Ольга Гусейнова – Мой любимый зверь! (страница 13)

Она рассеянно пробегала пальцами от ключицы вниз, будто бы случайно раздвигая вырез комбинезона, вынуждая мужчин гадать, скоро ли откроется розовая вершинка груди, жадно сглатывать слюну и… походить на полнейших озабоченных придурков.

– Страшно шикарная, – еще больше ощерился в хищной улыбке Фальк.

Три дня, всего три дня путешествия – и я больше не боюсь выходок кузины. Не боюсь клеранцев и ее провокаций. Я уже полностью уверилась, что их тоже забавляет игра, насилию нет места – интригует сам интерес сродни спортивному. Хоть ставки делай. Но! Именно железная уверенность в безопасности и безнаказанности Ровены меня и удивляла, нет, поражала до глубины души. Ведь если вспомнить: кто эти иномирцы, чем занимаются и какова их суть? Разум метался в сомнениях, а интуиция кричала, что мы ошибаемся.

– Кто такой лаум? – неожиданно спросила Ровена у Фалька, чем вызвала недоумение у остальных клеранцев.

Пока Фальк соображал, откуда у вопроса «страшно шикарной» землянки ноги растут, Райо встал, заслонив собой весь мир, взял меня за руку и с мягкой улыбкой повел к своему диванчику на двоих.

– Наверное, вы имеете в виду лауму, – наконец нашелся Фальк. – Это клеранское животное, похожее на земных коров.

Явно не ожидавшая такого подвоха, «богиня» вскинула потрясенный, гневный взгляд на Нофаля:

– Вот нахал!

– Почему, несравненная? – опешил тот.

Я еле сдерживала смех, откровенный и ехидный, вспомнив, как утром Ровена «подвернула» ножку и взглядом умирающей лани просила Нофаля проявить себя героем – нести ее на руках. Он, ожидаемо, подхватил Ровену на руки, а эта «раненая лань» с кокетливым сожалением прощебетала: «Ой, я наверное, тяжелая…» И вместо участливых и галантных уверений, что она перышко, получила загадочный ответ: «И не таких лаум таскал!»

– Как можно было меня сравнить с коровой? – злилась Ровена.

Меня все-таки прорвало, и Матео, тоже присутствовавший при «транспортировке пострадавшей», расхохотался вместе со мной. Вдобавок оплошавший Нофаль, виновато разведя руки-лопаты, пытался объяснить «несравненной», что он не специально, а само вырвалось. А так-то он иго-го-го и готов возить ее на себе вечность. Кто такой клеранский «иго-го-го» ни Ровена, ни я не были в курсе, но она по звуку провела аналогию с конем и обиженно процедила:

– Вот на иго-го-го ты и впрямь похож.

Дальше я уже практически рыдала от смеха, причем вместе с Райо и Матео, а Нофаль переводил подозрительный взгляд с одного на другого. Похоже, про земных коней телохранитель шир Домака не догадался.

Пока Ровена и Нофаль сверлили друг друга глазами, за столом воцарилась тишина.

– Что ты хочешь выпить? – оглушил мои органы чувств вкрадчивым и таким мягким, завораживающим баритоном Райо.

Пробежавшись взглядом по голоменю, зависшему передо мной, тыкнула пальцем на самый безобидный напиток.

– Мистик? – Райо приподнял темные брови в приятном удивлении. – Там почти нет алкоголя, сплошной сок…

– Мне своей дури хватает, не стоит добавлять, – искренне заверила я.

– Хая Эрика, вы излишне критичны к себе, – не поверил Фальк.

Ровена чуть подалась вперед, еще сильнее приоткрывая грудь заинтересованным клеранцам, и, стрельнув фирменным ведьминским взглядом в Райо, проворковала:

– Нет, просто кузина очень осмотрительная и умная девушка. Пить, когда за тобой не стоит мужчина, способный подстраховать, – опасно для здоровья.

– А вы, хая Ровена, значит, не боитесь за здоровье… – сделал вывод Райо, многозначительно кивнув на ее бокал с крепким алкоголем, который пару минут назад принес робот-официант.

Ровена откинулась на спинку стула, отведя чуть назад плечи, отчего на груди сквозь натянувшуюся тонкую сверкающую ткань заманчиво проступили соски. Затем посмотрела на Райо так, что, казалось, занимается чем-то «неприличным» прямо здесь и сейчас, испытывая запредельное удовольствие. Трое претендентов громко сглотнули, а вот Райо остался равнодушным. Я сидела слишком близко и не почувствовала даже малейшего напряжения – у него ни одна мышца не дрогнула. По-моему, ему были безразличны Ровенины игры. Ее карие с золотыми крапинками глаза раздраженно вспыхнули, но ответила она томным, грудным голосом:

– Один крепкий мужчина – отлично, а сразу трое позволяют ощутить безграничную… – «власть» хотелось сказать мне, но Ровена со смешком завершила иначе, – безопасность и свободу.

Я решила вмешаться:

– Как же здесь необычно и интересно! Спасибо что вы пригласили нас в такое замечательное место.

Ровена явно ходит по краю. Если еще минуту назад мне было спокойно и комфортно, то сейчас женская интуиция призывает поостеречься. Кузина слишком привыкла вертеть мужскими особями как хочет, ничего не опасаясь и абсолютно уверенная в своей власти над ними. Но клеранцы – не такие! Не по зубам. Они загадочно переглянулись, словно обменялись каким-то общим мнением о землянке. И мне очень не понравился хищный, циничный огонек в их желтых глазах. Старшая нарвалась на не менее прожженных игроков, чем сама. С такими ни одна администрация и служба стаффов не спасет! Последствия непредсказуемы.

– Всегда к вашим услугам, хаи, – улыбнулся мне Райо, словно тяжелый и неприятный груз с плеч сбрасывая. Взял у робота пакетик и достал оттуда маленькие кругляши – наушники. Осторожно отведя прядь волос, прикрепил их у меня за ушами. – Если заинтересуешься, напоминаю: просто назови номер танцпола и услышишь, какая там играет музыка.

– Чудесно! – воскликнула Ровена, тоже прикрепляя наушники.

Через минуту я не только любовалась чужими танцами, но и могла оценить чувство ритма и пластику танцоров. Пока один из них меня не озадачил. Ратханин – представитель водного мира с подобием аквариума на голове – забавно дергал рыжими щупальцами, поблескивающими защитным покрытием. Решив узнать, какие звуки его заводят, назвала номер и услышала… Нет, не музыку, а звук, похожий на зубодробительную смесь барабанного боя и металлического скрежета. Занятный танцор, покачиваясь на четырех щупальцах, неожиданно замер, затем другой свободной конечностью нажал на верхушку своего аквариума, защищающего его жабры, и засыпал туда порошок. Через минуту танцор дергался в жутких конвульсиях, усиленно булькая, – наверняка в экстазе.

Слегка опешив, я обратилась к Ровене:

– Что этот безумный ратханин делает? Да еще прилюдно… может, законников вызвать?

Клеранцы усмехнулись, а кузина равнодушно пояснила:

– Оставь, Эрика, все безобидно и законно. Ратх – водный мир с пресной водой. Морская соль с Земли для них как… как ядреный виски для нас. А если еще и с йодом, то все – ратханин в экстазе, вон как этот. Йод обостряет все рецепторы, а вкупе с определенными звуковыми волнами это полный чувственный беспредел. Не переживай, скоро унесут…

– Почему унесут? – вытаращилась я.

– Потому что невозможно бесконечно радоваться, всему приходит конец и перенасыщение, – поморщилась Ровена. – Надо знать меру.

Да уж, мера, в ее понимании, – весьма расплывчатое понятие. А вообще, в нашей международной компании я оказалась самой наивной. Неудобно вышло, незачет, но почему-то такие особенности Ратха в учебный курс не включили. Невольно посмотрела на клеранцев, которые тихо говорили между собой на своем языке, и мысленно порадовалась, что никто из них не смотрит на меня как на дурочку. Еще и Райо неожиданно сказал:

– Хая Ровена, у вас поразительно широкие познания!

– Было бы удивительно, если бы она не знала, – поддакнула я. – Кузина – спец по безопасности в нашей семейной фирме.

– Я очень любознательная, – похвалилась специалистка по обольщению и криво улыбнулась Райо: – Эрика тоже весьма наблюдательная и любопытная особа, просто еще юная. Неопытная. А окружающий мир бесконечно огромен и столь же интересен. Вы уверены, шир Алесио, что вас одного хватит, чтобы удовлетворить все потребности моей кузины?

– Вполне! – сухо отрезал Райо, при этом сжал мои пальцы слишком крепко, словно меня хотят забрать у него.

Но внешне мой визави выглядел расслабленным и, откинувшись на спинку дивана, оказывается, уже с минуту перебирал мои пальцы. А я не обратила внимания на ласку! Неужели это становится привычным на подсознательном уровне? Хотела убрать руку, но остановила себя. Покачала головой, уже не забавляясь Ровениными подначками, и с иронией заметила:

– От осинки не родятся апельсинки, а в нашей семье я, похоже, тыква.

– Вот знаешь, в кои-то веки мне нечего возразить, ты права, – хихикнула Ровена. – Пошли танцевать, пресный овощ, сделаем из тебя сладкий фрукт.

– Не перестарайтесь, – неожиданно хмуро вмешался Райо, глядя на Ровену с неким предупреждением. – Я не любитель сладкого!

Смотри-ка, какой скорый собственник нашелся! Ненадолго его хватило – быть мягким и вежливым.

– Исходные данные уже заложены, поздно заказы делать, – заявила я, легко вставая.

На транспортный диск мы с Ровеной шагнули вместе. Сердце отчаянно колотилось; глянув вниз, я чуть не села на корточки, чтобы случайно не сорваться в «бездну». Но адреналин уже помчался по венам, зажигая азарт и веселье. Мы заняли ближайший свободный танцпол, и вдруг моя старшая злобно выплюнула:

– Боги космоса, ну что за тиран и деспот тебе достался! Хорошо, хоть не мне, я бы долго не выдержала.

– Родню не выбирают, – съехидничала я, многозначительно посмотрев на Ровену.