Ольга Гусейнова – Темная сторона. Ученица (страница 38)

– Здесь холодно.

Этот голос…

Я вздрогнула, хотела обернуться, но не успела. На плечи мягко опустился мужской сюртук, хранивший тепло хозяина. Нос уловил аромат с древесными нотами…

– Спасибо, лерр Лерио! – поблагодарила я в неловком полуобороте, остро ощущая близкое присутствие мужчины из моих снов.

Ведь он неизменно продолжал мне сниться, хотя я запрещала себе любые мысли о крылатом кураторе.

– Вашим защитникам нужно больше заботиться о своей хрупкой плетельщице, – слегка ворчливо посетовал лерр Лерио, по-прежнему находясь позади и не позволяя взглянуть на него.

Я не ответила. Растерялась, не представляла, что можно сказать. Удивиться осведомленности Лерио по поводу моих защитников? Неужели он наблюдает за каждой кадеткой? Хотя, наверняка так и есть. Ведь это входит в обязанности кураторов… А может, стоило заступиться за Ивара с Эраном? Сказать, что они хорошие? Или вспомнить уроки по этикету и поговорить о погоде?

Мысли путались в голове, спотыкались друг о друга, сбиваясь и наводя полнейший хаос. К счастью, заговорил Лерио:

– Вы сшили замечательное платье! И вашему напарнику очень повезло.

– Спасибо, – смущенно выдохнула я, развернулась и, заглянув в черные глаза куратора, спросила: – А вы помните свой первый бал здесь? Ваша пара умела шить?

На лице лерра не дрогнул ни единый мускул, но что-то изменилось. Я буквально кожей ощутила напряжение, возникшее между нами. Вопрос задел его за живое? Почему?

– Мне не пришлось краснеть за свой костюм, – наконец ответил мой собеседник. – А вам нужно возвращаться в зал. Иначе замерзнете.

«Но мне не холодно!» – ответила про себя, на миг сильнее сжав лацканы его сюртука, а вслух согласилась и осторожно повела плечами:

– Да, конечно.

Лерр Лерио забрал одежду. Его пальцы случайно задели открытый участок кожи на моей шее. Горячие! До мурашек, до стремительного сердцебиения… Я глубоко вдохнула уже ускользающий аромат его парфюма. На миг зажмурилась, запоминая…

Мысленно запретила себе делать глупости и вышла в зал. Не обернулась, хоть и чувствовала спиной его взгляд.

Меня и саму пугал такой… э-э-э душевный порыв к крылатому куратору. Даже зная о том, что он давно определился с парой, по которой, наверное, очень скучал и в честь которой создал скульптуру во дворе академии, я хотела, чтобы кожа «помнила» его прикосновение. Несмотря на предательскую дрожь в ногах, я испытывала почти болезненное желание вернуться на балкон и остаться с ним. С моим наваждением, лишающим разума. Просто молчать рядом с крылатым мужчиной, снова и снова прилетавшем в мои сны.

Все это было слишком необъяснимо и потому страшно. Страшно до глубины души.

Поэтому я слишком обрадовалась возвращению Эрана, сходу сообщившего очевидное:

– Ивар теперь в паре с Анжеикой. Она приняла его. Я предлагаю опять стать парой нам. Будет сложно, не стану лгать. Но я услышал тебя.

– Думаешь, что на этот раз все получится? – тихо спросила я.

– Обещаю тебе.

Эран улыбнулся. Невероятно красивый. Сильный. Одаренный. Настолько самоуверенный, что даже мои сомнения помахали ручкой. Я прикусила губу и кивнула.

Мне действительно хотелось попробовать стать такой же счастливой, как Оллер с Риной, как куратор Лерио со своей парой. Возможно, именно Эран будет тем самым человеком, рядом с которым мои чувства начнут расцветать?

– Хорошо, – довольно выдохнула я. – Мы снова пара.

И снова танцевали, пока ректор не объявил подведение итогов голосования за лучшую снежную скульптуру. Стоило ли сомневаться, что большинство голосов отдадут Влюбленной паре лерра Лерио? В качестве приза ректор бережно вручил ему закрытую коробку. Кадеты сразу принялись гадать, что внутри. Ректор загадочно улыбался и, кажется, собирался открыть нам этот секрет, но… случилось страшное, заставившее меня (и многих других) пересмотреть свое отношение к расширению магического резерва и тренировкам по усилению дара…

Глава 11

Тоска навалилась пудовым грузом, высасывая остатки сил. Вчера произошло второе в моей жизни событие, потрясшее до глубины души, опять перелопатившее жизнь, начавшую было входить в колею. И это событие надо было принять…

Я вышла из аудитории, где проходила лекция по одному из интереснейших предметов – истории Аарона. Сегодня мы слушали про устройство и традиции Южной Мораты. Но впервые за все время учебы я сидела на истории как на иголках. Места себе не находила от беспокойства и нетерпения в ожидании завершения занятия.

В конце коридора показалась Катерина, ее лохматую макушку и худенькую фигурку ни с чьей не спутаешь. Наконец-то! Я кинулась к ней, обняла и тихо спросила:

– Как ты?

Подруга, бледная и измученная, вяло улыбнулась:

– Уже лучше. Его скоро отпустят. Сказали, до вечера еще понаблюдают, а потом…

Она всхлипнула, уткнувшись в мое плечо.

– Ну прекрати, не надо, это по-прежнему твой Оллер, – прошептала я, поглаживая ее вздрагивающую спину.

– Да знаю я, – она вскинула заплаканное лицо с покрасневшими глазами, – Оллер сам больше не хочет со мной говорить, все время отворачивается. И молчит. Представляешь?

– Ему нужно немного времени, чтобы привыкнуть, – кивнула я. А припомнив зрелище, которым закончился бал, нервно дернув плечом, тихо добавила: – Нам всем придется привыкнуть.

– Он почти не изменился, – приглушенно, но возмущенно-запальчиво заявила Рина.

– В твоих глазах, наверное, – грустно улыбнулась я. – Но перемены заметны, их видели все. Оллеру придется смириться с этим. И нам. Я слышала, несколько плетельщиц отказались от усиленных тренировок. Глупышки считают, что если останутся во вторых и третьих рядах у темных порталов, то получат меньше излучения, а значит, не изменятся.

– Как сказал Ивар, монстрам плевать, в каком ряду кто будет стоять, от них тоже можно всякой гадостью заразиться, – разъяренно прошипела Рина.

Я покивала, соглашаясь и думая о еще одном важном обстоятельстве. И честно сказала, как есть, как думаю:

– Все напуганы, Рина. Не злись, их можно понять. Выслушай. Если бы вчерашняя мутация случилась с кем-то другим, более… одиноким и слабым духом, страшно представить, что бы с ним стало. Хорошо, что у Оллера есть мы, надежные друзья, которые не отвернутся. Примут любым! Главное, чтобы он сам себя принял, такого… хм-м… обновленного.

– Но он отворачивается…

– Дай ему время, – попросила я настойчиво. – И пойдем перекусим. Когда ты ела последний раз?

– На балу, – ответила она растерянно.

– Вчера?! – возмутилась я, решительно уводя подругу за собой. – От тебя и так одни косточки остались, чем ты думала?! Нам резерв расширять, магию увеличивать, а ты голодаешь! Скорее в столовую!

Рина встряхнулась и припустила за мной. Пища – энергия, а ее цель со вчерашнего дня не изменилась, наоборот, укрепилась.

В столовой оказалось мало народу, поэтому мы заняли ближайший к раздаче стол и набрали полные подносы. К счастью, отсутствием аппетита ни она, ни я не страдали, умяли все. За чаем в столовую заглянули лерр Цвик и лерр Дивит. Заметив нас, окинули внимательными, сочувствующими взглядами Рину и одобрительно кивнули мне. Рады, что я присматриваю за подругой? Натянуто улыбнувшись в ответ, я вцепилась в горячую кружку. Вспомнила про вчерашнее – и страх удушливой ледяной волной полез в душу.

Под конец бала одна девица, завистливая и небольшого ума, решила досадить, по своему мнению, слишком счастливо смеявшейся Рине и подло наступила на подол ее несуразного платья. Криво скроенный и с таким трудом сшитый израненными пальцами наряд треснул. Целый лоскут оторвался и повис, оголяя часть спины. Рина испуганно вскрикнула и побледнела от стыда и унижения.

Дальше события разворачивались совершенно непредсказуемо. Оллер, несколько месяцев снедаемый не самыми хорошими чувствами из-за мучений любимой девушки и ежедневной борьбой за их пару, рассвирепел. И сорвался: зарычал от ярости на мерзавку однокурсницу, а дальше жутко потемнел, задрожал, неизвестно, от боли или от переполнявших его эмоций. И вдруг из Оллера буквально хлынула во все стороны магия. Только не волной, а кошмарными черными потоками, которые сметали на своем пути криво сбитые столы с напитками и нерасторопных кадетов, ошеломленно глазевших на него.

Растерявшаяся Рина быстро пришла в себя и схватила Оллера за руку, чтобы помочь успокоиться, остановить… Но ее резкое движение и хват на его запястье спровоцировали Оллера. Он словно потерял разум. Резкий разворот – и Катерину черным потоком отбросило к стене. Ударившись спиной, она вскрикнула от боли и сползла на пол, чем окончательно лишила Оллера головы. На Катерину уставился бледный как смерть, с черными провалами вместо глаз монстр. Она, испуганная, сбитая с толку, снова подалась вперед, на губе выступила кровь – прикусила при падении. Наверное, Оллер, увидев, что натворил, пришел в себя, ринулся к любимой, но через пару шагов запнулся. Притормозил, выровнялся и обвел себя ошеломленным взглядом. Бедняга явно не сразу осознал, что черные потоки несколько мгновений назад хлеставшие из его тела, превратились в чернильно-черные жгуты-щупальца. И выходили они теперь из его спины!

Если бы не общее замешательство и ужас, можно было бы посмеяться, глядя как Оллер растерянно крутанулся вокруг себя волчком, пытаясь найти место выхода этих черных жгутов. Но, запутавшись в собственных щупальцах, начал заваливаться набок. Его поддержал не менее жуткого вида беловолосый мужчина, из спины которого торчали толстые острые иглы, а глаза горели серым пламенем.