Ольга Иванова – Незваная невеста (страница 2)

Не прошло и месяца, как я узнала, что жду ребенка. Новость, которая сделала счастливой и меня, и Лешу, сблизила нас, наполнила жизнь совсем иным смыслом. Беременность прошла идеально, а роды наступили точно в срок. Родила я тоже легко, на зависть другим роженицам. Леша в этот волнительный момент находился рядом со мной и, услышав от акушерки:

– У вас дочка! – первый было потянулся к ней, чтобы взять на руки ребенка.

Когда же ему отдали нашу малышку, он внезапно изменился в лице. От счастливой улыбки не осталось и следа, а лоб прорезала морщинка. Он небрежно отдал ребенка обратно акушерке и стремительно покинул зал.

– Это просто запоздалый шок. Папочки такие ранимые, хорошо, что в обморок не грохнулся, и такое бывает, – попыталась успокоить меня акушерка и положила ребенка мне на грудь.

И мне тут же стала ясна причина такой реакции мужа: головка нашей дочери была покрыта темными, почти черными волосиками. И все бы ничего, если бы мы оба с Лешей не были типично русыми и светлоглазыми, а в роду ни у одного из нас не имелось брюнетов.

Муж даже не приехал на мою выписку, из роддома меня встречали только родители. Потом я узнала, что Леша, в то время как я была в больнице, сделал тест на отцовство. Пока его проводили, я жила у родителей и все ждала, что этот кошмар закончится и все вдруг образуется. Ведь не мог же подобный сюрр продолжаться вечно! И только моя малышка, моя Анюта, которую я с каждым днем любила все больше, несмотря ни на что, давала мне сил жить дальше и не сойти с ума. Правда, она оставалась все такой же темненькой и смуглой, а ее глазки из младенчески-синих постепенно превращались в карие. И ни одной черты, которая бы напоминала о Леше…

Результаты теста пришли через две с половиной недели. Вероятность отцовства: 0%. Леша швырнул мне заключение прямо в лицо, а следом и заявление на развод.

– Увидимся в суде, – процедил с ненавистью и ушел, хлопнув дверью.

Глава 2

– Великий ноэр-ган, простите за беспокойство. У меня важные новости, – советник Ламин склонился перед правителем, который в этот час нежился в горячем бассейне под открытым небом. Вокруг благоухал сад, порхали яркие птицы, а в отдалении прекрасная дева играла на домбо, услаждая слух ноэр-гана нежной мелодией.

– Говори, – правитель небрежно махнул рукой.

– Боги снова благословили наши земли, – Ламин вновь поклонился. – Одна из десяти виетт все же выносила и родила младенца. Девочку, точно, как значится в Огненных писаниях.

– Наконец-то, – на лице ноэр-гана промелькнула легкая, чуть усталая улыбка. – Хотя бы этот вопрос можно закрыть.

– Скоро ее доставят во дворец.

– Прекрасно, – протянул правитель. – Доверяю ее полностью вам. Найдите ей кормилицу, няню, обеспечьте  нирину-ган всем, что положено ее статусу. И организуйте, конечно же, праздник. Нужно представить нирину-ган народу, чтобы жили все в спокойствии…

– Будет исполнено, мой господин, – снова учтивый поклон.

– Что там с отбором слышно, Ламин? – ленивым тоном поинтересовался дальше ноэр-ган.

– Приглашения всем потенциальным невестам уже разосланы, мой господин, – ответил тот. – Дата начала назначена на восьмого садана. Все невесты должны прибыть не позднее вечера того дня, иначе будут исключены из отбора.

– Избавь меня от этих подробностей, – поморщился правитель. – Меня интересует лишь сроки и то, что пребывать в спокойствии мне осталось меньше двух недель…

– Возможно, будущие волнения будут приятными, мой господин, – Ламин улыбнулся.

– Не думаю, – ноэр-ган прикрыл глаза и откинул голову на мягкую подушку. – Если у тебя все, то можешь идти.

– Да, мой господин.

Уже отходя от купальни, Ламин столкнулся с братом правителя.

– Приветствую вас, ноэр-ран, – уже который раз согнулся в поклоне советник.

Тот кивнул и направился было дальше, но Ламин набрался смелости и окликнул его сам:

– Ноэр-ран…

– Что? – брат правителя остановился, бросил на него взгляд через плечо.

– У нас радость. Одна из виетт все же родила ребенка.

Пауза, возникшая после этих слов, была чуть длиннее, чем того следовало, а поза ноэр-рана стала напряженной.

– Это действительно хорошая новость, – наконец произнес он ровным голосом. – Пойду поздравлю брата.

Мать с отцом, узнав, что подозрения Леши подтвердились, не поддержали меня и встали на его сторону. Мама оскорбленно заявила, что не ожидала такого от меня, думала, что это ошибка, а оно вот как обернулось… И как я ни пыталась объяснить, что это действительно какая-то чудовищная нелепица, они больше не хотели слушать «распутную дочь», которая так разочаровала их. Яблоко от их яблони оказалось с червоточиной – слова папы. Впрочем, иной реакции я и не ожидала от них. Подруга Саша стала единственной, кто по-прежнему мне верила, она же приютила меня с Аней, когда я ушла теперь уже из дома родителей.

– Сейчас немного отойду от всего и займусь поисками квартиры, – пообещала я Саше. – А там, может, и подработку подыщу…

– Да какая тебе сейчас подработка! – вздохнула с укоризной подруга. – Ребенок вон у тебя грудной. Занимайся им, проживем как-нибудь…

– Спасибо, – я была безмерно ей благодарна, но решила, что все равно не буду сидеть у нее на шее и обязательно придумаю, как вернуть ей этот долг.

Несколько раз я порывалась рассказать Саше о том безумном сне, который так и не стерся из моей памяти и до сих вызывал противоречивые чувства. Кроме этого, все чаще приходила мысль, что он как-то связан с тем, что моя дочка оказалась неродной Леше. Но поделиться всем этим с подругой я так и не решилась.

Очередной роковой день наступил спустя три недели, как я жила у Саши. Вначале мы с ней вместе гуляли по скверу с коляской, потом я вспомнила, что заканчиваются подгузники, и решила сбегать пополнить запасы в ближайший супермаркет,  Саша же осталась с Анютой у крыльца. Я отсутствовала каких-то десять минут, когда же вышла из магазина, застала подругу рыдающей навзрыд, а коляску – пустой.

– Это словно морок какой-то, – судорожно всхлипывая, заговорила Саша. – Я не отходила от нее ни на шаг, только моргнула, а она исчезла…

Земля ушла из-под ног, в глазах потемнело, и я только чудом не упала в обморок. Меня подхватила мимо проходящая женщина. Она оказалась медсестрой, а в сумке у нее нашелся нашатырь. Пока меня приводили в чувство, кто-то вызвал полицию, и вскоре мы с Сашей переместились в участок, где написали заявление о похищении ребенка.

– Понимаете, она исчезла у меня на глазах! Моргнула – и нет ребенка! – как заведенная повторяла Саша, я же находилась в настоящей прострации, не веря в происходящее. Моя малышка, моя Анечка… Она сейчас обязательно  найдется, вернется ко мне. С ней ничего не могло случиться плохого, не могло…

– Похоже на гипноз, – удрученно сказал один полицейский другому. – Неужели у нас в районе опять начали промышлять цыгане? Только этой радости нам не хватало…

– Мамочки, мамочки, – снова заплакала Саша.

Сердобольный участковый принес ей из аптечки валерьянки, накапал настойки и мне. Я выпила машинально и снова уставилась в одну точку.

– Вы бы не оставляли подругу одну, – услышала я, как он обратился к Саше. – Она в таком состоянии может сотворить что-нибудь неадекватное. Лучше бы плакала, как вы, чем так…

Саша успокоилась, взбодрилась и потащила меня домой, а после не отходила от меня ни на шаг. Я же остаток дня и ночь пролежала на диване в одном положении, не двигаясь. Истерика нагнала меня под утро, когда я ощутила, как прибывает в груди молоко. Саша крепко спала, а я выла в подушку, стараясь заглушить свои рыдания. Потом поднялась и, пошатываясь, направилась в прихожую. Натянула куртку, кроссовки и вышла из квартиры. Ноги привели меня в сквер, где я гуляла обычно с Анютой, села на свою любимую скамейку и закрыла лицо ладонями.

– Девушка, – кто-то тронул меня за плечо.

Я вмиг подняла голову и уткнулась взглядом в красивую пожилую женщину. Она смотрела на меня с сочувствием и одновременно изучающе. Вот только мне сейчас меньше всего хотелось разговаривать с посторонними людьми, отвечать на их участливые вопросы. Что ей надо?

Однако незнакомка ничего не спросила, окинула меня еще раз задумчивым взглядом и произнесла:

– Я знаю, где твоя дочь.

– Что? – мой голос охрип от волнения.

– У тебя ведь украли ребенка. Я знаю, где он сейчас, – спокойно повторила женщина.

Я же взглянула на нее по-новому: светлые волосы, зеленые глаза, высокая, стройная…  На цыганку не похожа. Кто же она?

– Правда, знаете? – уточнила с сомнением.

– Знаю, – вздохнула она. – Только поверишь ли…

– Она у цыган, да? – спросила я.

– Нет, – усмехнулась женщина. – И слава богам. Хотя… Как знать…

– Но она хотя бы жива?

– Жива, – уверенно ответила та.

– Это самое главное. А я поверю во что угодно, лишь бы вернуть ее, – я подскочила на ноги. – Вы отведете меня к ней?

– Я покажу тебе, где она, а дальше решишь сама…

Решу сама? Что за глупости? Звучит так, будто я могу  этого не захотеть!

– Идем, – между тем позвала женщина. – Я живу здесь недалеко.

– Так мы идем к вам? – я, несколько озадачившись, поспешила за ней.

Она кивнула и ускорила шаг.

Ее дом оказался в квартале от сквера.

– Заходи, – пригласила она меня в квартиру.