Ольга Хараборкина – Тайна заброшенного маяка (страница 46)

В этот день мне рассказали еще о многих людях. Но больше всего поразило то, что в большинстве слухов и сплетен, так или иначе фигурировал Купер. Конкретно о нем не было ничего произнесено, кроме того, что градоначальник тоже из приезжих и когда-то работал в одном из банков Блэкстоуна, а после внезапно оказался на столь ответственном посту. Почти во всех скандальных историях он принимал участие, но лишь косвенно. Женщины упоминали, что Купер даже присутствовал на одной из проповедей Александра в доках. Казалось, этот человек был вездесущ. Но внешний облик никак не вязался с тем впечатлением, которое возникло у меня сейчас. Как такая амеба могла плести интриги? Что вообще происходило в городе? Неужели Купер и есть тот самый чужак? Если подвести черту под всеми историями, то вывод был именно таким. Он планомерно уничтожал членов городского совета. Кулидж, Блэкхард, Лингард — все они уже долгое время защищали интересы Блэкстоуна. Но если так, неужели Энджелстоун не смог вычислить толстяка? Нет! Не верю. Не верю потому, что упускаю нечто важное.

Так пытаясь объять необъятное, я провалилась в черноту. Сон, так необходимый и телу, и душе, наконец, снизошел ко мне, и я с радостью покорилась ему.

Глава 24

Допрос. Почему-то я ждала его, как ждут дождя в самую суровую засуху. Именно он бы ознаменовал начало хоть чего-то. Непонятное ожидание и неизвестность мучили сильнее холода, царившего в тюрьме.

Сегодня шел седьмой день, как я пребывала здесь. Всё это время Виспер исправно носил мне еду, а Джейн с её подругами развлекала беседой. Но два дня назад разговоры прекратились. Женщин выпустили в связи с отъездом высокого начальства. Значит, мистер Палмер покинул Блэкстоун, но про меня никто так и не вспомнил. Хотелось узнать, что же происходило наверху, но подобной возможности не было. Мисс Лендер со мной не общалась, но всё так же продолжала дрессировать, роняя либо завтрак, либо ужин на камни. Александр тоже не торопился спускаться в подземелья, старательно ожидая, когда спелый плод сам упадёт ему в руки.

Самым неприятным событием за эту неделю стала кончина Элоизы. Миссис Манчестер умерла тихо во сне, отправляясь на суд Равновесия. Она так и не дождалась новой виселицы, которую пообещали построить очень скоро. Чахотка истощила ее тело. Не скажу, что я сдружилась с этой женщиной, но больше ни с кем столь откровенно не беседовала. Наверное, причина заключалась в том, что подсознательно понимала неизбежность её скорой смерти. Миссис Кофф, вторую приговорённую, увели куда-то пару дней назад.

В результате я осталась одна в тюремном крыле для женщин. Неизвестный постановщик мастерски убирал всех, кто находился рядом, и я сердцем чувствовала свой скорый выход на сцену. Сегодня ночью звёзды встанут в нужное положение, а значит, с помощью маяка можно будет открыть проход в другой мир. От этого на душе становилось невыносимо, я буквально ощущала, как возможность улизнуть исчезала и потому металась по камере львицей. Если правильно воспользоваться машиной, то в самом её сердце отворяется дверь, мне даже не нужно садиться в гнилое корыто, приобретённое для поиска входа в подвал. Тот, кто создавал артефакт, позаботился об удобстве оператора. Моё «окно в Париж» захлопнется в первом часу ночи, соответственно запустить древнее устройство надо в полночь. Само время является границей между сегодня и завтра, порог между будущим и настоящим.

Пребывая мыслями на маяке не заметила, как в крыло пришла верная себе и долгу мисс Лендер. На ее мясистых губах играла улыбка обещание. Когда я встретилась с ней взглядом, сердце пропустило удар, чтобы в следующий момент забиться быстрее.

— Твоё время пришло, Верлен, — злорадно произнесла она, и я невольно отступила на шаг назад.

— Время?

— Кофф отравилась на суд, так же, как и Манчестер, теперь и твоя очередь, — поигрывая ключами, произнесла толстуха. Лендер только что прямым текстом сказала о моей казни. Где суд? Где Блэкхард? Где…

— Погодите, меня же не судили!

Дыхание перехватило. Перед глазами замелькали эпизоды из жизни, с которой я мысленно прощалась. Порыв ветра из оконца под потолком отрезвил, но дыхание не восстановилось. Меня согнуло в приступе кашля. Всё-таки вынужденная голодовка и здешний климат сыграли со мной злую шутку. Организм ослаб. А я думала, что смогу выдержать всё! Сломалась!

— Верлен! — рявкнула Лендер. — Верлен!

Ключница выругалась и торопливо открыла замок, чтобы помочь или добить.

— Не вздумай сдохнуть! — приказала она. — Я пошутила. Инспектор Капебелл приказал отвести тебя в допросную.

Она решила поиграться и мимоходом чуть не отправила меня к праотцам. Вот же стерва! В голове промелькнула мысль о том, что подобный исход был бы неплох. Без боли и мучений уйти из этого проклятого мира, заодно насолив и Блэкхарду, Энджелстоуну, Куперу… Личный список мерзавцев у меня длинный.

— Что струхнула? — прохрипела я, возвращая себе самообладание вместе со способностью глубоко дышать.

Ответа не прозвучало. Меня пихнули в спину, задавая направление и скорость.

— Полегче, Лендер! Я ведь могу и голову расшибить!

— Ох, Верлен! С каким бы удовольствием сама бы удавила тебя, — поделилась наболевшим толстуха.

— Вставай в очередь.

— Посмотрим, будешь ли ты так разговорчива после общения с инспектором Капебеллом и Пенхейлом, — многообещающе произнесла она.

Последнего ключница лишила звания. Значит Пенхейл даже среди серых не пользовался уважением. А может дело в том, что чин инспектора выше обычного констебля?

Допросной оказалось просторное светлое помещение, в центре которого возвышался одинокий стул, видимо для подозреваемого. Чуть в стороне располагался маленький столик с пишущей машинкой и рядом стоящим табуретом для секретаря.

Зайдя внутрь, я слегка поморщилась, но в следующий момент радостно улыбнулась. Окна. Огромные, застеклённые, они дарили ощущение свободы, а главное не скрывали солнца. Пожалуй, именно светила мне не хватало, чтобы чувствовать себя комфортно. Не место людям под землёй.

— Налюбовались, мисс Верлен? — скучающим тоном спросили меня, и я неохотно посмотрела на говорившего. Всё-таки с пейзажем за окном ему не конкурировать. Самым примечательным в этом человеке были усы. Явно его гордость и предмет особо внимания. Аккуратные, завитые и причёсанные они вызывали в памяти образ известного сыщика. Но в отличие от низенького и упитанного Пуаро инспектор Капебелл был худ и высок. Да и во взгляде у него плескалась вселенская скука и усталость, работа в Управлении Правопорядка не прибавляла ни здоровья, ни богатства.

— Сегодня чудесная погода, — фраза с губ слетела буднично. Правила ведения разговора в Тетисе въелись в меня, и теперь даже в такой ситуации я начинаю беседу с ничего не значащего замечания.

— Для осени действительно чудесная, — согласился инспектор. — Присаживайтесь, мисс Верлен, наша беседа будет долгой. Мисс Лендер, ступайте.

— Но я должна присутствовать…

— Мисс Лендер, мне прекрасно известны ваши обязанности, — холодно произнес Капебелл. — Так же мне хорошо известна и ваша любовь к сплетням.

Я наблюдала за удивительными метаморфозами, происходящими с грозной ключницей. Женщина на глазах постарела и как-то уменьшилась что ли. Даже после выговора Александра она не выглядела так… побито. Ах, инспектор, вы мой герой! Чтобы не злить Капебелла, я заняло указанное место, мисс Лендер осторожно отошла к двери, кивнула и удалилась. Чудеса!

— Мисс Верлен, я уполномочен расследовать убийства…

— Инспектор Капебелл, — прервала я его. — Уже стало известно, что это убийства?

Губы мужчины изогнулись в вежливой улыбке, и он произнес:

— Вы считаете иначе? Поделитесь своими предположениями? — хоть он пытался скрыть интерес к моим словам, но вышло это на редкость плохо. Себя под удар я подставлять не собиралась.

— Может они решили покончить с жизнью, или оступились, — безразлично пожала я плечами.

— Мисс Верлен, тела находились в не благоприятной среде, вода и морские обитатели сделали свое дело, но… Человек, решивший убить себя, не сможет связать руки за спиной сам. Нет, кто-то сбросил два тела со двора вашего маяка.

— Вы же не думаете, что это я? — вопрос был задан без особой надежды, но ответ инспектора мне понравился.

— Я думаю, что следует разобраться в этом деле, и моё мнение совершенно не важно. Всё решит закон.

Конечно, хорошо, что Капебелл такой ревностный хранитель порядка, но это может сыграть со мной злую шутку. Если даже и узнают о причастности Блэкхарда, то я как не крути соучастница.

Пока я предавалась таким размышлениям, дверь скрипнула, и в допросную с извиняющейся улыбкой зашёл секретарь Джингалз. Мне так и хотелось воскликнуть, что здесь происходит! Почему запись нашей беседы с инспектором будет вести личный помощник Купера?

— Вы опоздали, — холодно заметил Капебелл, а я выдохнула. Тон, которым поприветствовали Майкла, говорил об отношении инспектора к этому человеку. Не говоря уже о том, что серомундирник не повернулся в сторону гостя.

— Распоряжение… — заикнулся Джингалз.

— Опаздывать?! — оборвал его инспектор. — Миссис Фергюсан никогда не позволяла себе ничего подобного. Или в Городском управлении подобное отношение к работе в порядке вещей?