Ольга Иванцова – «Спящий мальчик»: грезы наяву и трагическое пробуждение Алексея Тыранова. Неизвестный автопортрет А.В. Тыранова 1855-1859 гг. (страница 3)

Возможно, Венецианову было проще это сделать, чем кому-либо другому из русских живописцев – он не получил формального академического образования, что делало его открытым для новых веяний. И тем не менее, изменение живописной тематики – это сугубо его личная заслуга. Обретя профессиональный статус и получив в 1811 году звание академика Академии художеств, он в своих работах уже после 1812 года стал разрабатывать собственный жанр, впервые в истории отечественной живописи обратившись к изображению простого крестьянского быта.

Да, это еще не был реализм в изображении народного быта; на полотнах Венецианова нет той социальной пронзительности и злободневности, что будет в дальнейшем преобладать в работах наших передвижников. Его крестьяне идеализированы и романтизированы, возможно, даже сверх всякой меры; его крестьянки более напоминают рафаэлевских мадонн, чем обычных крепостных женщин. Но тогда даже само обращение к народной тематике уже шло вразрез с официальной академической линией и академическими живописными канонами и было несомненным шагом вперед… Не говоря уже о том, что Венецианов первым же и опробовал на новой тематике необычный художественный стиль, состоящий из синтеза академизма и романтизма.

В результате, Венецианов стал знаковой фигурой в российском изобразительном искусстве первой половины 19 века как собственно основоположник крестьянского жанра. По словам его современника, художника Аполлона Мокрицкого, никто лучше Венецианова «не изобразил деревенских мужиков во всей их патриархальной простоте. Он передал их типически, не утрируя и не идеализируя, а потому, что вполне чувствовал и понимал богатство русской натуры… Имея чрезвычайно зоркий и зрячий глаз, он умел передать в них даже ту матовость и не блестящесть, которые сообщают мужику его постоянное пребывание в поле, и в дороге, или в курной избе».

Вот с таким выдающимся художником и новатором и предстояло волею судьбы встретиться юному Алексею Тыранову. Но вклад Венецианова в историю российской живописи заключался не только в разработке нового тематического жанра, но и в том, что он основал свою собственную художественную школу, объединив классические академические принципы обучения и новаторские идеи для обучения уже собственно выходцев из народа. Им была создана школа для тех, кому получить художественное образование было невозможно в принципе. И тут Алексею снова несказанно повезло. Ибо тот максимум, который он мог получить в своем родном городе и у своей семьи – это навык хорошего иконописца.

История рассказывает об этом следующее: в 1815 году уже в солидном возрасте 35 лет Венецианов женился на дочери обедневших дворян Марфе Азарьевой, позже у них родились две дочери. Силами двух семей они приобрели небольшое имение Сафонково в Тверской губернии Вышневолоцкого уезда, где молодой паре принадлежали две деревеньки: Сафонково и Трониха. Венецианов, по роду занятий служивший землемером в Лесном департаменте, намеревался вскоре покинуть Санкт-Петербург и, спустя некоторое время, в 1819 году, он все же смог это сделать. Поселившись с семьею в имении, параллельно с сельскими заботами, он с удовольствием писал русских крестьян и жанровые сцены из их жизни. Ну а далее следует красивая легенда о том, как однажды он заметил соседского мальчишку, умело рисующего углём на побеленной стене, и вместо того чтобы сечь его розгами за порчу стены, задумал создать свою школу, где способные крестьянские дети смогли бы учиться рисунку и живописи.

Как бы то ни было, но идея народных школ, где обучались бы простые крестьянские дети, уже витала в российском обществе после Отечественной войны 1812 г. Об этом же, например, много писал и современник Венецианова, Белинский. Однако несомненная заслуга художника в том, что он не стал долго рассуждать и перешел от красивых слов о «демократизации» и «народности» к делу: на свои собственные средства он учредил в своем имении художественную школу для крестьян и малоимущих, обучение в которой рисунку и живописи прошло в общей сложности свыше 70 человек, в том числе семь из крепостного сословия.

Так, из «венециановской школы», помимо самого Тыранова, вышли такие мастера портретной, пейзажной, жанровой, интерьерной живописи, как Алексеев и Крылов, о которых мы уже упомянули, а также такие замечательные художники, как Е. Ф. Крендовский (1810–1870-е), К. А. Зеленцов (1790–1845), Л. К. Плахов (1810–1881), Г. В. Сорока (1823–1864),), А. Л. Мокрицкий (1810–1870), С. К. Зарянко (1818–1870) и целый ряд других. Без их имен история русской живописи 19 века не была бы полной.

«Венециановская школа» – такое же совершенно особое явление в русской культуре 19 века, как и сам ее учредитель: она первая в своем роде и, пожалуй, вплоть до последней четверти 19 века единственная. Школа оспаривала академические методы обучения, которые традиционно были сосредоточенны на строгих канонах и обязательном копировании. Уникальность положения Венецианова и заключалась в том, что он, не имея формального художественного образования, мог позволить себе «роскошь» не следовать общепринятым правилам. Например, в отличие от академической линии, он поощрял учеников создавать не только копии, но и собственные живописные образы, основанные на личных переживаниях и наблюдениях, что впоследствии отразилось на их художественной манере. При этом, однако, Венецианов сохранял при обучении обязательное копирование образцов рисунка и рисование с гипсов, посылал своих учеников заниматься в академические классы. Главным для него было индивидуальное восприятие объекта изображения и категорический отказ от искусственной декоративности. В технике передачи же он был достаточно академичен: своих учеников он учил изображению в прямой перспективе с правильно падающим светом.

В результате, такая методика наложила отпечаток на всех его учеников: внимание к передаче именно внутреннего мира изображенного человека, а не только деталей одежды, стало характерно для художественной манеры всех «венециановцев».

В частности, она же привела к созданию такого нового в отечественной живописи жанра, как «в комнатах». Примером могут послужить многие произведения учеников Венецианова, в том числе и самого Тыранова. Приведем типичную для жанра «в комнатах» работу венециановца К. А. Зеленцова «В комнатах. Гостиная с колоннами на антресолях» (Конец 1820-х – 1830-е. Государственная Третьяковская галерея). Здесь автор акцентировал внимание на внутреннем мире человека, переданном через предметы повседневной жизни и интерьера. Несомненно, это был сугубо гуманистический подход к живописи и совершенно новое явление в российской живописи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.