Ольга Игонина – Развод. Ты нас предал (страница 31)

Подхожу к телефону. Оборачиваюсь на стол, как в этой куче бумаг, найти нужный документ. Хоть мне как раз надо, чтобы ничего не нашли.

— Добрый день, — тараторит женский голос. — Охрана сообщила, что у машины, которая у нас числится за вами, была поймана девушка. Крутилась вокруг, предполагается, что воровка.

Твою мать.

Бегу, нажимаю на кнопки лифта.

Тишина, снова что-то сломалось. Какого черта!

Несусь по ступенькам. Машина стоит столько, что к ней отдельную охрану нанимать надо. Может, Альбинка приехала, пока папаша ее отвлекает, гвоздем неприличное слово царапает.

Выбегаю на парковку.

Не Альбинка.

— Какого черта здесь происходит?

Толстый, нелепый охранник держит за руку Алевтину.

— Вот. Вокруг вашей машины терлась. Проверьте, все ли на месте, — заискивающе улыбается служка. Думает, раскрыл преступление века. Уже премию с шести нулями представляет.

Обхожу вокруг машины. Все на месте, тачка в идеальном состоянии.

Алька чертовски красивая. Платье подчеркивает ее «вишенки», упругую попку. Если бы не вот это, все дерьмо, я бы ее сейчас знатно наказал.

— Чтобы больше я тебя не видел! А сам позвоню! — рычу. И так сейчас время напряженное, еще эта овца на нервы капает.

— Демид, — Алька скулит. — Ты меня забыл?

— Вон! — кратко и доходчиво. Ещё каждая потаскуха будет мне свои правила диктовать.

Разворачиваюсь и ухожу. Возвращаюсь в кабинет.

Присоединяюсь к трудяжкам. Может, все эти дружочки, не такие добрые и наивные, как кажутся. На полу вырастают три стопки с папками.

Снова звонит администратор.

— Эта девица снова крутится вокруг вашей машины. Вызвать полицию?

— Вам заняться нечем? — рявкаю в трубку, нервы на пределе.

Еще час плодотворной работы.

— Мужики, я все понимаю, уже почти ночь на дворе. Может, пожрем? Пиццу, шашлык закажем, раз мы решили не уходить отсюда целую неделю.

— Заказывай. На всех, — тесть кивает, не отрываясь от документов.

Секретутка уже учапала домой, придется, самому ее обязанности выполнять.

Открываю телефон.

В мессенджере висит вложение.

Открываю. Фотография. Моя машина...

— Сука, надеюсь, это фотошоп.

Глава 51

Алевтина

Ненавижу! Ненавижу! Из-за этого козла я потеряла подругу! Алька мне всегда помогала, денег занимала, подарки делала. А теперь что? Где я еще такую найду?

Отхожу от парковки, сажусь на бордюр.

Чувствую себя всеми обманутой. Отвергнутой, преданной. Мариночка с Томой, получается, издевались надо мной? И все было только для выманивания денег? Как так? Я же за помощью обратилась!

Мимо едет большой мусоровоз. Такая вонь из этой машины. Кажется, прям серое облако смрада опускается на меня. И весь мой аромат духов, дезика перекрывается, я сама становлюсь этой вонью.

Демид, я тебе не Альбинка, я такого не прощаю.

Набираю нашей Мариночке.

— Пусть у тебя поперек станут эти деньги, — ору в трубку. — Ты меня обманула. И тебя троекратно пусть обманут.

Ору на всю улицу.

— Милая, тон сбавь! Ты усвоила урок? Ты обманула подругу, вот круг замкнулся. Ты себя почувствовала на ее месте? Делай выводы, — говорит спокойно.

Представляю, как эта крыса сейчас хихикает, жизни она меня учить решила.

Шмыгаю носом, внутренне проклинаю день, когда я связалась с этим кланом «Успешных женщин дорогих мужчин».

— Милая, тебе плохо? — из побитой десятки орет какое-то быдло. — Хочешь, я тебя утешу?

Показываю средний палец. Встаю, поправляю платье.

Да, теперь я научилась включать мозги, никому и копейки теперь не отдам. Захожу в банковское приложение. На кредитке минус четыреста тысяч. Охренеть, в каком бреду я это сделала. К плохому здоровью присоединяется мигрень. И злость, просто через край.

Алевтина выходит на тропу войны, безнаказанным не останется никто.

И первым достанется тому, кто ближе. Демиду.

Поднимаю глаза. Напротив магазин бытовой химии. В голове зреет план.

Захожу в магазин. Решаю купить дешевой краски для волос, ядреных цветов и написать ею самые неприличные слова, которые вспомнит интернет.

Беру три пузырька, хватаю с полки две красные дешевые помады. Вот не хватает чего-то, нет какого-то удовлетворения. Прохожу между рядами. Взгляд падает на ежедневки. Да! Демид, я унижу тебя по полной. Дорогая черная машина, украшенная прокладками, что может быть красивее... страшнее и унизительнее.

Кажется, мое внутреннее чутье ликует.

Покупаю двадцать пачек. Самых разных. Купила бы больше, но денег уже не осталось. С кредитки покупаю десять упаковок суперклея, чтобы вся красота намертво села.

— Какой у вас интересный набор, — девушка-кассир улыбается.

— Особую вечеринку устраиваю. Для феминисток, я за то, чтобы все права женщины соблюдались, а то любые мудаки так и норовят в спину нож вонзить.

— О, вы великое дело делаете!

Краснею. Буду тоже так считать. Кто-то начинает новую жизнь с понедельника, кто-то с Нового года, а я сейчас.

Сгребаю все, четыре пакета.

— Подождите, вот вам от меня небольшой презент, — девушка протягивает упаковку цветных стикеров, в форме звездочек, цветочков и сердечек. Идеальное завершение.

Возвращаюсь на парковку. Теперь надо усыпить бдительность толстяка. А то снова охрана вылезет, Демида позовет. А у него такое настроение, что он меня на своей громоздкой тачке переедет.

Хожу вокруг машины, жду.

— Ну, ты опять здесь кружишься?! — охранник бежит на своих ножках-сосисках. — Тебе же было все сказано. Тупенькая?

Это чмо стучит пальцем по виску.

— Простите, что мозолю вам глаза. Мы с Демидом поругались, и я была очень неправа. Сами видели, какой он у меня вспыльчивый. Смотрите, я приготовила тут стикеры, напишу на них признания в любви. Они следа не оставляют, вы не подумайте.

Стараюсь спрятать пакеты за спину.

— Я все равно обязан о тебе доложить. У вас там какая-то любовь, а у меня работа. Ответственная, между прочим.