Ольга Камашинская – Разное счастье (страница 5)

А потом обнаружилось, казалось бы, невероятное. У обоих мальчиков бы ДЦП (детский церебральный паралич)

Почему такое произошло? Кто виноват?

Вадим был готов судиться с врачами. Но понимал, что уже ничего не изменить. И он стал вкладывать силы и деньги в то, чтобы вылечить малышей. Бесконечный массаж и уколы. Поездки по святым местам и к Мертвому морю. Логопеды и специалисты по лечебной физкультуре. Нянечки, помогающие Светлане ухаживать за детьми.

Светлана

Светлана плакала по ночам. Ей так было жалко своих беспомощных мальчиков. Они не могли ходить. Их пальчики на руках были непослушными. Они с трудом держали головы в два года, а в четыре их приходилось кормить с ложечки и поить из бутылочек. В пять лет они невразумительно говорили только слога.

Но она так же упорно, как и муж, боролась за их здоровье. И даже небольшой прогресс доставлял им обоим радость. Как ни странно, болезнь детей еще больше сблизила супругов.

Порой Светлана задумывалась, нет ли ее вины в этой беде. Но она старательно выполняла все предписания врачей. Старалась, как могла. Но совесть упорно мучила ее воспоминанием о тех, не рожденных эмбрионах в институтские годы. И их растерзанная кюреткой плоть, ей казалось, воплотилась в этих, желанных детях…

Теперь Светлана не работала и не следила за модой. Ее жизнь целиком была посвящена заботе о муже и сыновьям.

Вадим

Светлана разговаривала с двумя другими мамашами, а Вадим отошел в сторону и курил, наблюдая, как инструктора по ипподрому возят на лошадях детей. Два раза в неделю они занимались здесь иппотерапией с группой больных ДЦП. У некоторых из ребят после этих занятий отмечалось улучшение.

Он смотрел и вспоминал свою поездку на Алтай. Это было 17 лет назад, тогда они с компаньоном Сергеем и с женами рванули на Алтай. Романтично! Спуск по горным рекам. Тарзанки. Горы. Телецкое озеро. А потом пятидневный переход на лошадях через перевал. Ночевали в палатках. Было так холодно, что волосы за ночь примерзали к спальнику. После непривычной езды болели ноги и спина. Но все – равно они остались довольны тем, что побывали в таких красивых местах.

Сергей был его институтским другом и компаньоном. И бизнес у них шел прекрасно. Пластиковые окна только начинали завоевывать российский рынок. Они постоянно расширяли производство.

А потом началось непонятное. На него стали наезжать. Один раз избили жену. Потом чуть не выкрали дочь, когда она возвращалась из школы. Звонили с угрозами. Советовали выметаться из города и даже из страны. Ему пришлось отправить жену и дочь к родне в деревню, а самому нанять частного детектива. Нужно было узнать, кто из конкурентов так нахраписто ведет себя.

Детектив оказался хватким парнем, через несколько дней принес документы и фотографии, прояснившие ситуацию. Оказывается, все это было дело рук его компаньона Сергея. Он и более страшное готовил. Но не успел. Помешал несчастный случай. Они с женой погибли во время пожара у себя на коттедже. Взорвались газовые баллоны.

Воспоминания прервала Светлана. Она подошла к Вадиму и спросила:

– Как ты думаешь, Вадик, это так или нет? Оксана говорит, что тяжело больные дети – это Божий дар.

Неожиданно грубо Вадим ответил:

– Бог не фраер, он знает, кого и как наказать.

Тогда,12 лет назад, бригада следователей прокуратуры пришла к выводу, что гибель Сергея и его жены – это несчастный случай, и закрыла дело. Но Вадим прекрасно помнил, сколько заплатил он тогда московскому киллеру…

Успел!

Чтоб изменилась жизнь вокруг,

Меняй себя, мой милый друг.

Петро любил Ганну, первую красавицу на их селе. Но дивчина она была гордая, недоступная. Над Петро смеялась, да и других хлопцев тоже вниманием не баловала. Сама в свои 17 лет никого не любила. Ждала, видно, принца заморского. Решил тогда Петро забыть красавицу. Пошел на службу царскую воевать с басурманами.

Почти два года воевал Петро. Получил орден за храбрость, денежное вознаграждение и повышение в чине. Затишье в боях началось, и отправили их полк на отдых. Встретил в пути Петро односельчанина. Тот рассказал, что за Ганной ухаживает городской купец, старый, но очень богатый. И девушка собирается за него замуж.

Нахлынули воспоминания. Снова проснулась в сердце парня любовь. Отпросился он у своего командира на побывку. И поскакал на верном коне домой. И днем и ночью мчался казак, только короткий отдых себе и лошади позволяя. И вот оно, родное село. Дом его любимой. Спрыгнул с коня. Привязал вороного. Открыл калитку.

Вышла тут Ганна на крыльцо. Видит – идет к дому казак. Статный, красивый. И даже шрам на лице его украшает. Узнала – и ахнула. Это же Петро! Но куда девалась робость застенчивого хлопца? Казак уверенно поднялся на крыльцо. Крепко обнял девушку. Поцеловал. И сказал:

– Ну вот, приехал за тобой, кохана! Будь моей женой!

Почувствовала Ганна тепло объятий казака, силу его рук. Посмотрела в глаза его ясные, наполненные любовью и страстью. И впервые затрепетало сердце девичье. И поняла она, что не нужны ей ни деньги купеческие, ни дом его каменный. А главное, чтобы любимый, единственный был рядом.

А верный конь, осознавая важность момента, терпеливо ждал, когда хозяин вспомнит о нем, расседлает и даст овса.

В парке на окраине города

Маша и Яна жили в одном доме и учились в одном классе. У Яны отец был главным инженером на заводе, а у Маши сантехником в ЖЭУ, но это не мешало девочкам дружить. Наоборот, Яне нравилось бывать в гостях у Маши: в их двухкомнатной квартире всегда было шумно и весело. У Маши было еще два старших брата и маленькая сестренка, три кошки и собака.

А у Яны, кроме черепахи и бабушки, преподавательницы музыки, никого. Родители не в счет, они приходили домой с работы поздно. Бабушка была чопорная и надоедливая, она все время учила Яну хорошим манерам, читала длинные нотации и заставляла играть на фортепиано нудные этюды Черни.

Как-то раз зимой, когда они учились во втором классе, девочки пошли в парк гулять. В то время об изнасилованиях и убийствах в газетах не писали и не показывали ужасающие подробности по телевидению, но, тем не менее, о том, что в этом парке иногда происходят страшные вещи, знала вся округа. И взрослые не разрешали детям одним туда ходить, но девочки постоянно нарушали этот запрет.

В тот день девочки сначала катались на картонках с ледяной горки, а потом пошли к торговому павильону, который работал только в летний период. Они стали по ящикам забираться на крышу здания и прыгать оттуда в снег. Было здорово!

Но тут к зданию подошли два мужчины, молодой и постарше. Машка успела спрыгнуть и выбраться из снега на протоптанную дорожку. Мужчинам не удалось ее поймать, бегала она быстро. А Яне не повезло. Она спрыгнула, и тут молодой мужчина закричал:

– Ну что, попалась! Сейчас мы тебя в милицию отведем!

Яна пыталась убежать, но ноги вязли в глубоком снегу, она сама проваливалась по пояс. От напряжения перехватывало дыхание. Было страшно. А преследователи приближались. Наконец, она добралась до тропинки, но тут ее схватили за руки с двух сторон мужчины.

– Дяденьки! Отпустите! Я больше не буду лазить по крышам! – закричала охваченная страхом девочка.

– Ну, нет, не отпустим. Ты должна штраф заплатить. Крышу продавила, а вон там стекло разбитое, тоже заплатишь – сказал мужчина постарше и еще крепче стиснул ей руку.

И они потащили за собой сопротивляющуюся девочку. Яна знала, где находится милиция, но почему-то мужчины вели ее в противоположную сторону, в глубь парка. Стало еще страшнее, и девочка начала уговаривать мужчин:

– Дяденьки! Ведите меня в милицию. Мой папа любой штраф заплатит. Почему вы меня в другую сторону тащите?

Молодой усмехнулся:

– Тебя там милиционер ждет.

Единственное, что придавало Яне мужества – Маша шла, не отставая, за ними. Когда молодой делал в ее сторону бросок, она отбегала, но потом снова продолжала идти следом. Мужчины, видимо, надеялись, что вторая девочка, наконец, испугается и уйдет, а, может, хотели ее тоже поймать в глубине парка.

Но вот Маша заметила на другой дорожке двух женщин, она подбежала к ним:

– Спасите! Там девочку схватили два дядьки, не отпускают!

К счастью, женщины оказались не из робких. Они за Машей следом свернули на другую дорожку, увидели мужчин с девочкой и начали кричать:

– Отпустите ребенка!

– Сейчас милицию вызовем!

Испугавшись напора ненужных свидетелей, мужчины выпустили Яну и скрылись. А девочки, не отвечая на расспросы женщин, помчались домой. Никому из взрослых они, конечно, про этот случай не рассказали. Да и ровесникам тоже. А потом вообще забыли про него. Память умеет вытеснять страшные воспоминания, чтобы не мешали жить.

Через несколько лет пути Яны и Маши разошлись. Яна с родителями переехала с рабочей окраины в центр города. Новая школа. Новые друзья. Музыка. Бассейн. Закончила школу, институт, удачно вышла замуж. И даже крутые 90-е они с мужем сумели пережить без особых потерь. Ушли из НИИ, начали заниматься недвижимостью. А через несколько лет их риэлтерская фирма стала одной из самых процветающих в городе.

Неожиданно в соц. сетях Яну нашли одноклассники и предложили встретиться в кафе. Она согласилась. Кафе было новое, небольшое, уютное, в том самом парке их детства. С седьмого класса Яна не видела своих одноклассников, и было интересно узнавать в лысых солидных дядечках вихрастых задиристых пацанов, а в располневших тетеньках голенастых вредных девчонок. Смотрели фотографии. Вспоминали забавные эпизоды из школьного детства. А потом подняли тост, за тех, кто уже никогда не сможет придти на встречу класса. Рассказывали о них: кто и как погиб, умер.