Ольга Гринвэлл – Валерьянка для кота (страница 9)
– Но почему тогда ты все так же бросаешь заинтересованные взгляды на других женщин?
– Я? Я не…
Рита рассмеялась.
– Слушай, это нормально. Пока ты ещё не нашёл своей половины, так и будешь ее искать. Многие находятся в подобных активных и пассивных поисках всю жизнь. Знаешь, Миш, закрой глаза и расслабься, я начну считать, потом называть времена года, а ты мне говори, что видишь. Договорились? Один, два, три, четыре…
Мерный голос доносился, словно через стену. Так хорошо и комфортно… Он увидел себя в кухне за столом с газетой в руках. Ксения стояла спиной к нему, вокруг ее талии повязан фартук…
– …Двенадцать, тринадцать… сентябрь…
За своим рабочим столом в офисе, перед глазами гора документов.
– Двадцать пять… февраль…
Он с друзьями – Игорьком и Димкой – в клубе, смеются.
– Все, – Михаил открыл глаза. – Посмотрел… кино.
Рита улыбалась, словно все это время подсматривала мысли своего пациента.
– Ну как, вырисовывается семейная жизнь?
Он приподнялся.
– Я не понял, ты чего, хочешь меня отговорить от женитьбы?
Женщина пожала плечами.
– Разве? Миш, ты даже не сказал, что увидел. А мне ох как интересно.
– Ничего, – буркнул. – Ничего нового. Но а что должно быть такого в семейной жизни необычного?
– Вот скажи, ты чувствуешь себя неимоверно счастливым?
Михаил рассмеялся.
– Ты издеваешься? Какое, к черту, счастье, Рит? Меня нагнули, поставили перед выбором… эта, прости господи, девица…
Рита улыбнулась, подошла к Михаилу, положила прохладную ладонь ему на лоб.
– Валерия Самойлова? Мята, маскирующаяся крапивой. Ты ее хорошо знаешь?
– Вообще не знаю. Хотя… Выудил про неё всю возможную инфу из сетей. Просто в ужасе.
– Ну-ну, – Рита похлопала мужчину по плечу. – Ты не должен делать ничего, что не хочешь. Каждый человек имеет право на своё волеизъявление. Если твоя невеста не вызывает в тебе ничего, кроме скуки, ты имеешь право отказаться от этого брака. Это только хорошо для вас обоих.
– А эта… Самойлова?
Рита пожала плечами.
– Я знаю ее. Когда будешь готов, приходи, и я помогу тебе.
– Поможешь с чем, Рит? Ерунда какая. Ксюшка и я… Она меня любит.
– А ты, Миш? Ты ее любишь?
Слова ее прозвучали эхом его точь-в-точь таких же в голове. От резкой телефонной трели он вздрогнул, поморщился. На дисплее высветилось имя его личной помощницы.
– Арина… – Он недоговорил, прерванный потоком всхлипываний обычно такой невозмутимой молодой женщины. Резко встал с кресла. – Я ничего не понимаю. Перестань реветь. Скоро буду.
Рита разглядывала резко побледневшее лицо своего пациента.
– Что то серьёзное?
Он кивнул в ответ, быстро надел туфли и, схватив пиджак, ринулся к двери.
Уже на подъезде к зданию увидел несколько чёрных машин с проблесковыми маячками. Какие-то люди в штатском стояли в отдалении, что-то обсуждая. Перескакивая через две ступеньки, Михаил бросился к лифтам. Упрямо давил на кнопку, словно от этого зависела быстрота прибытия кабины. На этаже, где находился его офис, стояли несколько человек в балаклавах и бронежилетах. Несмотря на повышенное внимание к его персоне, Михаилу дали беспрепятственно пройти в помещение. Он остановился в дверях, сдвинутыми бровями и суровым выражением лица пытаясь скрыть растерянность.
– Что здесь происходит?
Весь пол в офисе был завален какими-то бумагами. На стуле, где обычно сидела Арина, теперь вальяжно развалился невзрачный человек в сером костюме, а сама помощница, сжавшись, сидела в самом дальнем углу.
– Котенков Михаил Антонович? – послышался позади голос.
– К вашим услугам, – он обернулся, встретившись с насмешливым взглядом высокого роста мужика. – В чем дело? Это ваши люди устроили такой бардак?
– Прошу покорно простить. Мы попросим здесь все убрать. Потом.
Михаил приподнял брови.
– Не могли бы вы всё-таки объяснить, что здесь происходит?
– У вас большая задолженность по налогам.
– Это исключено. Если есть какая-то небольшая погрешность, то я могу немедленно исправить. Дайте только подойти к компьютеру, связаться с банком, в конце концов.
Мужик вздохнул, пожевал губами, опустив глаза в пол.
– Боюсь, что вы не сможете так легко все исправить. Все ваши счета арестованы. Впрочем, они вам пока и не понадобятся – государство вас обеспечит всем необходимым по крайней мере лет на пять-семь.
Михаил почувствовал, как его сердце замерло и, словно оборвавшись, упало куда-то вниз. Что за херня?! Ещё вчера все было хорошо. Он как будто увидел себя на краю пропасти. Глыбы земли под ногами упрямо отваливались, и вот-вот он полетит вниз, в черноту, где ничего нет…
Звонок телефона заставил его встрепенуться. Михаил скривился – Самойлов.
– Добрый день, Лев Степанович, – несмотря на попытку придать голосу жизнерадостность, Михаилу это не удалось.
– Как дела, Мишаня?
– Нормально.
– А что с голосом? Чем-то расстроен?
– Небольшие проблемы.
На том конце телефона раздался удовлетворённый смех.
– Как там наши дела с моей дочуркой? Все на мази? – Скривившись, как от зубной боли, мужчина отставил трубку от уха. Внезапное понимание, почему старый лис позвонил именно в этот момент, встряхнуло словно электрическим разрядом. – Молчишь? Плохое настроение? Ну я сейчас приеду и подниму его.
Самойлов отключился. Михаил безумным взглядом обвёл помещение, сновавших туда-сюда незнакомых людей. Захотелось превратиться в букашку, чтобы его никто не видел, не беспокоил, не терзал. Чтобы мог спрятаться и уйти ото всех куда-нибудь подальше, забиться в самый дальний неприметный уголок.
Казалось, не прошло и пятнадцати минут как дверь распахнулась и в офис шумно ворвался Лев Степанович. Как ни странно его никто не останавливал, не спрашивал документы, а наоборот – его приветствовали, словно он был желанным гостем и все его знали.
– Ну что ты как не родной стоишь?! – радушно похлопал Котенкова по плечу, подтолкнул к закрытой двери офиса. – Проводи меня к себе. Надо бы и горло промочить.
С похолодевшим сердцем Михаил открыл дверь в свой кабинет. Он все понял. Похоже, он действительно попал в ловушку, не просчитав хорошо противника. Да и чего там было просчитывать – разве ему под силу тягаться с такими как этот Самойлов?
За рабочим столом Михаила кто-то сидел, роясь в его документах, оставленных накануне.
– Егорыч, приветствую, – Самойлов подошёл к этому типу, пожал руку. – Ну-ка спрысни отсель, нам надо дела кое-какие порешать. – Когда они остались наедине, Самойлов повернулся к Михаилу. Его лицо было полно сочувствия. – Миша, Миша… – он покачал головой. – Я думал, мы договорились…
– Но… Я…
– Я ведь несколько раз звонил тебе вчера. Почему трубку не брал? – Михаилу нечего было сказать. Он подошёл к кабинету, достал бутылку скотча и разлил содержимое по двум широким стаканам. – Многих неприятностей можно было избежать, если бы ты слушался советов опытных людей. Ведь бизнес есть бизнес. Малейшая неприятная шумиха и все – капут. Конкурентов сейчас много.
– Так что конкретно вы предлагаете? – Крепкий напиток обжег горло.
– Миш, не дури, – в голосе Самойлова послышалось раздражение. – У тебя есть два варианта ответа – да или нет. Ничего между ними.