Ольга Игонина – Развод. Отпускаю тебя (страница 38)
- Нет, ты отдыхай. Я все равно ничем не занят, к маме твоей с Мухой заедем. А Иван с Артемом поговорит. Если будешь нужна, я тебя вызову, не беспокойся.
С ума сойти, чужой человек решает мои проблемы на себя взвалить. Отлично, что еще сказать.
- Андрей!
- Ир, спокойно. Вере трубку передай. Обнимаю, все будет хорошо.
Вера забирает телефон и уходит на балкон. Акела смотрит на дверь, надо ее перед сном выгулять. Так хочется сказать, что подумаю обо всем завтра, только как мозг отключить, когда черное пятно только расширяется.
Глава 62
- Теть Ир, вторая неделя пошла!
- Что? Какая неделя? Что случилось? - в суматохе отвожу глаза от компьютера. Работа из дома накладывает свои отпечатки - не знаю день недели и какое сегодня число.
- Мы уже почти две недели в Питере! И мне тут с каждым днем все больше нравится! У нас сегодня какие планы? - Вера хитро улыбается.
- Я сейчас работаю, мне ее два отчета надо свести, все проверить, это часа на полтора. А потом может куда-нибудь сходить.
- А ты чего так рано проснулась?
Мое утро началось, как обычно. Вместо будильника меня в половину седьмого носом, ковырнула Акела. Я осторожно выползла из-под одеяла, стараясь не разбудить Веру, которая спала на соседней кровати.
На кухне я включила чайник и достала "Каркаде", который мы привезли из последней поездки в магазин приправ на окраине города. Иду на балкон. Из нашего окна не видно никаких достопримечательностей, моря, но все равно я люблю смотреть вдаль, рассматривать крыши города.
- Теть Ир, ты там замерзнешь? - послышался заспанный голос Веры из комнаты.
Захожу в кухню, Вера уже хлопочет у плиты.
- Овсянка, сэр. Может, я уже готова к следующему уроку домоводства? Блины, например, или вареники с творогом?
Акела и Вера заглядывают в глаза, ждут вердикт.
- Блины быстрее, отходи, - беру ковшик и пританцовываю.
Смотрю на Веру, ее рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, а на футболке рисунок уже почти стерся. За эти дни она стала мне и дочкой, и подругой, и самым близким человеком.
- Давайте, я помогу, - Вера уже готова доставать муку.
- А давай распределим обязанности. Ты гулять с Акелой пойдешь, остальное я беру на себя.
Каждое утро мы с Акелой долго гуляем в парке. Уже познакомились с несколькими старушечками - Анной Степановной и ее Чапой, Ниной Васильевной и Миртой.
Вера раскладывает овсянку по тарелкам, я достаю из холодильника молоко и йогурт.
Алека заглядывает на стол. Ей пока поживиться нечем.
- Никто бедную собаченьку не кормит, не гуляет, - треплю лохматую голову.
- Знаете, теть Ир, я никогда раньше так не жила. По-настоящему. Без суеты, без беготни. Если бы не ты, я бы так и сидела в своей конуре, сама себе чай и кофе подавала.
Улыбаюсь. За эти полторы недели мы действительно стали настоящей семьей - со всеми ее радостями и трудностями, маленькими радостями и бытовыми заботами.
Наша квартира, хоть и небольшая, постепенно наполняется уютными мелочами: фотографии, книги на полках, плед из ближайшего супермаркета.
Но мое сердце так и живет на два города, разрывается. Артем разговаривает сухо, конечно, я, по его мнению, самый большой предатель. И чем-то он прав. Мама зато часами бы смотрела город по видеосвязи. Она часто вспоминает, как девчонкой с классом ездила на экскурсию, как бабушка наша ездила на торфяники работать.
- Теть Ир, а сегодня число какое? - Вера смешно таращит глаза. - Семнадцатое?
Дрожащими руками ищет телефон, проверяет дату.
- Что еще случилось? - усмехаюсь. - Свидание?
- Собеседование. Помните, я же говорила, что хватит последние деньги проедать, пора на работу устраиваться. Блин, вот бы я сейчас с Акелой погуляла.
- Поняла, значит, утренняя прогулка сегодня у меня. Пойдем, лохматая подруга!
Пока я обуваюсь, беру поводок, Вера бегает с мокрой головой, вытаскивает свои вещи из шкафа.
- Мы скоро придем. Не разнеси весь дом, - машу рукой из-за закрывающейся двери.
Все в Питере хорошо, кроме погоды. Пока тяжело привыкнуть, что среди ясного, солнечного дня может пойти ливень. Акеле тоже не нравится, она еще пахнет мокрой псиной. А еще вода. По сравнению с нашей городской - очень мягкая, волосы после нее, как одуванчик в расцвете сил.
Наша длительная прогулка закончилась через пятнадцать минут. Внезапный дождь вывел Акелу из равновесия: бежим домой.
Вера суетится в комнате, примеряет свою "деловую" юбку. Вертит ее из стороны в сторону, то заправит в ее блузу, то выправит.
- Теть Ир, я выгляжу как официантка или как пугало? - крутится перед зеркалом.
- Как будущая студентка, которая пошла работать временно, - улыбаюсь я. Не могу не волноваться за нее. Странная штука - материнский инстинкт. Даже к чужим детям начинаешь относиться как к своим.
- Опять начинается, - Вера закатывает глаза. - Я уже говорила - никакого института. Мне и так хорошо.
- Хорошо быть без образования и перспектив? - не унимаюсь. Знаю ведь, что права.
Внезапно Вера замолкает, хитро улыбается и достает из сумки конверт.
- Это тебе, - протягивает его мне. - Сюрприз! У тебя выдержка о-го-го какая, знаю, что до назначенного времени не откроешь.
- Что это? - недоумеваю я. - Откуда у меня выдержка?
- Половина шоколадки в холодильнике лежит, а ты ее не трогаешь. Я бы уже сто раз съела. А письмо откроешь вечером, - загадочно отвечает. - Кстати, сегодня можешь особо не готовить ужин. Будем не одни.
Меня охватывает тревога. Что еще задумала эта авантюристка?
Глава 63
Не пойму, куда забесила конверт, который дала в руки Вера. Точно помню, что положила его на стол, а куда он теперь делся? Все вокруг облазила, ну не могла же собака его съесть.
Сижу у окна, машинально перебирая пальцами занавеску. Отчет в голову никак не идет, Вера придет, надаю ей по заднице, заинтриговала и ушла, а у меня весь день насмарку.
Беру телефон. Жаль, что я не играю в игры, говорят, неплохо голову разгружает. Набираю сыну - тишина, телефон отключен. Ну, еще не хватало, чтобы он номер сменил, а мне не сказал.
- Ну где же ты, сыночек... - шепчу я, прижимая телефон к груди.
Акела тихонько скулит у ног, чувствуя мое беспокойство. Присаживаюсь рядом с ней на пол, глажу ее мягкую шерсть. Она кладет свою большую голову мне на колени, словно пытается утешить.
Мама отвечает на звонок сразу, как будто ходила с телефоном и ждала, когда я позвоню.
- Мишку-то сажают, - тихо вместо приветствия. - Ты там еще посиди, пока буря не уляжется. А Алочка-то запила. Два раза ее видела, как в город приезжала. Она со мной поздоровалась, а все бочком-бочком. Я думала, что заболела. А второй раз подошла поближе, а от нее, как от винной бутылки несет. Сказала, что ты ей жизнь сломала, что из-за тебя в городе переполох. Она же бурную деятельность развела, чтобы Мишку откупить, а Серега-то терпеть не стал. Выгнал.
- Ну, ужас. Я все равно ей сочувствую, хоть она и сама виновата. Слишком женщина любвеобильная.
- Прошмандовка - у нас таких так называют.
- Мам, - стараюсь остановить сплетни. - Ты Артема давно видела? Не могу ему дозвониться.
- Да нет, вчера, что ли, - чувствую, что-то скрывает. - Пора мне.
И кладет трубку, нормально поговорили...
Весь день хожу по квартире кругами. Мою чашки, которые уже чистые. Раскладываю три йогурта, кефир и две пачки творога в холодильнике по полочкам. Даже начала протирать пыль, осталось только намыть начать. Время тянется невыносимо медленно. Еще и погода такая, что не погуляешь. Может, надо купить соответствующую одежду: дождевик, галоши, или резиновые сапоги гулять всегда?
В дверь звонят. Может, соседи, у Веры есть свои ключи. Смотрю в глазок, сердце со стуком падает на пол.
Открываю дверь.
Артем. Мой высокий, красивый мальчик... но какой-то другой. Его осунувшееся лицо, потухший взгляд.