18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ольга Гуцева – Сексуальное соглашение (страница 69)

18

Глава 16

— Это не ваше дело.

Вот такой был ответ Флеммина. В принципе, напарники более развернутого ответа и не ожидали, поэтому сразу бросились в атаку:

— Я расследовала это дело, инспектор! — напомнила Эльза, — и, если мне не изменяет память, нашла настоящего преступника, который так удачно скрывался за некоторыми нестыковками материалов…

— Осторожнее с намеками, детектив, — холодно посоветовал Коннор.

Тим немедленно перенял эстафету:

— Это дело было закреплено за нашим участком, неловко получится, если через месяц ОПЯТЬ выяснится, что по нему не было проведено никакого расследования…

Детектив подхватила:

— Кстати, как здоровье Реджины?

Флеммин слегка опешил:

— К чему вы это спрашиваете, детектив?

— Что-то в последнее время она паршиво стала работать! Не вы ли на нее так действуете, инспектор? Совсем вскружили бедняжке голову, она уже начала вводить заблуждение шефа полиции…

— Осторожнее, детектив, — снова повторил мужчина, но уже было видно, что он начинает сдаваться.

Стронг задумчиво проговорил:

— Знаете, у меня есть кое-какие связи среди фейри…

— Да, я слышал, что вы завсегдатай их злачных заведений, — мрачно подтвердил инспектор.

— Я, конечно, могу поспрашивать у них про этих двух убитых, но… Обычно после таких разговоров в газетах появляется на редкость правдивая информация про очередной произвол и бездействие полиции, хотя, конечно, не факт, что это были именно мои пьяные бредни…

Девушка тоже вспомнила про кое-какие связи:

— После смещения прежнего мэра меня очень тепло принимали в его бывшей резиденции, может, воспользоваться остатками былой славы?

Коннор презрительно фыркнул:

— Вы переоцениваете свои заслуги, детектив.

И тут Эльзе в голову пришло самое простое решение их проблемы:

— Ладно. Чем с вами лясы точить, проще будет просто спросить у него.

Флеммин моментально весь подобрался:

— У кого?!

— Не ваше дело, — холодно ответила та, развернулась и направилась прочь.

Надменно вскинув голову, Эльза величественно шествовала по коридору, а в голове крутилась только одна мысль: «Неужели не купился?!».

Но вот, наконец, за спиной она услышала долгожданные шаги догоняющего ее Стронга. Тот поравнялся с напарницей и негромко спросил:

— Я думал, с Джеком покончено.

Детектив закатила глаза, не сбавляя шага:

— Нашел время для своей глупой ревности, Стронг! Он повелся?

— Еще как. Готов отдать нам оба трупа и собственное кресло в придачу, лишь бы ты снова вывела его на Джека.

Девушка усмехнулась:

— Будем надеяться, что, после своей выходки, тот побоится показываться мне на глаза… Впрочем, это его проблема. Пошли к шефу, пора возвращать власть в его руки!

Начальника полиции они нашли в переговорной. Тот … спал, положив голову на сложенные на столе руки.

— Шеф? — осторожно потрясла его за плечо Эльза, — шеф, вы в порядке?

— Что? А, Эльза… — тот поднял голову и окинул подчиненную мутным взглядом: — Что ты опять натворила?

— Я вечно хочу зла и вечно совершаю благо, — усмехнулась детектив и велела напарнику: — Принеси кофе.

— Я?! — возмутился тот, но, поймав выразительный взгляд девушки, поправился: — С сахаром или без?

— Черный, без сахара. — ответил начальник, разминая затекшую спину, — какие здесь неудобные стулья… Раньше не замечал.

— А вы и раньше на них спали? — усмехнулась Эльза.

— Случалось задерживаться допоздна… — печально ответил собеседник, — зато теперь торопиться некуда…

Детектив поторопилась перевести разговор:

— Хорошая новость — Флеммин блефовал. Никакие нераскрытые дела над нашим отделением не висят, та женушка давно уже махнула рукой на своего неверного мужа.

— Хорошо… — рассеяно ответил мужчина, — впрочем, Реджина так мне и говорила…

«Да подстилка твоя Реджина!» — огрызнулась про себя девушка, а вслух сказала:

— Но есть проблема посерьезнее. Вы, конечно, в курсе, что инспектор неспроста сюда приехал? Его интересует некий криминальный элемент…

Начальник замялся, было видно, что он прекрасно понимает, о ком речь. Но ответил он уклончиво:

— Официально, эта проверка была вызвана серьезным нарушением, которое совершила офицер Долл…

— Шеф, следуя своим неофициальным целям, Флеммин идет по головам. И не только живых. Неужели вы это допустите?

Тот немедленно стал серьезным:

— Давай-ка поподробнее. Где там Тим с кофе? Он вообще знает, как включается кофе-машина?

«Ничего, найдет какую-нибудь бабу, которая готова будет кофе ему в постель подавать», — не сомневалась в способностях напарника Эльза.

Эльза была очень довольна — наконец-то в их участке оживление! Все занялись новым делом, шеф весь в заботах, делает кучу запросов, трясет чиновников… Такого не было со времен низложения бывшего мэра, а вслед за ним началась эпоха дурацких разоблачений фальшивых ферм, кабаков, сговоров влюбленных и пещер любителей огненной живописи. Наконец-то они снова занялись делом! Осталось только одно…

Детектив снова явилась пред очи хмурого Флеммина, чтобы объявить:

— Инспектор, вам пора освобождать кабинет шефа Грегори. Он любезно уступил вам его во время проведения вашего мега важного расследования, но так как облава на магазинчик угля осталась в прошлом, полагаю, он вам больше не нужен? Или у вас в запасе еще какое-нибудь нелепое заявление завалялось?

— Кабинет в его распоряжении, — с достоинством ответил Флеммин, — благодарю за гостеприимство. Приятно, когда тебе отдают последнее, даже если это расшатанная мебель и заедающий кондиционер…

— Выпад не засчитан, — дружелюбно ответила детектив, — слабовато.

— О, детектив, хорошо, что вы мне напомнили! — внезапно оживился инспектор: — На вас поступила коллективная жалоба — сотрудники мужского пола просят вас перестать сублимировать свои сексуальные фантазии, пока вы находитесь на службе.

— Что? — несколько опешила девушка. — Какие еще…

— Сотрудники жалуются, что вы специально провоцируете их. Вызывающе себя ведете. Задеваете их, дразните…

— О, что вы инспектор, это не фантазии, это реальность! Хилые мужики пошли, да… — «понимающе» закивала Эльза, про себя недоумевая: чего это он затеял этот разговор?

Но Коннор совершенно не таился:

— Детектив, неужели вы думаете, что ваши чаяния до сих пор не стали достоянием общественности?

— О чем это вы?