Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 77)
— Что-то случилось? — спросила я, мысленно радуясь возможности побыть целые сутки без него.
— Нужно наведать северный форт и шахты. Туда завтра пребывает главный управляющий из Эдинбурга, и у него есть кое-какие вопросы ко мне, — мрачно ответил Саммерс. По-видимому, его ждала не очень приятная встреча.
О том, что Саммерс не в настроении, я уже поняла, как только тот вернулся домой. Он даже не улыбнулся при виде меня, а когда я решила его поблагодарить за свидание с Карлом Генриховичем, одарил лишь легким кивком.
— Гуляла сегодня? — поинтересовался Саммерс чуть позже.
— Нет… Ты ушел рано и ничего не сказал, — осторожно возразила я. — Я не думала, что мне можно…
— Сейчас скажу Нилу, он прогуляется с тобой… Завтра он тоже останется здесь. Будет охранять тебя и дом. Остальных ребят забираю с собой, — Саммерс покончил с едой и отставил тарелку. — Лягу сегодня спать пораньше… А то выдвигаться нужно на рассвете …
Нил объявился через полчаса, и я, наконец, смогла выйти на свежий воздух. Вечер был прохладный, и пришлось закутаться в шерстяную шаль, которая, как и вся прочая одежда, принадлежала жене Саммерса. На улице в этот час оказалось мало людей, но те, что иногда попадались на пути, бросали на меня исподтишка любопытные взгляды.
Вначале мы прошлись по местной площади, затем я захотела заглянуть внутрь поселения, и Нил послушно последовал за мной по одной из узеньких улочек. Вскоре она пересеклась с более широкой улицей, параллельной площади. Свернув на нее и чуть пройдя вперед, я поняла, что мы подходим к дому Саммерса с другой стороны, то есть туда, куда выходят окна гостиной и столовой. А вот это уже интересней…
Я несколько замедлила шаг и стала внимательно разглядывать задний двор дома. Забора нет, это плюс. А вот и кусты, высокие, густые… Так, есть флигель, наверное, в нем и находится комната Эммы, как раз рядом с кухней… Но окно в нем только с одной стороны… Значит, Эмма не может видеть, что происходит на заднем дворе… Отлично.
В моей голове стал зарождаться план, который можно было бы осуществить завтра, пока Саммерс в отъезде. Разум, конечно, кричал, что это очень рискованно, но сердце умоляло попробовать.
От своей идеи я так разволновалась, что расхотела гулять. Когда я вернулась домой, Саммерс уже спал. Даже не верится, что сегодняшний день прошел без его противных приставаний. Я тихонько залезла в кровать, боясь его разбудить, и погрузилась в размышления о реализации завтрашнего плана.
Утро встретило меня ярким солнцем и отсутствием Саммерса не только в доме, но и во всем форте. Казалось, без него даже дышать стало легче.
Пока умывалась-одевалась-завтракала, Нила, приставленного ко мне, нигде не было видно. Отыскала его в тамбуре: парень сидел со скучающим видом на стуле около кабинета Саммерса. Похоже, ему запретили заходить внутрь жилого крыла. Что ж, это мне только на руку.
— Хотите прогуляться, мисс? — при виде меня он тут же подскочил с места.
— Да, если можно, отведите меня к дому, где живет отец мистера Саммерса, — попросила я, мило улыбнувшись.
— Но… — замялся сразу Нил, явно растерявшись.
— Что такого? — я невинно похлопала ресницами. — Я знаю, что он болен, и хотела бы его навестить… В конце концов, мы скоро породнимся… А Эмма сегодня напекла вкуснейших пирожков, — я продемонстрировала тарелку, прикрытую льняной салфеткой. — Кстати, угощайтесь…
— Спасибо, — Нил немного стушевался, но пирожок взял.
— Ну так что, идем?.. — весело спросила я.
— Не знаю, — Нил выглядел совсем потерянным, и уж точно сейчас не был похож на того бандита, который тыкал в меня острием ножа. — Как к этому отнесется Ральф?.. Он мне не давал никаких разрешений на этот счет…
— Жаль, конечно. А я ведь хотела поговорить с мистером Саммерсом наедине, без его сына. Надеялась подружиться с ним и тем самым сделать Ральфу сюрприз, — я приняла опечаленный вид. — Но нельзя, так нельзя… Тогда, может, позовете мистера Розенштейна? Я передам пирожки через него… Ведь с ним мне можно встречаться?..
— С ним можно, — неохотно согласился Нил. — Только вот мне вас одну оставлять нельзя… Приказ Ральфа.
— Но мы ведь можем ему об этом не говорить, — я заговорщицки улыбнулась. — Зато представляете, как обрадуется Ральф, когда узнает, что мы с его отцом уже наладили отношения?.. А вы Нил не беспокойтесь, я вообще могу посидеть в доме, на глазах у Эммы…
— Ну, если так, — парень неуверенно улыбнулся, — я тогда быстро…
Карла Генриховича он привел в рекордные сроки, наверное, очень боялся, что кто-то доложит Саммерсу о его уходе с поста.
— У вас не больше четверти часа, — предупредил нас Нил, но одних не оставил, отступил на метров десять в сторону и замер.
— Не ожидал, что нам позволят увидеться снова так быстро, — с радостной улыбкой приветствовал меня Карл Генрихович.
— Саммерса нет, — быстро шепнула ему я на русском. — И у меня к вам дело… — и уже громче на английском: — Вот, передайте мистеру Саммерсу-старшему. Эмма испекла пирожки для него, с творогом, как он любит…
— Спасибо, обязательно передам, — сразу включился в игру Карл Генрихович. — Что случилось? — тоже едва слышно.
— Скажите Илье, что я буду ждать его на заднем дворе дома Саммерса, как только стемнеет… — старалась говорить сквозь зубы, при этом широко улыбаться.
— Хорошо, — Карл Генрихович обнял меня, делая вид, что снова благодарит, и поспешно заговорил на ухо: — Я узнал, что случилось с женой Саммерса. Она умерла, будучи беременной. После какой-то ссоры с ним, у нее случился выкидыш. Не спасли ни ребенка, ни ее. Саммерс до сих пор считает себя виноватым в ее смерти.
— Спасибо, — поблагодарила его я.
Теперь становилось понятно, почему на Саммерса такое впечатление произвела моя беременность. Мало того что я похожа на его жену, так еще и жду ребенка. А тут еще и глубокое чувство вины за ее смерть. Представляю, какие его разрывают чувства, когда он смотрит на меня. Мне даже на мгновении стало жаль его… Впрочем, это не оправдывает его издевательств надо мной. Нет, Саммерс все-таки ужасен, и я не поддамся стокгольмскому синдрому, не буду оправдывать его жестокость.
Мы еще для отвлечения внимания перекинулись несколькими незначительными фразами, после чего Карл Генрихович удалился, унося с собой пирожки с творогом. Будем надеяться, у него получится передать Илье мои слова.
Я еле дождалась вечера. Пока все складывалось удачно: Нил остался ночевать за пределами жилого крыла, примостившись на все том же стуле в тамбуре, Эмма, убравшись после ужина, скрылась на кухне, а вскоре и вовсе ушла в свой флигель. Я же всех предупредила, что лягу спать пораньше, для чего демонстративно удалилась в спальню, едва стали надвигаться сумерки.
Когда же на улице совсем стемнело, я, прихватив свечу, вынырнула из комнаты. На случай если столкнусь со служанкой, решила сказать, что вышла в туалет. Моей же целью была гостиная, вернее, ее окно, которое, как и в столовой, выходило на задний двор, только скрывали его с улицы более высокие и размашистые кусты. Свечку оставила на кофейном столике, открыла окно. Оно поддалось сразу, не произведя никакого шума. Залезла на подоконник, свесив ноги наружу, и, зажмурившись, прыгнула вниз. Но с землей мне встретиться не получилось, вместо этого я оказалась в чьих-то крепких объятиях. Узнала их сразу, еще даже не открывая глаз, поэтому смело обхватила своего спасителя за шею, уткнулась носом в плечо, вдыхая такой родной запах.
— Илья, — в глазах стало горячо от приближающихся слез, — ты все-таки пришел…
— Разве я мог не прийти? — прошептал он, потом нашел мои губы, и мы утонули в длительном поцелуе, вложив в него все свои скопившиеся за дни разлуки чувства: нежность, страх, отчаяние, любовь…
— Как ты? — спросил он потом, отрываясь от моих губ и с беспокойством заглядывая мне в глаза.
— Все хорошо, — я сделала попытку улыбнуться, но Илья, конечно же, не поверил мне.
— Что Саммерс с тобой делал? — он взял мое лицо в ладони, заставляя смотреть только на себя. — Тебя били? Насиловали? Заставляли делать что-то против воли?..
— Нет, нет! — с жаром отозвалась я. — Ничего такого не было! Правда! Саммерс не причинял мне боли, не принуждал ни к чему такому!
Сейчас важно было убедить его, что со мной действительно все в порядке. Иначе, узнай Илья правду, он сгоряча мог наделать кучу глупостей, которые бы только усугубили наше положение. Уверена, если бы я рассказала, какие прихоти Саммерса мне приходится терпеть, да еще и ложиться каждую ночь с ним в постель, Илья бы это так просто не стерпел.
— Точно? — он посмотрел на меня испытующе. — Или ты боишься признаться? Саммерс тебе чем-то угрожает?
Ну почему Илья так легко считывает мои эмоции и мысли?.. Видно, придется, чтобы он поверил, выдать ему полуправду.
— На самом деле Саммерс хотел меня изнасиловать в первый день, — это признание далось тяжелее, чем думала, но я все же набралась храбрости и продолжила: — Но я сказала ему, что беременная, и он от меня отстал.
Кажется, Илья опешил от такого заявления и на несколько минут погрузился в некие раздумья. Но потом его взгляд просветлел, хотя лицо и оставалось серьезным.
— С беременностью ты хорошо придумала…
Придумала?.. Мне немного стало обидно: неужели он даже не предполагает, что это так может быть и так?.. А еще врач называется! Или как все мужчины, пытается отрицать то, чего не хотел бы, чтобы случилось?..