Ольга Гуцева – Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие (страница 6)

Первое, что я увидела: доска для объявлений. Обугленная. На ней еще оставались клочки бумаги, прикрепленные оплавившимися кнопками. Кажется, это были вырезки из газет. Я смогла прочесть кусок заголовка:

– Ограбление…ого магазина…

Тут на стене передо мной возникла тень человека. По бокам у которого были крылья!

Я резко обернулась. Прямо за моей спиной стоял мужчина. Без крыльев. Просто. Высокий брюнет с непроницаемым выражением лица. Он молча смотрел на меня. А я увидела, что у него глаза красные. В смысле, не белки, а именно радужки. Алые.

«Дракон». – мелькнуло у меня в голове.

Дальнейшее происходило как в тумане.

Я протянула руку и коснулась его лица:

– А ты совсем негорячий…

Неподалеку раздалось вежливое покашливание.

Мы с драконом нехотя отлипли друг от друга и повернулись на звук. На площадке стояла невысокая рыжеволосая девушка, одетая в брючный костюм, с аккуратным пучком на голове. Она обратилась к моему… эээ, новому знакомому:

– Он просил передать, что хочет встречи.

Дракон усмехнулся уголком рта:

– Передай ему, чтобы был поаккуратнее с желаниями. Они могут сбыться.

Девушка опустила глаза.

Мужчина, тем временем, развернулся к лестнице и быстро стал спускаться вниз.

Повисла пауза. Я похлопала ресницами: «Это что щас было?».

Потом как бы невзначай отправила блузку. А затем с вежливой улыбкой обратилась к девушке:

– Здравствуйте! Я ваша новая соседка. И, по совместительству, инспектор по делам волшебного народа. Вот, знакомлюсь с жильцами… А как его, кстати, зовут?

Девушка улыбнулась:

– Юра.

– А… Это от какого имени?

– Георгий. Как победоносец.

– Который змея убивает?

– На гербе он удерживает его копьем. Все драконы, живущие в миру, должны удерживать в себе змея.

– Ясно. Ну а вы? Вы ведь ведунья, так?

– Да. Светлана. Как у Жуковского.

– Ах да, та, что гадает. А вы, значит, ясновидящая?

Девушка помрачнела:

– Похоже, он вас уже обработал.

– Кто? – переспросила я, покосившись на лестницу (интересно, как много она успела увидеть?).

– Ваш коллега.

– Витязь? А он-то чего…

– Разве он не рассказывал вам о моей порочной натуре? – сухо спросил Светлана.

– Порочной? – переспросила я.

«Ох, чувствую, мы с витязем точно не поладим».

Вслух я произнесла:

– Нет. Я ему не нравлюсь. Причем, заочно, еще до нашей встречи. Так что он мне ничего толкового не сказал. Да и бестолкового тоже.

Ведунья смягчилась:

– Ясно. Извини.

– Ты располагаешь временем? – спросила я. – Я как раз хотела опросить жильцов…

Я быстро пригладила слегка растрепавшиеся волосы.

– Да, у меня есть полчаса. Зайдем ко мне. – предложила девушка. – Прости, я забыла, как тебя зовут в миру?

– Это я забыла сказать! – засмеялась я (а этот гад летучий даже не спросил!). – Я – берегиня, в миру – Марина.

Квартира Светланы вовсе не наводила на мысль о гадании. Здесь не было ни свеч, ни зеркал, ни карт таро, ни изображений небесных светил…

– Я смотрю, ты не берешь работу на дом. – заметила я.

Девушка усмехнулась:

– Сюда запрещено приводить людей… клиентов. Я принимаю в другой месте.

– И как бизнес?

Светлана неопределенно дернула плечом. Честно говоря, по ее виду и интерьеру нельзя было сказать, что девушка загребает миллионы. Чистенько, уютно. Одета ведунья в простые строгие костюмы, добротные, но не от Кутюрье.

– Садись, пожалуйста.

– Спасибо.

– Будешь чай?

– Гадаем по чаинкам?

Света улыбнулась и стала возиться с чайником.

Я задала вопрос:

– Скажи, а почему ты решила, что я непременно поверю витязю? У меня доверчивый вид?

– Нет, что ты! Прости, если обидела тебя. Просто… Есть такой термин «Эффект Розенталя». Или «эффект Пигмалиона». Это, когда человек, заранее получил информацию о своей собеседнике и начинает относиться к нему предвзято. Из-за тех сведений, которые ему сообщили. Он как бы ищет подтверждения…

– А, понимаю. Ну, что ж, у тебя есть уникальный шанс побыть Пигмалионом и наябедничать мне на всех.

Девушка снова улыбнулась, но ничего не сказала. Она начала разливать чай по чашкам.

Пришлось снова спрашивать самой:

– Я расследую дело об убийстве колдуна. Ты его, конечно, знала?

Ведунья кивнула:

– Да, конечно… Но мы не были знакомы близко. Я, вообще-то, ни с кем близко не общаюсь…

– А расскажи мне о колдуне. Какое у тебя сложилось впечатление о нем?

– Хорошее. Он был добродушным. Мог по доброму подшучивать над молодежью. Когда в округе стали происходить преступления, он сказал, чтобы мы не волновались, и мы поверили ему… Он внушал доверие.