Ольга Игонина – Развод. Ты нас предал (страница 16)
Жду, когда будет просить о пощаде. Давлю сильнее. Чувствую, как Алька стискивает зубы, выпрямляется в спине. Это вызов мне.
Как в замедленной съемке вижу, как она замахивается, и рука летит в моем направлении. Перехватываю. Ловлю ее взгляд.
— Руки убери! Демид, у тебя есть Алевтина, вот перед ней и качай права. А от меня отстань!
Хватает меня за запястье, резко дергает. Рука с ее подбородка соскальзывает, оставляя два красных пятна.
— Как понял, ты уже собралась. Пойдем.
— Да, Демид! — кажется, жена близка к истерике. Раньше она была более стойкая, а сейчас что-то совсем раскисла. — Хватит! Я тебя больше не люблю! Ты свободен! Я тебя отпускаю!
— А я тебя нет!
Почему бабы такие дурные. Хочешь быть счастливой — будь, зачем все эти истерики, ограничения? Кому лучше? Ну вот узнала Алька о том, что меня ее подружка иногда обслуживает, что должна сделать? Стать круче, чем та, дать свободу выбора, а сама пока понять, чему любимый рад будет. И это не про борщи. Я и в ресторане нормально поесть могу. А чтобы я пришел домой, и никто мне мозг не выносил, массаж, ласки, внимание. Я со своей стороны деньгами и прекрасной жизнью отплачу. Что там говорят — женщина должна быть хозяйкой, другом, уборщицей и проституткой в одном лице. Про пилу ничего не сказано.
В палату вырывается другая медичка.
— Золотова, ваши анализы посмотрел врач. Подождите, вас вызовут на консилиум. А вы ее муж? — полтора метра феминизма смотрят мне в глаза. — Думаю, и вам будет полезно присутствовать.
— Что-то не так? — Алька начинает дрожать. Что-то с ребенком?
— Ждите.
Медичка скрывается за дверью.
— А тебе твой Егорка не мог больничку лучше оплатить? А жених — павлин, хвост распушил, а толку? Десяткой денег поскупился. И ты вот этого решила выбрать? Алька, беременность не только красоту твою забрала, но и последние мозги. Никому ты, кроме меня не нужна.
Сажусь на кровать, сетка прогибается под весом. Пипец. Вот она показная гордость — будет сама мучиться, чтобы в нормальных условиях не жить.
— И как тебе спалось? Все хорошо, баланды больничной похлебала?
Алька стоит нервничает, пальцы мнет, живот гладит.
А вдруг ее подруга была права? Тихим жужжанием мысль об измене просачивается в голову. Бред, но тест надо будет сделать...
— Ему живым отсюда не выйти, — знакомый мужской голос в коридоре.
— Защитник твой несется. Медичка — крыса? — смотрю на жену. Значит, эти две твари с козел сговорились, решили меня вокруг пальцев обвести. Ну это мы сейчас еще посмотрим.
Глава 28
Не понимаю, как в один момент моя жизнь стала адом. Демид звереет на глазах: его ноздри расширяются, в глазах появляется пламя. Он проводит рукой по волосам. Я знаю этот жест. Злость мужа доходит до пика.
— Я тебя не отпущу. Выкинь всю дурь из своей головы, — стучит пальцем не в висок. — Я, и только я решаю, что будет дальше.
Страшно. Не понимаю, что будет дальше. Ему же ничего не стоит, ударить меня в живот, а что потом? Группируюсь, прикрываю живот руками. Нет, он не может причинить вред нашему ребенку. Не верю в это.
А еще Светлана, она сказала про консилиум. Про встречу и разговор с главным врачом? Что она хочет этим сказать? Вдруг она увидела на узи что-то плохое, может, она для отвода глаз все спихивает на первую клинику?
Картинка перед глазами плывет. Держись, только не падай, только стой на ногах, гни свою линию до конца.
— Ему живым отсюда не выйти, — голос Егора. Он мне кажется? Я уже схожу с ума? Я слышала, что в момента стрессва можут появляться слуховые галлюцинации. Или Светлана позвонила Егору?
Мысли роятся в голове, может, мне только кажется, что слышу голос. Может, моя психика хватается за любую соломинку?
Подбородок ноет, Демид так крепко за него ухватился, что мне кажется, что кости челюсти захрустели. Одно неловкое движение, и моя шея свернута. Отпускает. Тру ноющее лицо, теперь точно синяки остануться.
— Сука, ему не жить, — голос уже рядом.
Открывается дверь.
В дверном проеме Егор.
— Отойди от нее!
Егор толкает Демида. Тот делает пару шагов назад. Я между молотом и наковальней.
— Аля, в сторону! Я сейчас этому уроду башку снесу. Стою как вкопанная, не понимаю, куда мне деваться.
Поднимаю глаза. Два разъяренных мужика напротив. Напряжение настолько велико, что, кажется, вот-вот появится молния.
Резкое движение, не могу его толком отследить. И Демид летит к стене, в него плечом впечатывается Егор.
— Ты чего здесь стоишь? — в дверях появляется Светлана. — Они тут и тебя ненароком загребут. А тебе себя беречь надо.
Она берет меня за руку, потом аккуратно толкает в плечо, чтобы я вышла в коридор.
— Они же убьют друг друга!
Я готова ринутся в бой.
— Стой, твоя задача сейчас успокоиться. И думать о себе, а я позову охрану.
Соседка по палате визжит, но в коридор не выбегает.
— Еще одна безумная. Вам беременность инстинкт самосохранения сбивает? Сидоркина, — кричит моей соседке. — Что вы там сидите? Они же и вас заметут. Сюда!
Светлана заглядывает в палату, исчезает на секунду и вот уже появляется в коридоре, толкая вперед мою соседку.
Слышу, как двигаются кровати, летают стулья и тумбочка. Глухие удары, наверное, мужики швыряют друг друга от стены к стене.
— Еще раз ты к ней подойдешь...
Рык Егора.
— Ей, прихвостень, ты забыл, что она моя жена? Алька выбрала меня, меня! И я буду решать, что мне с ней делать. Представь, и даже после всего, она будет ложиться в кровать со мной. Она будет стонать подо мной и воплощать мои даже самые смелые сексуальные желания.
Кажется, Демид совсем не нервничает, в голосе спокойствие, только немного запыхался.
— Хер ты ее получишь.
Такой грохот, что могло так упасть?
— Они же убьют друг друга! — говорю больше в пространство.
— Как романтично! За тебя мужики дерутся! А так и не скажешь, что ты прям пользуешься популярностью. А брюхо-то от кого? Тот второй посимпатичнее будет!
Мы со Светланой переглядываемся, вот так выводы за минуту может сделать человек.
— Охрана, — Светлана Александровна кричит во весь голос. Сильно сбавив тон. — Думаю, уже достаточно, чтобы мужики выяснили отношения. И ты хочешь сказать, что Егор это делает от доброты душевной? Просто Робин Гуд какой-то, да?
Чувствую себя неловко, как будто меня в подростковом возрасте застукали за гаражами. Когда все подружки курят, а ты рядом стоишь, и теперь должна доказать, что сигарета не волшебным образом испарилась.
Сползаю по стене.
— Я просто очень устала...
По коридору бегут два охранника. Интересно, на все подобные вакансии специально невысоких и плюгавых мужиков выбирают? Они же вдвоем меньше, чем Демид или Егор.
— А ну, прекратить драку! — басистый голос разлетается по больнице. Интересно, в каком теле он прятался? — А то сейчас группа захвата приедет. С виду приличные мужики, что вы тут не поделили? Бабу, что ли?
Сидоркина гаденько хихикнула.
Перевожу на нее взгляд.
— Ну а что? Это я раньше думала, что все мужики — кобели, а тут и женщины, оказываются, не лучше. Я таких по Первому каналу видели, приезжают на программу с пачкой детей, днк делать. И мужиков целый вагон привозят. Это ж когда она со всеми «того», — поднимает брови. — успела? А самое смешное, что всех папашек-то и не находят, второй вагон вести надо.