся от невесть откуда взявшейся парочки, но, признав важного гостя, который жил в замке, и его дочку, поклонился и торопливо поднял выроненное от неожиданности ведро с навозом.
– Еще нельзя, нельзя! Рано. – Эления тянула за собой Его Величество, держа его ладони в своих. Глаза у короля были закрыты.
– Не смотрю, не смотрю! – повторял он и послушно шел, не пытаясь подглядывать.
– Все, уже можно! – выпуская его руки, наконец сказала королева.
Рудгер открыл глаза и огляделся.
Они стояли на живописной лесной поляне около красивого белого шатра, в котором за откинутым пологом был виден накрытый закусками и напитками небольшой стол и два кресла.
– Где это мы?
– В лесу недалеко от замка, мой король.
– А что мы здесь делаем?
– Я решила показать вам, Ваше Величество, что такое настоящий романтический пикник.
– Романтический пикник? – настороженно уточнил король. – Так мы здесь одни? Без охраны?
– Одни, – улыбнулась красавица и вошла в шатер.
– Надеюсь, это безопасно, – буркнул себе под нос Рудгер, следуя за женой.
Он сел в одно из кресел, Эления устроилась у него на коленях. Потянулась к блюду с ягодами, аккуратно тонкими пальчиками взяла сочную красную и поднесла к губам мужа. Тот, не отрывая взгляда от ее лица, поймал губами ягоду, сминая ее, мягко прихватив кончики пальцев Элении. Провел по подушечкам кончиком языка.
Она медленно отняла пальцы от его губ и поднесла к своим, слизнула остатки сока.
Следующую она положила себе в рот, но наклонилась к мужу и в поцелуе толкнула ягоду ему, надавливая языком. Та лопнула, и сладкий сок наполнил и его, и ее рот, сделал поцелуй вкусным, ягодным.
Эления отстранилась, и Рудгер тяжело и с сожалением выдохнул.
– Вина? – спросила, кивая на графин с темно-красной жидкостью.
– Пожалуй, – не отрывая от нее взгляда, согласился Рудгер.
Она наполнила два высоких резных бокала.