Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 7)

— Противозачаточные, — пояснил он, и уже с явным укором добавил: — Опять забыла?.. Я же тебя просил, ставь себе напоминание в телефоне!.. Мало того что вчера пропустила из-за больницы, так еще и сегодня…

Эта тема меня жуть как смутила, ведь она напрямую была связана с интимной стороной жизни с Сашей. Да и настроение самого Саши как-то резко испортилось.

— Я… Я выпью, — запинаясь, пообещала я.

Осталось узнать, где лежат эти таблетки.

Между тем Саша уже почти доел свою порцию, и я, желая разрядить внезапно сгустившуюся атмосферу, радостно предложила:

— А давай потанцуем!

— Потанцуем? — он явно удивился, но при этом не рассердился, что уже было хорошим знаком.

Я кивнула и быстро нашла в телефоне некую романтическую композицию, поставив ее на полную громкость.

— Дамы приглашают кавалеров, — шутливым тоном проговорила я, протягивая ему руку.

— Не могу отказать столь прекрасной даме, — на лице Саши наконец появилась улыбка.

Он поднялся из-за стола и, взяв за руку, притянул к себе. Потом положил ладони мне на талию, я в ответ обняла его за шею, и мы принялись медленно двигаться в такт музыке. Как же это было прекрасно… Танцевать с ним, чувствовать его близость, иметь возможность прикасаться… Для полного счастья не хватало одного.

— Поцелуй меня, — осмелев, выдохнула я ему прямо в губы.

Ожидая этот самый поцелуй, я даже прикрыла глаза. Однако Саша почему-то медлил, и тогда я сама приникла к таким желанным губам. Он ответил не сразу и будто нехотя, но я не собиралась сдаваться. Мой поцелуй стал уверенней, и мне захотелось сделать его глубже. Но только я попыталась это предпринять, как Саша отстранился от меня со словами:

— Кать, ты же знаешь, я не очень люблю так…

«Как?» — хотелось спросить мне, но потом я вспомнила: «мой» Саша тоже не очень любил целоваться и всегда делал это через силу или на публику. Первый раз я узнала об этом от одной из его девушек, когда на очередной вечеринке та, употребив неприлично много алкоголя, принялась жаловаться мне на Сашу и на его нелюбовь к поцелуям, особенно «французским». Тогда я даже позлорадствовала по этому поводу: мол, так тебе и надо… Потом же Саша сам как-то обронил фразу, касаемо поцелуев: «Не вижу ничего приятного в обмене физиологическими жидкостями, а заодно и микробами…» Теперь вот и меня эта «проблема» коснулась.

— Я думал, мы этот вопрос уже решили, — чуть поморщившись, добавил он.

— Извини, я просто очень по тебе соскучилась, — с трудом скрывая огорчение, проговорила я. — Но хоть обнять ты меня можешь?

— Обнять могу, — Саша улыбнулся и крепко прижал меня к себе.

Я несколько бесконечных минут нежилась в его объятиях, но потом он вновь отстранил меня от себя.

— Пойду приму душ и лягу спать пораньше, — сказал он, клюнув меня в щеку. — Завтра рабочая суббота, и мне надо хорошенько выспаться…

— Да, иди, конечно. А я пока на кухне приберусь, — я очень старалась, чтобы мой голос звучал бодро, и в нем не сквозило разочарование.

Похоже, романтический вечер, к которому я так готовилась, подошел к концу, едва начавшись…

Этой ночью я почти не спала. А разве можно безмятежно заснуть, лежа в одной постели с мужчиной, о котором мечтала всю жизнь?.. Вот и я не могла. Долго лежала, слушая его дыхание, и даже боялась пошевелиться. Потом переключилась мыслями на ситуацию, в которой оказалась, и вновь стало тревожно на душе… С одной стороны, я очутилась в настоящей сказке, о которой даже мечтать не смела, с другой же, никто не мог сказать, сколько эта сказка продлится и каков будет ее конец… Да и чувство, что я все же занимаю чужое место, крохотным червячком подтачивало уверенность в правильности своих поступков… Хотелось верить, что здешний Карл Генрихович не обманул меня, и я ничем не испорчу жизнь своему двойнику.

Забылась сном лишь на исходе ночи и то ненадолго: очнулась, когда часы показывали половину шестого утра. Глянув на спящего рядом Сашу, снова испытала прилив радости и желание наслаждаться каждой минутой, проведенной рядом с ним. Валяться без дела в постели не хотелось, поэтому я бесшумно вынырнула из-под одеяла и отправилась на кухню.

Содержимое холодильника вновь навело на меня тоску: и что из этого можно приготовить на завтрак?.. В конце концов, я заварила себе чай, который без особой охоты выпила вприкуску с несладким йогуртом. Господи, как же я хочу шоколада! Да уж… Еще пару дней «бесшоколадной диеты», и у меня начнется настоящая ломка. Интересно, а Саша из моего мира такой же приверженец здоровой еды?.. В юности я подобного за ним не замечала, но в последние годы наше общение заметно сократилось, поэтому, вполне возможно, его пищевые привычки и изменились…

Саша появился на кухне получасом позже, хмурый и неразговорчивый. Сам сделал себе кофе, тост и тоже взял йогурт. Единственное, что я услышала от него в это утро, было:

— Выпила таблетки?

Меня этот вопрос вновь застал врасплох, хотя вчера я и нашла те самые злосчастные противозачаточные, и даже выпила их. Понимаю, для мужчины и женщины, которые живут вместе, эта тема не должна быть какой-то особенной, скорее, наоборот. Но мне почему-то она была неприятна… Вернее, мне был неприятен навязчивый контроль этого вопроса со стороны Саши. Будто я какая-то непутевая или это волнует его больше, чем меня… Поэтому ответила ему достаточно прохладно:

— Выпила. Не волнуйся…

Саша, похоже, даже не заметил моего тона. Он на это лишь удовлетворенно кивнул и отправился в ванную. А еще через четверть часа, одетый и надушенный, отбыл на работу.

Оставшись одна, я некоторое время бесцельно бродила по квартире, пока не наткнулась на пакет с одеждой, которую привезла из больницы. Вчера мне некогда было его разбирать, и он был отодвинут в дальний угол, чтобы не мешался под ногами.

Я вытряхнула содержимое пакета прямо на кровать. Вначале выпало платье, затем шляпа, туфли… И крест Карла Генриховича. Я взяла амулет в руки и поднесла поближе к глазам. Он оказался тяжелым, испещренный непонятными символами и узелками, удивительно теплый на ощупь… На мгновение у меня перехватило дыхание, а сердце пропустило один удар… Вот оно — доказательство того, что «мой» Карл Генрихович все-таки существует, а окружающая реальность — не плод моего воспаленного воображения. Я еще немного покрутила роковую вещицу в руках, разглядывая, после чего спрятала в ящик с нижним бельем. Надеюсь, Саша не контролирует его содержимое.

Найденный амулет воодушевил меня на поиски какой-нибудь информации, касаемо меня самой в этом мире. Ведь я так до сих пор и не знаю, чем здешний вариант меня занимается, где работает, с кем общается. И первым, кто (вернее, что) мог мне об этом поведать, не задавая встречных вопросов, был компьютер. Он с радостью и без всяких паролей предоставил мне доступ к своим файлам. Десятки англоязычных текстов, и столько же на русском содержалось в папке «переводы». Несколько электронных книг на тему английской и итальянской лингвистики… Тройка скаченных фильмов… «Тяжелая» папка с неимоверным количеством фотографий… Тут-то я и залипла чуть ли не на час. По два-три раза рассматривала изображения, где я-не-я в окружении знакомых и незнакомых лиц. Родители… Друзья со школы… Приятели из лингвистического института, в котором я никогда не училась, хотя и мечтала… И, конечно же, Саша…

Прервал мое занятие громкий сигнал скайпа. Сердце екнуло, когда я поняла, что это мама.

— Доча, привет! — она радостно замахала рукой с экрана монитора. — Как дела?..

— Привет… Все нормально, — я неуверенно улыбнулась. Непривычно было видеть маму такой загорелой и счастливой, да еще и на фоне бассейна и пальм.

— Ой, а мы вчера на пирамиды ездили смотреть… И на верблюдах катались… — возбужденно затараторила мама. — И сувениров кучу накупили… Я себе еще сумку купила, дорогу-у-ущую… Но я ее потом тебе покажу… Она в номере осталась…

Затем на экране появился не менее счастливый папа. Теперь они уже наперебой стали рассказывать мне о своих египетских приключениях. Я же смотрела на них и думала, что если все-таки вернусь в родной мир, то непременно отправлю СВОИХ родителей в Египет. А еще я поняла, что очень по ним скучаю и, к сожалению, их, пусть и полные, копии никогда не заменят мне настоящих маму и папу.

После разговора с родителями я еще некоторое время побродила по ноутбуку, но, больше не найдя ничего для себя важного, отложила его в сторону. Время близилось к обеду, и мой урчащий желудок настойчиво об этом напоминал. Единственное «но»: то, что имелось в холодильнике, он употреблять никак не хотел. Я бы с удовольствием сходила в магазин, но наличных было как кот наплакал. Вот если бы узнать пин-код банковской карточки, что лежит у меня в кошельке… И тут меня осенило: а вдруг я «здешняя» тоже имею привычку записывать пины в смартфоне как заметку? Я сразу же полезла в телефон и наткнулась на одну-единственную заметку со странной комбинацией букв и цифр. Однако странной она бы показалась лишь для непосвященных, я же прекрасно поняла, что в ней зашифровано.

— У дураков мысли сходятся, — довольно усмехнулась я и побежала одеваться.

В магазине еле удержалась, чтобы с голода не накупить всякой вкусной гадости. Ограничилась лишь шоколадным батончиком и несколькими сосисками. Потом взяла еще бутылку сухого вина и пару ароматических свечек, надеясь, что сегодня уж точно доведу наш с Сашей романтический ужин до конца.