Ольга Игонина – Развод. Отпускаю тебя (страница 26)

- Я Коле потом сама объясню, как доехать. Не знаю, как улица называется.

- Она не знает улицы. Ну, Темушка, ну что ты. Все я разведаю, Колю отправлю, тебе потом расскажу.

Все понятно, снова эти “благие намерения”.

- Мамуль, я позже перезвоню.

Кладу трубку. Нет, точно надо уезжать из этого города. А почему и нет, свободная женщина, умная и еще в меру мудрая. Из обременений только Акела - глупых советов не дает, нервы не треплет.

Открываю расписание поездов в сторону моря. А что, я женщина теперь свободна. Выбираю день. Несезон, мест много, поезжай со спокойной душой. А классно, что не нужно подстраиваться.

“Алла Вдовина. Работа” на телефоне.

Мать моя - женщина, этой-то, что нужно, я все ж все пути открыла. Перезванивает еще раз. Нарастает тревога: если Аллочка через себя переступила, снова решила со мной поговорить, вдруг что-то случилось.

- Слушаю.

Акела носом тычет в бедро, хочет гулять. Ей неинтересно слушать, что происходит вокруг.

- Ир, вернись к Мише. Он же без тебя не выживет. Он пьет все дни. Похож на деда старого. Если помрет, совесть не будет мучать?

- Опа, неожиданно. Алл, а ты когда моего мужа развлекала в машине, вы обо мне много думали? Может, это просто закономерность? - сажусь на стул. Смерти я Мише не желаю, да и дерьма всякого тоже. Пусть он будет счастлив, только не рядом со мной.

- Я его пробовала уговорить на чистку съездить. Чтобы капельницами его промыть. Он без тебя не соглашается ехать, - не пойму, волнуется, или, мне кажется.

- Аллочка, - психую, стучу поводком по столу. - А это удобная позиция. Радости и удовольствия он с тобой и еще парой девиц разделяет. А я должна судно выносить и тазик держать, пока его тошнит? Я правильно поняла, вы на санитарку денег зажали.

- Ир, а если случится самое страшное? Что ты сделаешь?

Гребанные манипуляции! Значит, я снова должна оставить свою жизнь и бежать кого-то спасать, кто сам целенаправленно себя уничтожает.

- Я знаю, что. Куплю две гвоздички. Алые. Небольшую корзиночку, чтобы так со вкусом и на ленточке напишу “от бывшей жены”.

Самой страшно от этих слов. Ненавижу, когда меня загоняют в угол. Ну за что мне это!

- Пусть Артем его уговорит, пусть бригада приедет и его погрузит. Придумайте что-нибудь, меня-то зачем сюда впихивать снова. Он мне больше никто.

Алла вздыхает на том конце трубки. Я рассматриваю кухню. Сначала мне показалось, что она в хорошем состоянии, теперь вижу, что на гарнитуре отошла почти вся пленка. Надо узнать, можно ли ее отодрать, а фасады покрасить.

Мозг в два счета отвлекается от происходящего. Он уже поставил защиту, провел жирную черту, что я и Быстров - две прямые, которые не должны пересечься.

- Я так и передам Артему.

Звонок прерывается. Гадко. Надо было уже давно уехать, а теперь буду гнобить себя.

Нужна холодная голова с мозгами. Набираю Веронике.

- Теть Ир, я только сегодня тебя вспоминала, - как всегда, в хорошем настроении. - Какие дела?

- Мне нужен совет, а возможно, и твоя бита.

Глава 42

Ирина

Едем с Вероникой реанимировать моего супруга. Уже без пяти минут бывшего.

Я за рулем, Вероника рядом. Я бы и не поехала, но она меня сманила. Говорит, чуйка - ехать надо. Вот и проверим, как работает у нее седьмое чувство.

- Ну, это, конечно, странно, что тебе звонит любовница, а не сын. Ему совсем на папашку пофигу? Странная какая-то ситуация, - Вероника говорит, что думает. И это мне в ней нравится.

Включаю поворотник, жду, когда светофор станет зеленым.

- Я вообще не пойму, что там происходит. Я тут вечером пробовала все разложить, понять, на каком этапе я все пропустила - и не могу, просто я была слепа, а они все сильно хитрее меня. А Артему, как мне кажется, на всех пофигу, он живет только для себя.

Акела тычет носом в шею. Ей не нравится одной сидеть на заднем сидении, но такую лошадку к себе на колени за руль не взять.

- Посиди, скоро хозяина своего любимого увидишь, - почему-то злюсь на собаку, не могу отвлечься на дорогу, чтобы почесать ее. - Акела, не мешай.

Не нравится мне, что я поддалась на манипуляции, бросила свои дела и понеслась спасать пьющего двухметрового борова. Будду думать, что это хороший поступок и он зачтется мне в карму.

Поворачиваем на нашу улицу. Все, как всегда спокойно, никаких людей.

Подъезжаю к дому. Первый взгляд на окна, все шторы висят как попало, как будто в доме живут маргиналы, а я недалека от правды.

Ворота приоткрыты.

Акела изо всех сил рвется наружу, машет хвостом, подпрыгивает, насколько это можно в машине. Выпускаю ее, хитрая морда протискивается в щель между воротами и скрывается во дворе.

- А я лучше сразу биту возьму, ну чтобы не было эксцессов. А то можно потом просто не успеть ее достать. У твоего мужа оружие есть? - Вероника подергивает бровями. Достает биту, изображает рукопашный бой.

- Ага, у него охотничье ружье есть. И бита нам против него не поможет.

- А кто там к папочке приехал? Акела с блудной матерью вернулись? - голос Миши. И кажется, он не совсем трезв.

Переглядываемся с Вероникой. Она смотрит на меня и отрицательно машет головой.

- Даже не думайте заходить. А если у него уже белочка на фоне алкоголизма. Не надо так рисковать. Пусть приезжает его любимая, из-за которой это все происходит. И входит первая.

Это правильная идея.

Набираю Алле. Трубку берет сразу.

- Я подъезжаю, ты скоро будешь?

- Жду, - отключаюсь. Мне не о чем с ней разговаривать. Немного нервничаю.

Акела лает, Миша что-то ей рассказывает.

- Акела! - зову ее. Если Миша сделает ей больно, то никакой рехаб ему уже не поможет.

Морда снова высовывается, но ко мне не выходит. Предательница.

- Теть Ира, не ваша лягушонка в коробчонке скачет?

Поднимаю глаза. Точно наша, но коробчонка у нее как половина нашего дома стоит. Новая. Интересно, откуда? Сергей так побои заглаживает? Надо узнать, откуда у нее такие деньги. Я не заглядываю в чужой кошелек, но есть ощущение, что часть нашего семейного бюджета к ней перекочевали.

- Ну что ты стоишь! Может, там счет на минуты идет, - закрывает окно со стороны водителя. Вся нервная.

Смотрю на Аллочку. Жизнь не только меня потрепала. Фиолетово-желтые разводы от виска к щеке, волосы не уложены, видно, что не наградила ее природа роскошными локонами. Морщины, мешки под глазами. Миша - “гениальный” мужчина, может испортить жизнь любой женщине.

Миша что-то кричит Акеле, та радостно лает.

- Алла, мне кажется, ты сильно преувеличила предсмертное состояние того мужчины, - киваю на наш двор. - Ну пойдем, раз приезжали.

Заходим. Сначала Алла, потом бита, за ней Вероника и только потом я.

На ступеньках сидит Миша. Не пойму или с утра уже накатил, или вчерашние дрожжи еще играют.

- Ну вот, жив, здоров и не особо потрепано выглядит. Меня с собаками по всему городу разыскивали, сказали, ты при смерти.

- И ты пришла меня спасать, - расплывается в улыбке, расставляет руки для обнимания. Перегар доходит и до меня.

- Фу! Нет, конечно. Помочь решила, чтобы не сильно мучился. А то на тебя никакой надежды нет, а то вдруг самостоятельно загнуться не получится.

Вероника начинает .

- Такое и в ток-шоу не покажут. Бывшая жена и любовница приехали спасать мужика. А он и подыхать не собирается.

- Миша, тебя кодировать пора, - Алла повышает голос. -Ты из запоя сам не выйдешь. Посмотри, на кого ты уже похож, деды в семьдесят лет лучше выглядят. Ну, ты же молодой мужчина еще.