Ольга Грон – Сыграй на моей совести (страница 15)
Кажется, своим заявлением я ее слегка расстроил…
– Вы собираете почтовые марки с обезьянами, а также брелоки и магниты на холодильник? И большая у вас коллекция? – нудным тоном интересовался следующий посетитель – лысоватый, в очках с толстыми линзами. При этом он рьяно подсовывал мне под нос диктофон.
– Из одного экземпляра!
– Вы примете участие в благотворительной акции, направленной на защиту и сохранение популяции плащеносных павианов Судана, мистер Диас?
– Чего? – не понял я. – Каких еще павианов?
– Еще их называют гамадрилами. – Он показал мне в телефоне фото макаки с большим красным задом.
– Слушай, ты, гамадрил гребанный. Шел бы отсюда подобру-поздорову!
Пальцы на левой руке сжались в кулак, правой я махнул ботанику на выход.
Тоже мне, защитник голозадых, нашелся! Что за день такой сегодня?
– Следующий! – нервно крикнул я.
И закашлялся от вида очередной жертвы пластической хирургии с ярко-розовыми волосами, которые вызвали отвращение. Ее лицо походило на жопу обезьяны, которая до сих пор стояла перед глазами.
Одна из моих фанаток, как выяснилось при первых же фразах, так и клеилась ко мне, сыпала комплиментами, от которых меня уже выворачивало наизнанку. Я честно выдержал пару минут, а потом выпроводил ее за двери.
Сам выглянул наружу, окинув взглядом оставшихся девиц. М-да, этого стоило ожидать. Все как на подбор «хороши».
– Мероприятие окончено по техническим причинам, – громко, с плохо прикрытой злостью объявил я. – До встречи на концерте.
– А как же…
– Еще ведь есть время…
– Может, меня все же примете? Я ждала этой встречи три месяца!
Я злорадно развел руками. Хлопнул дверью, кивнув охране, чтобы закрыли. А сам быстрым шагом, даже не глядя на разношерстную публику, направился в кабинет, где находился Бен. Вошел к нему без стука.
– Скажи, кто занимался подбором людей, допущенных за кулисы?
Бен поднял взгляд от планшета.
– Что случилось? Ты пьян? Выглядишь, словно тебя переехало поездом.
Я встряхнул волосами, укладывая их на место. А потом уперся ладонями в стол, склонившись над продюсером.
– Как видишь, я абсолютно трезвый. Пока. Но после концерта мне хочется напиться в стельку из-за чертовой встречи! Кто выбирал весь этот зоопарк, я тебя спрашиваю? Ты видел, кто пришел?
Бен поднялся и выглянул за дверь, тут же вернувшись назад.
– Блэйн, отнесись к ним с пониманием. От этого зависит репутация группы и дальнейшие договора.
– Ты не ответил на мой вопрос! – прорычал я, теряя последние крохи самообладания.
– Ладно тебе, не кипятись. Девочка новенькая, пока не во всем разобралась…
– Ты имеешь в виду мисс Паркер?
Бен пожал плечами, а затем подбадривающе хлопнул меня по спине.
– Я сам с ней поговорю, объясню ошибку. Успокой свои нервы. Через два часа начнется концерт. На следующей встрече все пройдет гладко, обещаю.
Так вот откуда всплыл вопрос про чертовых обезьян…
Дрянь решила отомстить мне за пару сообщений?! Или Зик постарался, договорившись со стервочкой?
Она за это ответит! Только вернемся в отель после концерта.
Я покажу ей, каких девок предпочитаю! Я, честно, пытался быть с ней предельно вежливым, а она снова все испортила!
От одной лишь мысли, что я с ней сегодня сделаю, член приподнялся и загудел. Все припомню, в том числе и должок с прошлого раза!!!
По окончании конференции группа в полном составе ушла репетировать. Я же, довольная устроенным, выпроводила журналисток из зала.
Ну и лицо было у Диаса! Так кричал о своих сексуальных пристрастиях, что аж рожа покраснело! Моя маленькая шалость стоила этого получаса.
Интересно, как быстро догадается, что это я постаралась? Надеюсь, никогда. Иначе мне несдобровать. Кто знает, что придурок учудит в следующий раз? Все же нужно быть осторожнее. Я тут не ради личной мести, а для раскрытия преступления – убийства сестры.
Если меня выгонят с работы, подобраться к группе станет слишком сложно. Но сегодня я все же не удержалась…
Репетиция заняла около часа, большую часть песен прогнали еще вчера. Когда она подошла к концу, люди уже стали собираться у дверей концертного зала. Они так шумели, что даже внутри слышался нарастающий гомон.
Группа переоделась в сценические костюмы и, сидя за кулисами, вовсю напевала. Настроение каждого было на высшем уровне. Кроме одного человека. И как же приятно осознавать, что я приложила к этому руку.
В тот момент, когда я обсуждала с охраной последние вопросы перед запуском зрителей в зал, ко мне подошли Зик и клавишник. Зик по-свойски положил ладонь на плечо, слегка приобняв. Я уж было хотела сбросить ее, но поймала цепкий взгляд Блэйна – в нем мелькнула ревность.
Да, смотри! Это шоу для тебя, дружок.
И прижалась бедром к Зику Саммеру, приобняв мужчину за талию. На реакцию самого Зика мне было наплевать. Боковым зрением я вовсю следила за Диасом: его ноздри раздулись, желваки ходили ходуном.
Он тяжело дышал, поджав губы. А рассерженный взгляд из под опущенных темных бровей не сулил ничего хорошего.
Я не сдержала довольную улыбку.
– Будешь смотреть на меня? – отвлек от созерцания моего триумфа Зик.
– А? Что? Да-да, конечно, – активно закивала я, делая вид, что прекрасно его расслышала.
– Я даже посвящу тебе песню. Назову ее «Милая Джен».
– Вот спасибо! Неожиданно с твоей стороны…
Ладонь Зика поползла от плеча вниз, к талии. Я вырвалась из объятий, отойдя на несколько шагов. На что Блэйн довольно оскалился.
Черт. Надо было стоять на месте и терпеть! Такой шанс упустила.
– Буду рада, – счастливым тоном добавила я, словно действительно радовалась обещанию какой-то там паршивой песенки.
На деле же мне не хотелось светиться. Фанатки будут недовольны, если увидят одного из любимчиков с незнакомкой в обнимку. Но Диас и его реакция стояли на первом месте. Все ради того, чтобы вывести его из себя.
Я разрушу твою жизнь, Блэйн Диас, если ты причастен к смерти моей сестры!
Вскоре зал наполнился людьми. Свет погас. Зрители затаили дыхание, лишь одинокие реплики нарушали тишину.
Алекс первая вышла на сцену и забила в барабаны. В этот момент гигантские экраны на сцене и по бокам вспыхнули, ведя обратный отсчет.
Толпа завопила, скандируя название группы. Их азарт передавался даже мне, хотя я стояла за кулисами.
Затем заиграла соло-гитара, и в свете софитов выскочил ни кто иной, как Зик Саммер. Возникший вопль оглушил меня. После на сцену отправились остальные. Отсчет кончился. Наступила тишина, прервавшаяся ударом по тарелке.
Концерт начался.
Люди сходили с ума. Толкали друг друга, прорываясь к сцене. Они тянули руки, визжали и кричали слова песен.
Песен, которые я знала от и до. Каждую строчку, каждое слово.
Вживую музыка звучала иначе, чем на записи. Она проникала внутрь, заражая бешеным ритмом. Мне даже самой в какой-то момент захотелось подпевать вместе со счастливыми фанатами. Я никогда не бывала на рок-концертах. В детстве родители водили нас с сестрой в филармонию, и я росла на совсем другой музыке. Конечно, иногда слушала и рок – классические композиции, ловила какие-то песни по радио или слышала в гостях. Но такой драйв испытала впервые в жизни.
И все же стоять за сценой и перед ней – совершенно разные вещи. Когда ты в толпе, то разгорячен, полон сил и ловишь кайф от концерта. А за кулисами все превращается в рутинную работу. Ты следишь за группой и зрителями, чтобы не случилось чего неожиданного, отвечаешь на сообщения организатора, общаешься с техниками…