Ольга Игонина – Измена. Не буду твоей (страница 34)

Открываю дверь, номер один в один, как соседский. Кидаю пакет с одеждой на пуфик у входа, раздеваюсь и иду в душ, смывать произошедшее за сегодня.

Люблю контрастный душ, он быстро приводит голову в порядок. Стою струями, все тело напряглось от ледяного водопада. Ощущение, что в московскую зиму вышел голышом.

А Лиля права, привык, что вокруг, как собачки все бегают, в рот заглядывают. А тут облом. Поделом тебе, Кир.

Переключаю кран на кипяток, плечи расслабляются, лицо краснеет.

И то, что она сейчас меня к себе не пустила, тоже хороший урок. Думал, приехал, увидел, соблазнил, победил? Дурак! Это ты придумал отношеньки и то, что она от тебя тоже без ума. А с чего взял? С ее стороны было только уважение, хорошее отношение, никакого флирта, заискивания, явного соблазнения. Перепутал ты, Кирилл, желаемое с действительным.

В раковине светится телефон, но перегородка душа запотела, поэтому не видно, кто звонит. Может, Лиля передумала и теперь зовет меня к себе.

Выскакиваю из воды. “Марина” горит на дисплее. Ага, не Лиля, но братан тоже хорошо.

— Кир, ну вот оставила тебя на сутки одного, а ты уже накосячил по всем фронтам. — иногда Маринка включает маму и начинает выносить мне мозг, что все мои проблемы только из-за меня. Я с этим, конечно, не согласен, но все равно молчу.

— Ну есть такое. Лиля пожаловалась? — рассматриваю себя в запотевшее зеркало. Беру полотенце, оборачиваю его вокруг бедер.

— Я тебя слишком хорошо знаю, твое второе имя “косячина”, ты разве забыл. Если на твоем фоне неслышно веселого женского смеха, значит, ты в своей манере — все испортил.

— Не надо мне нотаций, я все осознал. Завтра с утра приглашу Лилю на завтрак в хороший ресторан, еще раз извинюсь свое поведение.

— Так и скажешь, “Лиля, прости меня, я больше так не буду”, - Маринка смеется.

— Да иди ты, — и абсурдность ситуации стала видна еще больше. Вот стою я, двухметровый мужик, голова опущена, руки по швам и шаркая сорок пятым размером, шепотом извиняюсь. Тоже начинаю смеяться. Выключаю подростка, возвращаю себя в мужика.

— Если что держи в курсе, — Маринка кладет трубку

Вот такое дурацкое поведение для меня нетипично, я и в подростковом возрасте не был скромным и стесняющимся. А тут, какая-то ерунда. А может, у меня раньше не было настоящих чувств, а сейчас это оно? Не зря же классики писали, что под взглядом возлюбленной превращались в странных людей, не способных поднять глаза, связно говорить и нормально соображать. До утра у меня теперь есть время, подумать, что будет дальше.

Глава 50. Лиля. Двойное “свидание”

Меня разбудил телефонный звонок.

— Лиль, я уже в Москве, давай встретимся, поговорим. Пожалуйста, — тараторит Лешка вместо доброго утра. — Куда мне подъехать, чтобы мы могли спокойно поговорить.

— Я готова встретиться в кафе. К гостинице подъезжай, буду готова через два часа.

Сажусь на кровать. Проговариваю себе — Лиля, у тебя сегодня сложный день. Очень. Сейчас ты встретишься с Лешкой, вы обсудите детали развода и разойдетесь спокойно.

Может позвонить ему, пусть какие-то вещи привезет? Иду в ванную, джинсы и водолазку досушиваю утюгом.

Подхожу к зеркалу. Передо мной какая-то незнакомая девушка. Кажется, намного смелее меня, выглядит точно лучше — много сна идет мне на пользу. Снова собираю волосы в хвост. Подмигиваю себе и иду в неизвестность.

Прихожу в кафе. Заглядываю в кошелек, денег у меня маловато, и неизвестно на сколько их нужно растянуть. Кофе себе могу позволить.

Сажусь, смотрю в окно, нарастает тревога.

Снова вибрирует телефон. Кошмар, сколько всего из-за него случается, вот раньше люди жили, письма друг другу писали, и спокойнее было. А сейчас вечный телефоный разговор, то с одним, то с другим.

“Кирилл”. Делаю глубокий вдох и нажимаю на зеленую кнопку.

— Куда я могу тебя пригласить на завтрак, ты мне вчера обещала, — слышу ироничную нотку в голосе.

— Кирилл, я уже в кафе. У меня с Алексеем сейчас встреча, думаю, что минут на сорок, — спокойно, по-дружески делюсь информацией.

— Я сейчас подойду, — голос стал ледяным.

— Не надо. Я сама решу свои проблемы, — кажется, я говорю в пустоту.

Приносят мой кофе. В высоком красивом стакане слоями кофе, сливки, сверху рисунок из корицы.

Открывается дверь кафе, вижу знакомый силуэт. Заходит Лешка. Какой-то жалкий, уставший, кажется, что даже ростом меньше стал.

— А я думал, ты как настоящая леди придешь с опозданием, — улыбается с прищуром.

Никаких эмоций к нему у меня нет.

— Ты хотел поговорить, — стараюсь четко проговаривать слова, на нервной почве я могу говорить невнятно.

— Я тут подумал, что мы тобой вместе молодцы, давай, бросаю все эту херню и возвращайся домой. Ты забудешь про Ингу, я про твоего хахаля. Сделаю вид, что не было ничего.

Поднимаю взгляд чуть выше Лешкиной головы, подпирая барную стойку, стоит Кирилл. Руки сложил на груди, на лице явная брезгливость. Терпеливо ждет.

— А ничего не надо делать, я тебе не изменяла. Пока ты был моим супругом, я тебе была верна.

— Так я и сейчас твой муж, — жестом зовет официанта. Сразу подходит молоденькая девушка.

— Ты что будешь? — кивает мне Лешка.

— Я себе заказ уже сделала.

— Тогда мне два раз по пятьдесят и цезарь, — не глядя в меню, вальяжно цедит Лешка.

— С утра два по пятьдесят? — кажется, супруг упал уже ниже некуда.

— А что ждать, — берет салфетку, начинает накручивать ее. — Разговор, как я понимаю, будет серьезный.

— Мне нужен развод. И мои вещи, не думаю, что их кто-то сможет носить, — мне страшно, но присутствие Кирилла дает немного свободы.

На глазах Лешка становится другим мужчиной. — Так значит, наш северный франт тебя не захотел. А ты, клуша, уши развесила, думала он тебя в счастливое будущее увезет. Дура. Тогда и разговаривать не о чем, поехали, — с силой хватает за руку.

— Отпусти, — шиплю, стараясь не привлекать внимание.

— Никакого развода не будет. Ты моя жена, и ей до сдоху останешься. И мама твоя меня поддерживает. Дома я из тебя дурь выбью, а то, мать права, я слишком хорошо к тебе отношусь. А ты думала, можно хвост поднять и под нового мужика спрятаться. А он побрезговал, — дергает за локоть. — Ты мне должна быть благодарна, что я тебя обратно пущу.

— Руки убрал, полудурок, — Кирилл вбивает стул из-под Лешки. Тот падает на пол.

— Кирилл? Ты охренел, это моя телка. — Лешка поднимается. — Она даже под тобой еще не была.

Я в шоке, назревает драка. О чем я только думала, когда говорила Кириллу о встрече с почти бывшим мужем.

Оба меняются в лице. Это уже не мужчины, а самцы или войны, которые готовы молотить друг друга. Только не в кафе!

— Стойте, перестаньте, — кричу, — но кроме официантки и девочки-администратора, никто меня не слышит. Они тоже стоят в шоке, не решаясь влезть в эту кучу-малу.

Понимаю, что им ничего не остается, как вызвать группу быстрого реагирования. И каковы у этого могут быть последствия?

Кирилл наносит хлесткие удары по Лешке, тот лежит мешком, руками закрывает голову.

— Хватит, — кричу вовсе горло. Бросаю стул на кафельный пол.

Оба останавливаются. Лешкино лицо в крови, Кирилл похож на разъяренного быка.

— Я тебя посажу, сука! Ты думаешь, так просто можно избить человека, и тебе ничего за это не будет?

— А где ты тут человека видишь? Или ты о себе, тварь? — поддевает его ботинком. — Ты слышал, что Лиля сказала? Мы сейчас едем к вам домой, Лиля соберет свои вещи, документы. А я еще с адвокатом проверю, все ли ты по чести разделил, не верю в твою человеческую доброту.

— А ты думаешь, он за тебя борется? — сплевывая кровь, говорит Лешка. — Парвиз же обещал долю огромную тому, кто с тобой останется. Гнилой твой Кирилл с ног до головы.

Опираюсь на стол, болит голова, от напряжения начинает тошнить. Ну почему нельзя все решить словами, мирно. Зачем этот мордобой?

Кирилл кому-то звонит.

— Помощь твоя нужна. На адресочек один смотаться. К Лиле съездим. Нужно ее вещи забрать, документы. пока муж милость проявил.

Садимся за стол. Официантки смотрят на нас, как на психов, хотя, они правы. Кирилл заказал огромный черный кофе. Лешка влажными салфетками вытирает лицо.

Вижу в окно, как подъезжает машина Матвея.