Ольга Иванова – Жемчужная принцесса, рубиновый король (страница 7)

– В столовой? – испугалась я. И вдруг поняла, что еще не готова встречаться со всем семейством, да еще за завтраком. – Но я не хочу. Принеси мне еду в комнату, пожалуйста.

– Прошу меня простить, Ваше Высочество, – вид русалки стал несчастным, хоть к груди прижимай, – но Его Величество настаивает, чтобы вы присутствовали на завтраке.

«Линэль! – уже мысленно воззвала я к принцессе. – Что мне делать? Идти?»

«Иди, – прозвучал равнодушный ответ. – От папаши так просто не отвертишься. Да ты и не сможешь дать ему отпор, как это делала я. Так что выхода нет».

«Но ты не оставишь меня? – я еще больше разволновалась. – Будешь на связи?»

«Ладно… Так уж и быть, – вздохнула та. – Придется снова слушать глупую болтовню своих сестриц».

– Хорошо, – обратилась я уже к служанке. – Передайте Его Величеству, что я скоро буду.

Глава 5

«О, все сестрички в сборе», – прокомментировала Линэль, когда я вплыла в обеденный зал. За накрытым столом действительно расположились пять русалок и два тритона в придачу, лишь Его Величества нигде не было видно.

– Наша беглянка вернулась, – противным голоском произнесла самая младшая на вид принцесса. – Ну что, опять попытка не удалась?

Волнистые светлые волосы, огромные синие глаза, пухлые губки – я бы дала ей лет пятнадцать, не больше.

«Это Элла, – прокомментировала Линэль. – Ужасно гадкая девчонка. Мы часто деремся с ней».

Час от часу не легче.

Раз это голубоглазое существо такое драчливое, я решила, что будет лучше проигнорировать ее едкое замечание, и с деланно вежливой интонацией обратилась уже ко всем:

– Доброе утро.

«Мое место рядом с Касси. Та, что больше всех обвешана бусами. Рыжая, почти как я», – подсказала Линэль.

Я нашла глазами самую разнаряженную по местным меркам русалку с волосами чуть светлее моих, и осторожно присела на соседнее кресло.

– А что это у тебя на груди? – напротив меня, через стол, оказалось еще одно юное создание с двумя апельсиново-рыжими косичками. Хлопая длинными ресницами, девушка с интересом рассматривала мой импровизированный топик.

– Похоже, она уже готовится к миру грионов, – как-то зло проговорила принцесса, сидящая рядом с ней. Эта русалка имела самый темный среди всех сестер цвет волос, почти каштановый, и желто-зеленые глаза.

«О, это наша Мириам, – с ехидцей протянула Линэль. – Представляешь, она сама хотела отправиться на этот Отбор. Но папаша ее не пустил, так как ей до совершеннолетия не хватает полугода. Вот она и бесится. И завидует мне. Но так ей и надо, мурене!»

«Она хотела сама пойти на Отбор?» – я чуть не высказала удивление вслух, но вовремя вспомнила, что нахожусь не одна.

«Ну да, она у нас папина дочка. И ярая патриотка, – со смешком отозвалась Линэль. – Только дело совсем в другом. Мне рассказали служанки, что видели, как она прячет у себя в сундуке портрет Рубинового Короля, а по ночам вздыхает по нему. Но если папаша узнает, что она в него влюблена, может и титула лишить, и из дворца выгнать. Так что, если Мириам будет тебе досаждать, намекни, что в курсе ее тайны».

«А девчушка рядом с ней кто?» – поинтересовалась теперь я, не совсем уютно ощущая себя под любопытным взглядом русалки с косичками.

«Пенелопа. Она самая младшенькая, еще в куклы играет», – отмахнулась Линэль.

– Будь осторожна, – неожиданно ко мне склонилась Теора, та самая златохвостая русалка, которую я встретила вчера у своей комнаты. Она как раз сидела по другую руку от меня, около плечистого тритона-брюнета, по-видимому, ее супруга.

«О чем она?» – взвилась Линэль.

– О чем Вы… ты? – спросила я так же тихо.

– О Ранмаре, – пояснила Теора. – Не позволяй ему таких вольностей, даже наедине! Пусть он и готов на тебе жениться, но неизвестно, согласится ли на это отец. Поэтому береги свою честь, а если оступишься, назад ничего не вернешь.

«О, а что уже наш капитан вытворил?» – вставила Линэль с недовольным вздохом.

«Хотел, чтобы я пригласила его уединиться в твоей спальне. И пытался обнять меня, – с упреком ответила я. – А Теора нас застукала».

«Вот же краб надоедливый! – возмутилась принцесса, но как-то уж больно игриво. – А я ведь просила его не распускать рук при всех! Но ты с ним будь построже! И ни за что не ходи с ним в Гроты Уединения!»

«Что за гроты Уединения?» – не поняла я.

Но ответить Линэль не успела.

– Его Величество Парис IV, – пронесся по столовой громкий голос.

Двери настежь распахнулись, и в них показался рыжебородый король.

– Наконец-то, – проворчала себе под нос малышка Пенелопа. – А то я сейчас тарелку начну есть.

Я усмехнулась: а она забавная! И, кажется, совсем не злюка, как Линэль и другие сестры.

Между тем король занял свое место во главе стола и медленно оглядел присутствующих. На мне его тяжелый взгляд задержался особенно долго, но, к счастью, он так ничего и не сказал. После чего сделал знак слуге, приказывая:

– Несите завтрак.

Облечение промелькнуло на лицах всех присутствующих без исключения. Элла схватила вилку и принялась нетерпеливо вертеть ее в руках, а Пенелопа стала украдкой водить пальцем по краешку тарелки. Меня же больше заинтересовали кувшинчики с узким горлышком, которые заменяли здесь посуду для питья. Я уже вчера пыталась понять, каким образом в таком кувшинчике удерживается жидкость, и почему не смешивается с окружающей водой, но помощь логики оказалась бесполезной. Похоже, и тут действуют какие-то иные законы, противоречащие физике и химии.

Вскоре в зал вплыла вереница слуг-тритонов с подносами, и я не сдержала восторженного стона: на двух из них лежали фрукты! Яблоки, груши, апельсины, бананы, виноград.

«О, тебе повезло, – хмыкнула Линэль. – Контрабанду из Изумрудных Долин подвезли».

Но мне уже было плевать на ее насмешки. Неужели? Неужели я сейчас смогу хоть что-то поесть?

«Сильно не разгоняйся, – охладила мой пыл принцесса, – каждому только по два фрукта. Мы же сейчас не торгуем открыто с другими Королевствами, пользуемся только контрабандой. А этот новый король, который рубиновый, как пришел к власти, так крепко взялся за борьбу с контрабандистами. И теперь для нас еда грионов – настоящая роскошь. Так что вот тебе еще один повод, чтобы ненавидеть нового Императора».

Два фрукта? Всего два? Но это все же лучше водорослей и сырой рыбы! Я поморщилась, когда один из слуг предложил мне выбрать со своего подноса что-нибудь из морепродуктов. Некоторые из них были еще живыми и шевелились.

– Нет, спасибо, – энергично замотала я головой и в нетерпеливом ожидании воззрилась на того слугу, что нес фрукты.

А когда они оказались около меня, растерялась: что выбрать? Хотелось всего и сразу! Но можно было взять только два. В конце концов, мой выбор пал на банан и маленькую веточку винограда – самые сытные из всех фруктов. Однако дальше меня ждал еще один «съедобный» сюрприз: на самом последнем подносе лежали шоколадные конфеты. Вот это пиршество! Жаль только, что их было ровно восемь штук, каждому присутствующему по конфетке.

Банан, виноград, конфета – давно мне не было так вкусно! Я наслаждалась каждым кусочком, каждой крошечкой. И даже местный напиток, заменяющий здесь чай, показался мне не таким отвратительным, как вчера.

– Линэль! – властный голос короля вернул меня из гастрономического рая в реальность, и я едва не подавилась последней виноградинкой.

«Да, отец», – подсказала мне сама Линэль.

– Да, отец, – кашлянув, отозвалась я.

– Скоро полдень. Надеюсь, ты не забыла, что тебя в Королевском Гроте ждет наставник? – спросил Парис IV.

На самом деле, забыла. И Линэль, похоже, тоже. Но не признаваться же в этом?

– Нет, я все помню… отец, – ответила, старательно отводя глаза.

– Прекрасно, – кивнул он. – Ранмар и его люди будут сопровождать тебя и охранять.

– Боишься, папа, что Линэль опять сбежит? – хохотнула Элла.

«Тресни ей по лбу чем-нибудь, – рыкнула Линэль. – А то прямо руки чешутся!»

«Вернись в свое тело и сама тресни, – парировала я. – И так за тебя кучу проблем разгребаю».

Но король не обратил внимания на выпад младшей дочери и вновь повернулся ко мне:

– Если ты закончила с завтраком, Линэль, то отправляйся готовиться к встрече с наставником Катеном.

Я с радостью покинула эту «дружную» семейку, но еще больше радовалась тому, что скоро окажусь на суше.

«Платье надевай сразу, – давала мне советы Линэль, пока я возвращалась к себе (простите, к нам) в комнату. – Иначе порадуешь наставника своими голыми прелестями. А если он натура чувствительная, то доведешь и до обморока. В других Королевствах ходить голышом считается дурным тоном».

– Вообще-то, в моем мире тоже, – предостерегла я. – Так что не вздумай обнажаться перед кем-то. Создашь проблемы и себе, и мне».

«Да тут у вас и не разденешься, при таком холоде-то», – удрученно отозвалась Линэль.

Платье я долго не выбирала, взяла все то же розовое, что попалось мне во время утренней ревизии сундуков. Одеваться в воде оказалось жутко неудобно, когда же все-таки натянула платье на себя, выглядела в нем как-то нелепо.