Ольга Игонина – Измена со вкусом капучино (страница 59)
- А ее не будет. Ее никто не пригласил. Хочу с вами о ней поговорить.
Настроение у меня не то, что боевое, кажется, я готов взорваться, если родственники начнут
тупить.
Осматриваю родителей.
Забавное зрелище. Все делают вид, что у нас благородное семейство, в грехах замечены не были.
Мама излишне любезна с тещей, хотя, следовало бы проредить ее шикарный начес.
- Сын! Мы просто поесть собрались, или тебе есть что сказать? - папа смотрит на меня поверх
очков. Кажется, ему не очень удобно в свое цветнике.
- Совместим не очень приятное с полезным. Папа, вы пока заказывайте.
Делаю глоток воды.
- Дорогие родители, - и сам начинаю смеяться. - У нас с вами есть уникальная задача. Я не хочу
разводиться с Аленой, хочу попробовать начать все сначала.
- ОЙ, как хорошо, - перебивает теща. Она поднимает руки, кладет ладони на сердце.
- Людочка, - говорю с ехидцей, - дослушайте меня до конца.
Папа краснеет, мама делает вид, что в салате что-то интересное, и она ведет в нем раскопки.
- У меня к вам одна просьба. Маленькая, крохотная! Но для вас она очень и очень трудно
выполнимая.
Три пары глаз смотрят на меня с ожиданием. Наверное, ждут чего-то из ряда вон. Авсе намного
проще.
- Вы должны отстать от нас с Аленой, Вообще не приближаться к ней, не разговаривать с ней, не
мешать мне!
- Да мы и так не разговариваем. Ты видишь, как она себя ведет! - Людочка снова бунтует.
- Как? - интересное кино начинается.
- Она же никого не уважает. Она нам с Людочкой скандал в больнице устроила, - подключается
мама. На меня не смотрит, говорит в тарелку.
- Прям орала? - улыбаюсь во весь рот, не знаю, что должно произойти, чтобы Алена устроила
истерику.
- Нет, но ее поведение недозволительно, - подключается папа.
- И чем же. Что ваше осиное гнездо разворошила?
Смотрю на реакцию, а ее нет. Все держаться так, будто, то что папа и Людочка любовники никому
не известно. Или я сам это придумал.
Какое гнездо. Что ты несешь? - папа орет шепотом.
Забавно, когда тянет устроить скандал, орать и бить посуду, но ты находишься в "приличном"
обществе, и у тебя такая репутация, что остается только шипеть.
Поднимаю на него глаза, ох, папа, по острию ты ходишь.
- Какое гнездо? Пап, ты как двух любовниц при живой жене имеешь. Сил хватает обеих
обслужить? Финансово получается, я уже проверил. А так с виду и не скажешь, что ты сексуальный
гигант. Хотя, мне все равно, кто из вас с кем спит. Это не мое дело. Но в свою семью я вам лезть
больше не дам.
- А кто лезет? - голос мамы жесткий, надменный. - Алена тебя в чужой койке застала, как
шелудивого кота. Или мы тебя любовницу завести заставили. Ты сначала в своей семье говнецо
замой, а потом нам, взрослым людям, мораль читай.
- Алекс, лучше перемолчи, перетерпи, иначе и свою семью развалишь! – шепчет теща.
-Нет никакой семьи. Нет! Просто голограмма.
Кажется, мы все охренели от этой речи. А мама -то права, я первоисточник бед.
Отец тоже в шоке.
- Ты всегда был неразборчивым. Что первая жена, что вторая. Ты на красивую мордашку
ведешься, как будто подросток. А нужно башкой думать, как ты потом с этой красотой жить
будешь? Яна все грезила кем-то стать, Аленка в своей кофейне пропадает. А сколько мужиков
рядом вьется, а ты слепой.
Где же я слышал этот мамин тон. В памяти всплывают обрывки. Когда Яна звонила матери, искала
поддержки, а я рядом в комнате был. И вместо понимания и уважения, моя бывшая жена
получила взбучку и долгую тираду, что она -предатель, от мужа - защитника сбегает, и дальше
куча непечатных слов. Я тогда очень удивился, но почему-то не среагировал.
-А Яна не из-за тебя от меня сбежала? - тут до меня начинает доходить - Мам, ты свою жизнь
прожила и мою прожить собираешься?
- И сделаю это лучше, чем ты! Если бы отец тебя не продвигал, не пихал бы везде, так и сидел бы
прапором в Мурманских лесах.
Вот это поворот! А мне вашего ничего не надо.
- Рот закрой. И матери не хами. Она, как лучше хочет Мать при любых твоих выходках рядом, а
жены сбегают одна за другой.
Да, пап, не умею всех в коллекционировать, в одну коробочку складывать.
Хочу спросить про Машку, но думаю это будет выглядеть, будто я перевожу стрелки на него.
- Мне сорок. Я сам вырос давно. И, папа,- кладу распечатки на стол, - моих финансовых вливаний в
нашу семью, и получается, твоих любовниц, больше, чем твоих. Я ж на твои траты и мамины