Ольга Иванова – Рождение феникса (СИ) (страница 22)

Итан вновь опрокинул на спину, уложил на кровать и избавил от одежды окончательно. Теперь я лежала перед ним полностью обнаженная, а он с нежным любованием скользил взглядом по моему телу, заставляя трепетать от стеснения и нетерпения одновременно. 

— Ты прекрасна, — прошептал он, возвращаясь к моим губам. 

— Постой, — я увернулась от поцелуя и неуверенно потянулась к пуговицам на его рубашке. Пальцы дрожали от волнения, когда я освобождала каждую из петель. Итан терпеливо ждал, не отрывая от меня взгляда, зато когда с последней пуговицей было покончено, тотчас снял с себя рубашку, бросив ее на пол. 

— Дальше сам, —  тихо попросила я и прикусила губу, пряча смущение. 

Он усмехнулся, целуя меня в нос и быстро распрощался с остатками одежды. Раньше я думала, что навряд ли смогу спокойно смотреть на полностью обнаженного мужчину и непременно зажмурюсь, если увижу подобное, но с Итаном оказалось все иначе. Если и испытывала смущение, разглядывая его, то совсем немного. И да, для меня он тоже был прекрасен. Я провела ладонью по его груди, затем спустилась к животу, с наслаждением ощущая под пальцами твердый пресс. А он, втянув в себя воздух, вдруг перехватил мои руки и завел их мне за голову. Короткий кусающий поцелуй в губы и россыпь поцелуев на лице, шеи, ключицах… Губы Итана спускались все ниже, ласки становились откровеннее, а мое дыхание и стоны — чаще. Тело откликалось острым наслаждением на каждое прикосновение, пальцы в нетерпении комкали простынь… И я вновь забыла, на каком свете нахожусь. Боль я едва ощутила, ее сменило безграничное счастье от полного единения с любимым мужчиной, а следом — экстаз, в момент которого мне показалось, что я вновь умерла. И снова возродилась, только в объятиях того, кого больше никогда не забуду. 

…— Ты не жалеешь, что мы, возможно, поторопились? — дыхание Итана путалось в моих волосах, куда он зарылся лицом. 

Мы лежали в темноте, тесно прижавшись друг к другу и слушая стук сердец, которые бились словно в унисон. 

— Что за глупости? Как можно о таком жалеть? — я провела рукой по его щеке. — Если только сам не жалеешь, — подначила его слегка. 

— Что за глупости? — он усмехнулся, целуя меня в висок. — Нужно быть безумцем, чтобы жалеть об этом. 

— Теперь я полностью твоя, — я тоже улыбнулась, — и никакой Стикс… 

— Т-с-с-с, — Итан приложил палец к моим губам. — Давай не будем о нем сейчас. И я не отдам тебя ни ему, ни кому-либо другому. Теперь ты полностью моя, да… 

Он обнял меня еще крепче, словно пытаясь охватить этими объятиями всю. Внезапно его рука задержалась на моей спине, пальцы пробежались по ней, но не лаская, а будто что-то изучая. 

— Повернись, — попросил затем. 

— Что такое? — я удивилась и немного заволновалась. 

— Хочу посмотреть на твой шрам. Кажется, он исчез. 

— Исчез? Серьезно? — я перевернулась на другой бок. — Может, свет зажечь? 

— Не надо, я и в темноте все вижу, — его пальцы вновь коснулись моей спины. — Его действительно нет. Ни следа. 

— Правда? — я не могла поверить, что того ужасного шрама, которого я стыдилась и который вызывал во мне столько неприятных чувств, больше нет. — А я и внимания на это не обратила. Впрочем, как я могла заметить его исчезновение, если не помнила о нем! 

— Перерождение очистило не только твою память, но и тело, — Итан с усмешкой вновь притянул меня к себе, на этот раз обняв со спины. 

— И это, пожалуй, единственный его плюс, — тоже усмехнулась я. 

— Ну почему же? А новые способности? 

— Да, это тоже плюс, спорить не буду. Особенно обращение в птицу.

— Я хочу увидеть это. Покажешь? 

— Да хоть сейчас! — откликнулась я весело. 

— Нет, сейчас не надо. Сейчас я не хочу тебя никуда отпускать, даже на минуту, а только лежать рядом. Вот так, — Итан поудобнее обнял меня и накрыл одеялом. — До самого утра. А завтра ты мне все покажешь. 

— Ладно. Но тогда и ты мне покажешь все, что умеешь, — отозвалась я. — А то я мало что о тебе знаю. Как о… василиске. Ведь проклятие не только в твоем взгляде и прикосновениях, так ведь? 

— Не только,  — вздохнул Итан с улыбкой. — Теперь же давай спать, любопытная моя тэра Гранд. А своими секретами поделимся друг с другом завтра. 

Глава 16

Это утро поистине было добрым. Такой счастливой я не ощущала себя, пожалуй, еще никогда. 

— Ты всегда так рано поднимаешься? — я, находясь еще в сонной неге, наблюдала, как Итан одевается. За окном только забрезжил рассвет, и спальня была погружена в полумрак. 

— Привык, — он улыбнулся будто бы виновато и опустился рядом со мной на кровать. — Если хочешь, поспи еще немного. Время есть. 

— Нет, я тоже уже встаю, — я с улыбкой потянулась, затем резко села на постели. Заметив его безотрывный взгляд, я обеспокоилась: — Со мной что-то не то? — и принялась приглаживать растрепавшиеся за ночь волосы. 

— Ты очень красивая, — услышала в ответ. Итан усмехнулся и заправил мне прядь за ухо. — И сейчас, со сна, особенно… 

— Ты смущаешь меня, — я перехватила его руку и переплела наши пальцы. А он притянул меня к себе, чтобы поцеловать. 

— Позавтракаешь со мной? — спросил Итан, поглаживая мою щеку. 

— Спрашиваешь! — я засмеялась. — Я очень голодна. 

— Тогда жду тебя внизу. Если надо, ванная в твоем распоряжении. 

— Хорошо, скоро спущусь, — пообещала я. 

А когда дверь за ним закрылась, быстро выбралась из-под одеяла и первым делом нашла свое белье. При каждом движении мышцы слегка ныли, напоминая о бурно проведенной ночи, но вызывая при этом очередную счастливую улыбку. Ванну принимать не стала, решила это сделать все же у себя, поэтому просто умылась и причесалась. Шпильки оказались безвозвратно потеряны той же ночью, пришлось оставить волосы распущенными. Надеюсь, никто со стороны меня не увидит такой до того, как я приведу свою прическу в порядок. 

Когда я спустилась в столовую, Итан уже сидел за накрытым к завтраку столом. 

— Это Гелла позаботилась? — поинтересовалась я, отмечая, что приборов здесь вновь два комплекта.

— А кто же еще? — Итан поднялся и отодвинул для меня стул. — Садись. 

— Спасибо… 

Значит, Гелла в курсе, что я ночевала здесь. Хорошо, что она такая немногословная и безразличная ко всему происходящему, иначе волны сплетен было бы не избежать. 

— И все же у тебя особое меню, — с улыбкой заметила я, оглядывая блюда на столе. — Куда более расширенное, чем в столовой. 

— Если только со вчерашнего дня и не только для меня, — усмехнулся Итан, подвигая ко мне тарелку с горячими гренками. 

— У тебя сегодня много дел? — спросил он потом. 

— Как обычно, — я пожала плечами. — Три лекции. Ах да. Еще дополнительное занятие с Дереком Руманом. Чуть не забыла! 

— Я не знал, что ты с ним занимаешься, — Итан удивился. 

— Значит, не было момента сказать об этом, — я усмехнулась. — Да, занимаюсь. Почти с первого дня, как я здесь. Ему трудно было общаться на таллийском, я сама предложила подтянуть его. Вот теперь возвращаемся к нашим занятиям. 

— Во сколько освободишься? 

— В часов пять. А что? Хочешь, чтобы я снова тебе с чем-то помогла? 

— Нет, просто собираюсь провести этот вечер с тобой. Ты мне обещала показать, чему научилась у фениксов. 

— И ты мне тоже обещал показать, — напомнила я. 

— Я не забыл, — ответил Итан с улыбкой. — Тогда жду тебя после пяти. 

— Договорились, — весело заключила я. И задумалась уже о другом: — Как бы мне уйти от тебя незаметнее? Хочу успеть к себе заглянуть перед занятиями, переодеться. А то я слишком растрепанная, чтобы показываться в таком виде перед курсантами. 

— Тогда тебе лучше идти через улицу, а дальше через кухню, — Итан старательно скрывал ухмылку, но его настроение выдавал насмешливый блеск в глазах. — Поваров не стесняешься? 

— Это меньшее зло, — заверила я. — Ладно, я пошла. 

— Постой, — Итан задержал меня, поймав за руку. Затем поднялся и поцеловал в губы. — На удачу. Теперь день точно будет хорошим. 

— У тебя или у меня? — уточнила я, усмехаясь.

— У обоих, — он снова попытался поцеловать меня, но я увернулась. 

— Очки не забудь надеть, — напомнила ему я и выбежала из комнаты. 

Погода по-прежнему не радовала. Я поежилась и запахнула на груди жакет. Похоже, пора доставать пальто. 

Я направилась быстрым шагом через задний двор, к кухне, как вдруг из нужной мне двери вышла Элизабет. В платье, да еще и с отросшими почти до подбородка волосами я едва ее узнала. Она тоже увидела меня, остановилась. 

— Доброе утро, Элизабет, — первая поздоровалась я.