Ольга Громыко – Встретимся на Кассандре! (страница 10)
– Но ведь те времена давно прошли, – возразил Джек, – почему бы вам не найти кого-нибудь поприли… попрофессиональнее?
– Кого? – устало поинтересовалась Трикси. – На Земле у нас были неплохие повара, но они отказались переезжать на Кассандру.
– Ну… я мог бы помочь вам с этим делом, – «скромно» предложил Джек. – Составить нормальное меню, оптимизировать запасы, наладить работу кухонного цеха…
– Ты поиграешь в шеф-повара и улетишь, – жестко перебила его Трикси, – а нам здесь жить. И если Эльвира обидится и тоже уйдет, то мы вообще останемся без кухни. Придется переводить туда кого-то из научных или административных сотрудников, а они у нас все на вес золота. Так что пусть уж Эльвира хозяйничает. Не настолько ужасно она готовит, можно привыкнуть.
Джек уязвленно фыркнул и скрестил руки на груди, забирая обратно свое щедрое предложение.
– Но почему на кухне работают одни киборги? – спросил Женька. – Да еще такие… желтенькие?
– А что с ними еще делать? – вздохнула Трикси. – Просто в угол поставить тоже не вариант, продать тем более. Так от них хоть какая польза, да и Эльвиру они устраивают.
– Ну да, – проворчал Джек, все еще обиженный отказом, – едят все, что она приготовит, и не жалуются.
– Тогда зачем вы их купили? – не понял Женька.
– Мы не покупали, это «отказники». Киборги, которых отдали в ОЗК, но наличие разума у них не подтвердилось.
– Но… Они же столько стоят! – не поверил Женька. – Как можно просто так взять – и отдать?
– Хозяйственный ты наш! – иронично умилился Джек.
– Отдают, – заверила лесника Трикси. – У людей, которые приобретают себе боевого киборга, это редко последние деньги. Mary и Irien – да, на них копят и берут кредиты, но DEX – это статус. Простому человеку он не нужен, его охранять не от кого. Ну разве что фермеры списанных армейских по дешевке скупают – они да, жмотистые, но они к киборгам и не присматриваются, относятся как к рабочему скоту. На Маске, например… – Трикси помрачнела и не стала договаривать. – В общем, почти все наши неразумные киборги – бывшие телохранители. А, еще иногда совсем поломанных тащат, которых либо в утилизатор, либо к нам. Мы чиним, если можем… Но разумные у нас в приоритете, и зачастую приходится выбирать, кого чинить, а кого…
Дверные створки разъехались.
– Вы же хотели посмотреть, что там? – Трикси призывно махнула рукой. – Заходите!
Гости робко переступили порог, сделали несколько неуверенных шагов и замерли.
Здесь тоже властвовала тьма, только огоньки в ней горели зеленые, да бледно светились окошки криокамер, двумя рядами вдоль стен уходящих, казалось, в бесконечность.
– Сто семьдесят шесть штук, – уточнила Трикси, клацнув допотопным рубильником, и зловещий склеп со спящей армией сверхлюдей, готовой поработить мир, превратился в обычный склад техники. – В основном недосорванные «семерки». Нам банально не хватает рук и ресурсов, чтобы ими заниматься, а Мэй бьет тревогу: чем позже происходит вторичный синтез, тем дольше и сложнее идет реабилитация. Приходится в буквальном смысле слова откладывать работу в долгий ящик, и эти ящики уже заканчиваются…
Несколько минут все в траурном молчании смотрели на ряды криокамер, затем Трикси погасила свет и повернулась к гостям.
– Ну что, идем в столовую? – бодро предложила она. – Там есть кофеварка и буфет, где всегда можно перехватить пару бутербродов.
– Ага, – упавшим голосом согласился Джек. Да уж, на фоне такого крутить носом действительно некрасиво…
Выход на лестницу оказался каким-то заколдованным. Не успела Трикси поставить ногу на первую ступеньку, как пол дрогнул ощутимо даже для человека, а из темноты правого, еще не изученного гостями крыла коридора донесся жуткий вибрирующий скрип, словно там проснулось еще одно древнее чудовище и теперь со скрежетом продирается на волю.
Женька оторопело заозирался, в мгновение ока оставшись в одиночестве: Трикси серым промельком исчезла во тьме, Джек тоже не стал долго раздумывать (если вообще этим озаботился).
– Эй, вы куда?! – Лесник, чертыхаясь, включил фонарик на видеофоне и бросился следом.
Коридор, скорей всего, был зеркальным отражением левого – и по длине, и по ширине, и по изгибам, и по дверям подсобных помещений, но темнота все это удваивала, а адреналин утраивал. Женьке показалось, что он пробежал как минимум километр, когда вибрация и скрип наконец прекратились, перестав заглушать радостные девичьи вопли:
– Нашли! Нашли!
Вскоре Женька разглядел и саму девушку, и двух ее спутников – помимо Трикси с Джеком. Наклейки киборгов оказались светоотражающими и бело полыхали под лучом фонарика, как зеркальца.
Девушка, в свою очередь, уставилась на Женькин рукав и растерянно замолчала. Лохматый парень набычился еще сильнее, кудрявый, напротив, недоуменно вскинул брови.
– Он человек, – поспешила прояснить ситуацию Трикси. – База верна. – И укоризненно обратилась к Женьке: – Зачем ты наклеил эту штуку? Она же для киборгов!
Женька только вздохнул, устав оправдываться и кивать на вредного напарника. Решат еще, что у него такая манера – вечно сваливать вину на бедного DEX'а!
– Это я наклеил, – наконец проснулась совесть у Джека, но тут же снова задремала: – Нечаянно. Куртки перепутал.
Несмотря на его покаянную физиономию, у всех возникло стойкое ощущение, что киборг выгораживает непутевого друга.
Женька поводил лучом света и обнаружил, что стоит возле узкого проема-провала, такого черного, что, казалось, тьма вытекает и расползается по подвалу именно оттуда.
– Тайре показалось, что один из камней кладки чем-то отличается от остальных, – вслух объяснила Трикси ради единственного человека в компании. – Они стали крутиться возле него, и часть стены внезапно…
Часть стены точно так же внезапно начала закрываться обратно. За годы бездействия допотопный механизм заржавел и оброс пылью, каменная дверь немилосердно скребла по полу, производя те самые жуткие звуки. Она и открылась-то от силы на треть, так что Реми едва успел подскочить к схлопывающейся щели и, к ужасу Женьки, глубоко сунуть в нее правую руку.
Рука с хрустом сплющилась, затем с металлическим скрежетом согнулась посредине плеча почти под прямым углом и, когда у лесника внутри екнуло в предвкушении «выстрела», наконец замерла, намертво заклинив систему. Из-под лопнувшей псевдокожи матово поблескивала титановая «кость» с «мышцами» сервоприводов в разноцветных изоляционных оболочках.
Реми нетерпеливо дернул культей, отщелкивая крепления протеза, и выпрямился.
– Я же говорил, что это намного практичнее регенерации! – невозмутимо заметил он. – Уже третий за полгода, между прочим.
– Потому что ты повадился совать их куда ни попадя, – звенящим от волнения голосом возразила Трикси. – Вот была бы эта рука настоящей…
– …дверь бы захлопнулась, и мы бы еще полдня пытались понять, как она открывается, или вообще резали стену лазерами, – закончил секретарь. – А новый протез мне Ия за час соберет.
Трикси безнадежно помотала головой.
– Здесь вообще-то свет есть, – сообщила она Женьке, и свет немедленно появился – его включила Кира из дальнего конца коридора.
– Что там у вас гремит?! – встревоженно крикнула она.
– Мы нашли труп! – счастливо взвизгнула Тайра, с обожанием глядя на главу ОЗК, как первоклашка на директора.
Кира позеленела и ускорилась; тем не менее на последних метрах ее обогнала Сара – вальяжная, забавно косолапящая авшурка при необходимости почти не уступала киборгам в скорости, ловкости и силе.
Фонарик все-таки пригодился – в тайнике стояла только оплавленная свеча, к которой рубильника не прилагалось. Пока Женька услужливо светил в щель, а Кира смотрела, киборги в девять рук сумели отжать дверь на полметра и даже подпереть где-то раздобытым куском трубы.
– М-да… – протянула глава ОЗК, тщетно пытаясь определиться с эмоциями.
Находка меньше всего напоминала старичка, почившего в своей постели в окружении безутешной родни. Ну разве что он изъявил такое экзотическое последнее желание – за руки приковать свое мертвое тело цепями к потолку.
В углу стояло трухлявое ведро с насквозь ржавыми обручами.
– О! – восхитилась Сара. – Полный цимес, и даже с курагой!
– Сара, это же явно не он!
– Чем это он не он? – изумилась авшурка. – Вот череп, вот кости, все как в ориентировке!
– Ну хотя бы тем, что он женский, – меланхолично сообщил Реми.
Юрист возмущенно уставилась на секретаря, словно скелет был Шредингера – пока киберхуманс не раззявил свой вредный рот, найденные кости пола не имели.
– Таки шо мешает нам сделать ему генеральную стрижку, а урожай пустить на бороду?
– Сара, мужчины и женщины отличаются друг от друга не только волосами! – окончательно утвердила пол скелета Кира. – Программа реконструкции тела по скелету сразу нас сдаст.
– А может, дедушка барона был бабушкой? – Уж больно не хотелось упускать такую шикарную возможность авшурке. – Насколько я не забыла вашу коротенькую смешную историю, самкам хумансов в те времена жилось очень грустно, вот она и прикинулась ущербной хромосомой! А если истец отопрется открывать ей родственные объятия, то мы натравим на него ассоциацию феминисток, пусть они спросят с него за такой некрасивый шовинизм!
– У барона есть средневековый портрет его предка, – мстительно возразила ущербная хромосома в лице того же Реми, – примитивный и сильно облезлый, но на нем определенно изображен мужчина.