Ольга Громыко – Космобиолухи (Авторская редакция 2020 года, с иллюстрациями) (страница 23)
– Убедил, неважная идея, – сдался Винни. – Сам-то ты что-нибудь придумал, кэп?
– Не придумал, – спокойно произнес капитан, – а решил. Мы сейчас будем садиться. Полвитка на торможение о верхние слои, потом ныряем и плавно приземляемся вот здесь. – Капитанский палец проткнул вирт-окно чуть выше чужого корабля, рядом с блестящим червяком речушки.
– Ну-у-у, раз ты решил, – Винни почесал затылок и решительно сел в пилотское кресло, – то делать нечего. Но в атмосферу этот курятник поведу я.
– Не понял, – удивился Роджер. Формально они оба умели управляться со штурвалом, что по очереди и делали, но, поскольку место капитана уже занял Сакаи, официально пилотом считался Черноу. – Это что, бунт на корабле?
– Можешь и так посчитать, но вообще-то я всего лишь хочу помешать одному самоуверенному типу превратить нас в очень плоскую и хорошо прожаренную лепешку.
– Вообще-то, – начал капитан, – у меня налет как бы не в десять раз больше твоего.
– Угу, общий. А как насчет атмосферного? Кэп, ну перестань, это тебе не по диспетчерским сигналам рулить, когда почти всю работу искин делает. Сам же рассказывал, как в Академии заход на ручном еле-еле на трояк натянул. Прикинул бы лучше посадочную траекторию, а? Фрэнк сейчас будет
– Сам-то ты, – проворчал Роджер, переключая мастер-права управления кораблем на пилотский пульт, – можно подумать, великий спец по атмосферам. У нас, между прочим, суммарная масса под двадцать килотонн, криво пристыкованный «невидимка», искин в минимальном режиме и аэродинамика кирпича.
– Кэп, – в голосе Винни прорезались нотки снисходительности, – ты еще во Внутренних Мирах штрафовал дедушек на солнечных яхтах за превышение скорости, а я в это время падал на Марианну во второй волне высадки. Кэп, да ты хоть представляешь, что значит сажать орбитальный планер на планету с неподавленной космической обороной?! Восемьдесят душ в грузовом отсеке, запас прочности – лишь бы дотянул до поверхности, движка нет, вооружения нет… пластиковый гроб с музыкой и крылышками, короче. Когда уже внизу, на последнем участке, рядом появился флайер, я чуть не обделался от ужаса, пока не понял, что это всего лишь местная служба новостей. Войну-онлайн захотели показать, ш-шакалы чер-ртовы!..
– Ты, никогда не рассказывал, что был на Марианне?! – удивленно взглянула на него Джил.
– И не собираюсь, – отрезал Винни, – у меня хватает более приятных воспоминаний. Кэп, что с расчетами?
– Первая часть уже готова, сейчас перекину, – пообещал Роджер. – Сход с текущей орбиты через пять минут, затем полтора витка в верхних слоях, на торможение…
– Ты же раньше говорил – полвитка, – напомнил Винни. – А если нас заметят?
– А если мы расплавимся, влетев в нижние с такой скоростью? – передразнил Роджер. – Полтора или даже два с половиной, по ходу посмотрим. Да, лейтенант Джилл, для вас тоже имеется задание. Проверьте аварийные системы прицепа. Мне нужно, чтобы в случае обрыва буксирного троса включался антиграв.
– Капитан! – Будь среди корабельных приборов измеритель возмущения, его стрелка сейчас зашкалила бы. – Это же трос из нанотрубок! Он выдерживает нагрузку до ста килотонн!
– Это значит, что в отрыв прицеп уйдет с кормой грузовика, только и всего, – хихикнул Винни. – И если это случится, наш груз разлетится на полконтинента. Самая необычная бомбардировка в истории человечества, хе-хе! Чего только люди не сбрасывали друг другу на головы, но голубых куриц…
Джилл сдавленно хихикнула.
– Что-нибудь еще, капитан? – осведомилась она.
– Да, – кивнул Роджер. – Возьми Петровича и запрись вместе с ним в каюте.
– Слушаюсь!
Вытянувшись и лихо прищелкнув каблуками, Мисс Отвертка сгребла под мышку жалобно пискнувшего ежика и промаршировала к двери. Капитан украдкой вытер пот со лба и мысленно поблагодарил духов предков. Как выяснилось, преждевременно – несколькими минутами позже Джилл снова оказалась в рубке.
– Капитан… – смущенно пробормотала она, – а можно, я еще захвачу бутылку ликера из бара?
– Пить во время посадки?! – поперхнулся Роджер. – Ты же член экипажа…
– …а можно, я немного побуду балластом? Меня что-то
– Возьми таблетку из аптечки! – рявкнул капитан. – Она гораздо эффективнее алкоголя!
– Зато с ним, – Мисс Отвертка доверчиво моргнула и сложила ладони в молитвенном жесте, – я не буду представлять всяких ужасов про ваши пилотажные умения. Ну пожа-а-алуйста!
– Хорош спорить! – Винни качнул штурвалом, заставляя грузовик чуть задрать нос. – Мы уже входим в атмосферу… Черт! Почему створки не закрываются?!
– Капита-а-ан… – обреченно заскулила Джилл.
– Бери что хочешь и проваливай! – Роджер, повернувшись к вирт-экрану, торопливо рылся в списке подсистем. Процесс управления грузовиком, казавшийся «интуитивно понятным» в открытом космосе, начал подкидывать сюрприз за сюрпризом. Вроде бы все по мелочам, но… Черт, не возвращаться же на орбиту, чтобы заново изучить инструкцию? – Сейчас… ага, вот. Они в принципе не закрываются. «Вместо обычного жаропрочного стекла новая модель оснащена иллюминаторами из монокристаллических пластин. Благодаря своим уникальным прочностным свойствам они не нуждаются в дополнительной защите и обеспечивают экипажу отличный обзор в любых условиях полета…»
Нарастающий рев за обшивкой поглотил конец абзаца. По пресловутым уникальным пластинам зазмеились огненные ручейки.
– Кэп! Где оболочка?!
– Сейчас, сейчас… – Роджер лихорадочно пролистывал список, пытаясь выяснить, как именно она включается.
– Кэп, – голос Винни опустился до вкрадчиво-мягкого, – «сейчас» мы тупо падаем сквозь атмосферу, словно треклятый, мать его за хвост, метеор! Если ты вот прям немедленно не врубишь этот чертов плазменный кокон, мы очень скоро повысимся в статусе до метеорита!
– Симаймасита[32]!!! – Роджер наконец добрался до нужного пункта меню – и обнаружил там пометку «вкл. авт.». Почему этот самый «вкл. авт.» не соизволил сработать, выяснять было поздно. При попытке убрать галочку выскочило сообщение, что изменение настроек должно выполняться в другом разделе, и сейчас данная опция недоступна. Для доступа требовалась полная перезагрузка системы, что в данной ситуации было чистым безумием.
– Ну что там?! – крикнул Винни.
– НЕ ВКЛЮЧАЕТСЯ!
– У-у-у, гадство!
Сверху что-то грохнуло – раз, другой. К реву пламени добавился протяжный свист. Несколько секунд он стремительно нарастал, затем оборвался – и почти сразу вырубился гравитатор. Роджер и Винни синхронно дернулись вперед и повисли на ремнях, словно марионетки на ниточках у пьяного кукольника. Судя по направлению силы тяжести, «куровоз» падал на планету почти отвесно. Мимо головы капитана, жалобно пища, пролетел Петрович, шлепнулся на смотровую панель и начал медленно стекать куда-то за пульт.
– Лейтенант Джилл! – рявкнул капитан в интерком. – Почему Петрович снова в рубке?!
Рев и свист неожиданно пропали. Роджер ошеломленно моргнул, постучал по наушнику – в наступившей тишине в нем очень хорошо слышалось: «Тринадцать человек на сундук мертвеца, и-ик, буль-буль и бутылка ликера!» Затем он увидел новое сообщение в вирт-окне: «
– Винни!
– Да вижу я все, кэп! – отозвался бывший сержант. – Ничего, щас все будет путем. Сейчас провалимся еще чуть ниже, в плотные слои, а там я задействую маневровые.
– Ты не удержишь двадцать килотонн на одних маневровых, – уверенно возразил капитан. – Черт, Винни, да ты его даже не развернешь! Нужно запустить основной и работать с вектором тяги.
– Да ты рехнулся, старик! – запальчиво констатировал Винни. – Или башкой о пульт приложился. У нас же гравитатор сдох, забыл? Основной двигатель даже при самом крохотном факеле сколько «жэ» даст?
Роджер не ответил, потому что был очень занят: неотрывно смотрел, как пыхтящий от натуги Петрович медленно переваливается через край пульта и пытается ползти вверх, цепляясь за кнопки. Неудачно пытается: пульт был сенсорный, а «выступающие» кнопки – всего лишь голограммой.
– Нас потом от кресел отскребать будут, – так и не дождавшись ответа, продолжил Винни. – Тьфу, не будут, мы ж в планету воткнемся. Двадцать килотонн, да на ускорении… Ха, есть шанс дойти прямиком до магмы!
Отчаянно скребущий лапками Петрович все-таки сумел подняться на десяток сантиметров. Здесь он замер, вцепившись крохотными коготками в пластик и тяжело дыша. С третьей попытки, едва не вывалившись из ремней, Роджер схватил ежика и, размахнувшись, бросил в сторону выхода. Отчаянно вереща, Петрович пролетел через рубку и скрылся за мембраной.
– Значит, во втором отсеке гравитация в порядке, – заметил Винни, – а то бы он обратно упал.
– Пилот, – Роджер сглотнул, – я приказываю запустить основной двигатель.
– Капитан, говорю же…
– Запускаешь основной двигатель на минимальной мощности, – медленно, делая паузы между словами, заговорил капитан, – и плавно изменяешь вектор тяги, чтобы мы вышли в горизонтальный полет.
– Мы воткнемся, – повторил бывший сержант, – слышишь меня, Роджер?! Даже минималка даст больше десятки! Ты не сможешь даже пальцем шевельнуть, потому что на каждом твоем пальце будет сидеть большой и толстый…
–