Ольга Гусейнова – Прошу меня спасти (страница 15)

Стоя на краю пандуса, он казался еще выше. Задрав головы, мы с Дарианом тоже его рассматривали, правда, не как он, с почти каменным лицом. Мы были преданно-восторженными новобранцами, почтительно замершими перед бывалым бойцом. Я слишком волновалась, но пыталась приглушить эмоции. Незаметно тронула Дариана и шепнула первым представиться. У аяшей так принято, что мужчина всегда впереди, женщина за его плечом. Не стоит нарушать чужих традиций, особенно если собираешься в будущем принять их.

– Курсант Матиас Дариан, назначен стажером второго пилота.

– Курсант Вера Лель, назначена стажером второго пилота.

Наконец воин-аяш представился:

– Хамтар Орди Градан, старший помощник хедара на «Валтрае». Можно обращаться на земной манер – реан Градан. Наша бригада состоит из экипажей двух боевых кораблей С-класса: «Валтрай» и «Нодус». Сейчас Нодус на боевом дежурстве.

Опустив руки по швам, мы преданно таращились на офицера, который в большей степени будет определять нашу службу следующие пять месяцев, чем хедар или непосредственный начальник – второй пилот. Не поладишь со старпомом – считай, ты вечно голодный, проштрафившийся неумеха с сотней выговорешников в личном деле. Вот мы и старались с первой встречи произвести самое благоприятное впечатление на главного по кораблю.

Тот явно оценил наши старания, скупо усмехнулся, бросил многозначительный взгляд на караульного, мол, учись, как надо старших уважать. И продолжил вводить нас в курс дела:

– По правилам на любые вылеты всегда отправляют не менее двух пилотов. Но второй пилот «Валтрая» по семейным обстоятельствам экстренно отбыл на Аяш. И временно отсутствует! Поэтому хедаром принято решение так же временно заместить его двумя выпускниками Военно-космической академии Земли, прибывшими на стажировку. Позже я представлю вас непосредственному командиру – первому пилоту, Горану Ладиру. Это понятно?

– Так точно! – хрипло выдохнули мы.

Очередная, потрясшая мою реальность новость на миг оглушила. Будь мы при втором пилоте заместителями, да еще в двойном экземпляре, о «порулить» можно было бы лишь мечтать. Как и о возможности проявить свои способности, чтобы заметили, оценили и, возможно, чудеса ведь случаются, согласились бы заключить со мной служебный контракт. Теперь мои шансы немного увеличились.

«Боже! Боже! Боже!» – звенело счастливым колокольчиком в голове. Вновь взять себя в руки и радоваться столь невероятным новостям хоть немного «тише» удалось с трудом.

А Дариана, судя по расправленным плечам, уже распирало от собственной значимости. Еще бы, первый стажер в экипаже аяшей и, по сути, вторым пилотом сразу назначен. Про «бабу на хвосте» Дариан совершено забыл. Да и смысл обо мне помнить? Свой счастливый билет он вытянул прямо на старте. С пометкой о стажировке у аяшей, да еще вторым пилотом, если за пять месяцев не накосячит, может рассчитывать на отличные предложения от других ведомств. С учетом своих реалий я радовалась совершенно иному – шансу забраться как можно дальше, окончательно скрыться с радаров отца.

– Тогда поднимайтесь на борт, курсанты. С этого момента к вам здесь будут обращаться аран Дариан и арана Лель как к самым младшим по званию, – пригласил старпом и мотнул головой, чтобы следовали за ним.

Поднявшись на борт, мы прошли по грузовому отсеку, дальше старпом знакомил нас с кораблем и инструктировал.

– Реан Ладир – ваш командир и наставник в рубке. Однако на корабле именно я ваш куратор и буду ставить дополнительные задачи. К хедару обращаться исключительно для обжалования моих приказов. Понятно?

– Так точно!

– Пока мы на базе, с восьми до восемнадцати вы обязаны находиться на «Валтрае». Ежедневно. За опоздание – суровое наказание. Поверьте, оно вам точно не понравится! – строго предупредил Градан. Пару секунд помолчал, чтобы прониклись, и почти весело продолжил: – График служебных вылетов всех бригад и распределение задач по патрулированию квадратов составляет координационная служба станции. Уверен, в противном случае большинство присутствующих на «Рушазе» кораблей не покинули бы ближний радиус. – Старпом с усмешкой проворчал: – Ленивые умники.

– Разрешите вопрос, хамтар Градан? – обратился к нему Дариан.

– Разрешаю, аран Дариан.

– Насколько я слышал, численность команды «Валтрая» сто пятьдесят аяшей. А мы встретили лишь четверых, включая караульного. Можно уточнить общий график присутствия?

– Во время базирования на «Рушазе», команда несет службу в три смены по восемь часов. В случае вылета присутствие всех членов команды на борту обязательно, длительность смены устанавливается приказом хедара, согласуясь с обстановкой. «Валтрай» вернулся с патрулирования два часа назад, после участия в бою. Змераны в восьмом секторе на дашахшанский торговый караван напали. Поэтому сейчас большая часть команды на борту отсутствует.

– Разрешите еще вопрос, хамтар Градан? – тихо попросила я.

– Разрешаю. – Мне достался странный, гораздо более внимательный, чем Дариану, взгляд старпома.

– Все ли вернулись живыми?

Старпом молчал пару томительных мгновений, прежде чем ровно ответил:

– Последнее время змераны изменили тактику боя. Нападали группами по три отлично оснащенных боевых корабля. «Валтрай» и «Нодус» проверяли соседние квадраты и на сигнал о помощи прибыли одновременно. У аяшей жертв и повреждений нет. Дашахшанский караван из четырех транспортников сопровождало прикрытие – пара военных кораблей, вот их успели сильно потрепать, там есть жертвы.

Вместо слов я накрыла ладонью грудину и, чуть поклонившись старпому на манер приветствия аяшей, поблагодарила за откровенность. Я отметила, что Градан отреагировал без удивления на традиционный жест своего мира, в отличие от своих соотечественников в столовой или того незнакомца, которому от меня уже дважды досталось. Только в необычных глазах усилилось любопытство. Похоже, о девушке-курсантке с Земли, знакомой с этикетом аяшей, он был в курсе.

На каждой встрече Рехандр буквально натаскивал меня на одни и те же ритуалы, вдалбливая их в подкорку. И уверял, что иначе с аяшами вести себя нельзя. Аяши чужаков в ближний круг не допускали, сама их внутренняя природа не позволяла. К женщинам иных рас у них вообще весьма специфическое и отчужденное отношение. И если я хочу получить должность пилота или навигатора на аяшском корабле, сперва должна стать для них «своей». Других вариантов для продуктивных отношений с этой расой нет. Вопреки печальному жизненному опыту я доверилась мнению наставника, ведь за пять лет учебы он ни разу не обманул моих ожиданий.

Дариан, выслушав старпома, напрягся и, забыв получить новое разрешение, с надеждой спросил:

– То есть, все вылеты «Валтрай» осуществляет в паре с «Нодусом»?

Градан едва заметно дернул уголком рта в кривой усмешке и ответил:

– Рукав Зеленого Змея – один из самых больших. «Драза» у самой его границы, большую часть пространства сектора патрулируют бригады, базирующиеся на «Рушазе». Теперь вы знаете общую численность местного военного контингента и кораблей, способных нести караульную и защитную службу. И сами можете представить возможности покрытия огромного сектора средствами «Рушаза». Наша основная задача – охрана транспортных путей, где чаще всего совершаются переходы во время скачков, вылеты по сигналам бедствия, а также патрулирование, чтобы эти твари не успели отстроить свои перевалочные базы, иначе потом их не вытравить из нашего сектора. Поэтому патрулирование в паре – редкое явление, разрешенное для более мелких и менее защищенных кораблей. «Валтрай» и «Нодус» к ним не относятся. Только по тревоге периодически вылетаем.

Мы с Дарианом мрачно переглянулись, жить хотелось обоим, а тут каждый вылет – как по острию ножа. Вспомнился последний разговор с сестрой, Элинкины глаза, родные, любящие, теплые, в которых смешались отчаяние и страх за меня. Эх отец-отец, на что же ты толкнул своих детей… Меня затопило грустью и сжимающей сердце горечью. Следом я уловила быстрый внимательный взгляд старпома. Мое предположение об эмпатических способностях аяшей подтвердилось. Пришлось срочно затолкать нахлынувшие эмоции поглубже.

Знакомство с кораблем было тесным. Начали со спасательных капсул. Потом заглянули во все закутки, выяснили, где принимать пищу, где отдыхают во время дальних перелетов, даже где каюта самого хедара. В самом конце, словно проверяя нашу выдержку, старпом привел нас в рубку, сердце корабля. Пока с едва слышным шелестом отъезжала широкая панель переборки, я судорожно вдохнула-выдохнула, пытаясь привести эмоции в порядок. Нельзя, вот совсем-совсем нельзя позволять себе яркие эмоции, особенно испытывать страх. Курсанту мужчине простят, женщине – нет.

Шагнув за Граданом в святая святых, мы с Дарианом осмотрелись. Просторное помещение в форме трапеции, три переборки из четырех – управляющий модуль с множеством светящихся экранов, отображающих разнообразные данные. Узкая панель для ручного управления состоит из отдельных блоков, каждый из которых оборудован специальными креслами с высокими спинками. В центре рубки расположен отдельный блок для капитана, сверху к нему спускаются сразу три «руки» управляющих модулей.

Со временем не только земляне осознали, но и все Содружество, что абсолютная автоматизация и полная власть искусственного интеллекта в космосе, да и в обычной жизни, не оправдали доверия. Да, они сохраняют жизни, но не отменяют «живого» ума. Человеческий мозг ничто не способно заменить. А любую систему, даже самую совершенную, можно взломать или сломать с помощью дурацких и простейших приемов. Сама жизнь доказала, что нет ничего совершенного, как и пределов совершенствования. Поэтому Земле, как и другим мирам, пришлось отказаться от полной автоматизации, вернуть смешанную форму управления. В том числе космическими кораблями, боевыми роботами и ремонтными ботами, даже медицинским оборудованием.