Ольга Иванцова – Дело Матильды Егоровой (страница 34)

А убийца, похоже, действительно медлить не собирается. К счастью, Максим теперь ко всему готов. Вот только сеть все еще жила своей собственной жизнью. Лишь с третьей попытки дозвониться до Кристины все-таки удалось.

— Алло? Макс? Макс, мне очень страшно. Он все еще стоит у подъезда и… Что?

— Я спрашиваю, как он выглядит?

— Странный какой-то, высокий, в черной байке с капюшоном. Вроде носит очки.

— Понятно. Слуш…

— Макс, алло? Ты меня слышишь? Я даже милицию вызвать не могу, потому что не знаю, что им сказать. Может, я зря панику поднимаю? Вдруг это просто знакомый кого-то из соседей. А если это убийца? Я… Макс, скажи, что мне делать, иначе я просто свихнусь.

— Слушай внимательно. Даже если это и он, сегодня к тебе сунуться точно не посмеет. Но на всякий случай проверь входную дверь, чтобы была закрыта, и дома сиди. Я скоро приеду. Да, и телефон рядом держи. Какой у тебя адрес?

Через минуту связь снова оборвалась, а дурацкий локомотив ехал, как назло, все медленнее и медленнее. Максим поклялся себе, что это его последняя поездка местной железной дорогой.

Алина в это время находилась в своей постели в последней стадии депрессии. Смена закончилась катастрофически плохо, потому что от недосыпа и стресса она нечаянно уронила целый поднос с заказами для трех столов. Администратор влепил ей штраф и отправил домой: чем меньше времени Алина проведет сегодня на работе, тем больше посетителей уйдут сытыми и довольными. Откровенно худший день.

Весь вечер она просидела на полу в зале, ожидая, когда Максим вернется домой. Как же он был ей нужен. Только в критические моменты понимаешь, кто является действительно близким человеком для тебя. У Алины было много подруг, которым она могла излить свою душу, но они ее не поймут. Точнее поймут, но это будет чисто женское сочувствие, слезливые утешения, чушь про то, что все ошибаются, что Саша изменится, что его нужно простить. Алине же требовался учитель, с которым можно проживать свою боль. Она буквально кожей ощущала, что только Максим способен вывезти ее страдания, простить ее слабость, как произошло и в тот раз в коридоре. Она даже сходила в супермаркет и купила четыре точно такие же банки пива. Но без Максима Алина к ним не прикоснется и не будет ни с кем говорить. Скоро он появится, поставит ей мозги на место, и гештальт будет закрыт. Однако Максим домой так и не пришел.

Теперь она лежала под одеялом и всеми силами отвергала навязчивую мысль ему позвонить. «Не смей, не смей, не смей!» — про себя повторяла Алина. Ведь Максим ей не нянька, он не должен вытирать тупой девке слезы, к тому же у него есть собственная личная жизнь. Но как бы она хотела, чтобы Макс был сейчас здесь и орал на нее, повторяя: «Да как ты могла вписаться в историю с чуваком, которого знала от силы полтора часа?» И Максим был бы абсолютно прав, называя ее безмозглой. Она безмозглая, и жизнь, оказывается, за двадцать шесть лет ее так ничему и не научила.

Слезы теплыми струйками стекали по обе стороны щек и капали на подушку, Алина вслушивалась в тишину, подрываясь от любого звука в подъезде: вдруг это возвращается Максим. Солнце между тем уже полностью зашло, комнату покрывал убаюкивающий мрак. От общей усталости глаза просто слипались. Вдруг зазвонил телефон. Незнакомый номер. Лучше бы она не брала.

— Алло?

— Это Алина? — спросил незнакомый женский голос.

— Да, а с кем говорю я?

— Меня зовут Настя, я девушка Саши. Мы встречались тогда в баре.

Да опять эта история, и новая Настя. Господи, ну почему они все не могут от нее просто отстать?

— И что надо?

— Что надо? Да не ты ли это залезла в штаны к чужому мужику? И на что, собственно, надеялась? Что он бросит все и будет только твоим?

— Серьезно считаешь, что я добровольно согласилась на этот обмен хламидиями? Я ничего о тебе не знала. Если бы была в курсе, и близко бы не подошла к этому козлу.

— Ну естественно, ты белая и пушистая и тут совершенно ни при чем. Так я и поверила. Короче, по-хорошему предупреждаю: Саша мой. Мне плевать, что ты там себе напридумывала. По факту поразвлекались пару ночей, на этом все. А у нас настоящие отношения, ссора и кратковременное расставание не в счет. Мы переживаем сложный период и, будь уверена, успешно его преодолеем, как только ты исчезнешь из нашей жизни. Воспринимай это как дружеский совет. Ты меня поняла?

— Ты больная? Он спал со мной во время вашего сложного периода. Он начал отношения со мной, но не поставил окончательную точку в вашей истории. Он изменял нам обеим! — Алина не могла поверить своим ушам, что вынуждена это объяснять.

— Я тебя умоляю, ну какие между вами могут быть отношения? Ты спишь с ним ровно столько, сколько и знакома, — всего-то пару дней. Вот у нас с ним история, мы больше двух лет вместе. Подумаешь, мужик один раз ошибся, сделал неправильный выбор. Все ошибаются. Пройдет неделя, и он забудет тебя, как страшный сон. Он меня любит, сотни раз мне это говорил. А тебе он в любви клялся? Сомневаюсь. Так что убирайся с дороги, пока кости и репутация целы. Иначе ты пожалеешь, что встала у меня на пути.

— Да для таких, как ты, охраняемый блок в психушке выделяют! Ты реально готова бороться за мужчину, который врал тебе и спал с другой? Ты реально думаешь, что между вами все еще есть любовь? Да у тебя, походу, нет ни гордости, ни чувства собственного достоинства, ни даже мозгов, если ты считаешь, что после всего сможешь быть с ним счастлива. И знаешь, что самое отвратительное в этой ситуации? Я лишь первая в огромном списке женщин, которых тебе еще предстоит обзвонить.

Алина бросила трубку и заблокировала этот контакт. Как у нее получилось так вляпаться? Жесть. И к этому «подарку судьбы» в дополнение идет поехавшая от ревности подружка, полная решимости извести ее ночными звонками. Максим от таких новостей будет в шоке. Она снова легла в кровать.

Глава 17. Ночь

К дому Кристины Максим добрался уже за полночь. Еще в такси он позвонил ей снова, чтобы убедиться, что все в порядке, но трубку так никто и не взял. Набрав код домофона, Максим на одном дыхании взлетел по лестнице в обход лифта и едва ступил на этаж, как дверь квартиры слева от него резко распахнулась. На пороге стояла заплаканная, трясущаяся девушка, больше похожая на маленького запуганного котенка. Кристина бросилась Максиму на шею, а он подумал, что слезы ей даже к лицу.

— Слава Богу, ты приехал. Мне кажется, я просто схожу с ума, уже от любого шороха вздрагиваю. Но тот человек… Я уверена, я точно видела его утром, потом в кафе, а сейчас еще и около подъезда. Ну не может быть такого совпадения, ведь правда? Или я себя накручиваю? Не знаю, могу ли еще доверять своим глазам.

Она втащила Максима в прихожую, за ними громко захлопнулась входная дверь.

— Ты почему не брала?

— Ты звонил? Прости, пожалуйста. Поставила телефон на зарядку на кухне, совсем забыла, что он на беззвучном. Я уже плохо соображаю. Макс, я так испугалась. Он все еще там?

— Успокойся! Я никого внизу не видел. Тебе нужно выпить, ты вся трясешься. Есть что-нибудь крепкое?

— Нет, не хочу. Макс, пожалуйста, просто останься со мной. Пожалуйста, я очень тебя прошу.

Кристина смотрела на него умоляющими, почти щенячьими глазами. Ну что за женщина! Она подошла вплотную, ее тонкие ручки обвились вокруг талии Максима, щекой она прильнула к его груди. Объятия Кристины оказались на удивление сильными, будто девушка боялась, что он исчезнет, убежит или растворится в воздухе. Но он и не собирался уходить. Теперь Максим ни за что на свете не оставит ее одну, он этого больше не хочет. Как и тогда в «Бизоне», чары Кристины действовали на него пьяняще, но сейчас он сознательно отказался от сопротивления. Таков был единственный и самый правильный вариант.

Эта ночь существовала только для двоих. Убийство Матильды объединило эту пару, а страх заставил раздеться. В минуту тепло и ласка охватили тело Кристины. Максим смотрел, не отрываясь, в зеленые блестящие в лунном свете глаза, глаза смотрели на него в ответ.

Из коридора они переместились в спальню, и поцелуи губ сменились поцелуями кожи. Их тела были единым целым, так было суждено. Два человека, знакомые чуть больше суток, соединили свои души, свои организмы. А после, достигшие сладкого пика, уснули в объятиях предрассветного сумрака на мокром постельном белье.

Максим открыл глаза первым, Кристина еще спала. Он аккуратно высвободил руку из-под маленькой головы девушки и, опершись на локоть, еще несколько минут смотрел на нее, мирно сопящую на соседней подушке, а после наклонился и нежно поцеловал Кристину в губы, она пришла в себя ото сна.

— Привет, — улыбнулась она. — Который час?

— Очень рано. Ты бы могла еще поспать, но я соскучился.

— Какой ты коварный! Ладно, не буду сердиться долго. Как же все-таки хорошо, что ты здесь. Мне так спокойно. Ну, раз уж я встала, то на правах женщины и хозяйки дома пойду обеспечу гостей кофе.

Кристина, абсолютно голая, отправилась на кухню и вернулась через десять минут с двумя чашками, застав Максима с телефоном в руках.

— Макс, что мы будем делать? Ведь нельзя и дальше сидеть сложа руки. Нужно что-то предпринимать. Может, все-таки обратимся в милицию? — протягивая Максиму одну из чашек, спросила она.