Ольга Гринвэлл – Ты Для Меня (страница 35)

Я прикинул. Позавчерашний вечер я провёл со свои друганом. Пили водку. Не, вряд ли.

Маман продолжала.

— Хочется этого человека защищать. И ещё в груди возникает такое чувство, ну нежности, что ли. И даже когда ты зол на этого человека, ты все равно готов все простить. Ну и, конечно, к этому примешивается бессонница, учащенное сердцебиение и странная восторженность, эйфория.

Я натянуто рассмеялся.

— Это мне не подходит. Ты, слава богу, ошиблась.

Мама пожала плечами.

— Мне по нраву твоя девушка.

Я отставил тарелку, вытер рот салфеткой.

— Не совсем понятно, чем? Во-первых, ты ее не знаешь, во-вторых, она избалованная папина дочка и в отличие от тебя не умеет готовить. Да и вообще не приспособлена к самостоятельной жизни.

— Ну я ее всегда смогу чему-нибудь научить полезному.

Я встал.

— Ну это уж слишком! У тебя очень болезненное воображение. Ах да, спасибо за завтрак.

Маман тоже поднялась с кресла, стала собирать посуду на поднос.

— Во сколько тебе надо быть на работе?

Маман усмехнулась.

— Захочу — останусь здесь.

Я аж закатил глаза. Вообще-то, подобные перепалки с маман у нас были не редкость, и никто, как правило, не обижался. Однако, сегодня меня мамины реплики сильно бесили.

Я с нетерпением ожидал, когда она наконец-то соберётся и уедет обратно в Москву. При этом чувствовал себя последним негодяем. Во-первых, потому что милая мамочка накормила меня вкусным завтраком, а во-вторых, потому что она отчасти была права.

Наконец-то выдворив нарушительницу покоя и помахав ей от калитки рукой, я вернулся в дом. И тут же услышал звуки, доносящееся из ванной. Похоже Эвелина была совершенно нездорова сегодняшним утром. Со злорадством мысленно потёр руки. Ну что ж, моя красавица, расплата пришла!

Постучав в дверь ванной, нажал на ручку. Дверь не была закрыта. Девушка сидела перед фаянсовым чудом сантехники и выворачивалась наизнанку. Чувство жалости на миг захватило меня, но я его успешно поборол.

— Помочь?

В ответ раздался характерный звук избавления от пищи.

Затем Эвелина слабым голосом произнесла.

— Отвали.

Я вышел. Подожду. А потом, может быть, запихну ее опять под холодный душ. Хорошо освежает. В следующий раз будет знать, как напиваться. Ненавижу пьяных женщин. Ничего нет хуже, чем женщина, потерявшая чувство собственного достоинства и не контролирующая своих действий.

Девушка вошла в гостиную, когда я вовсю обдумывал план расплаты.

Едва взглянув на неё, такую бледную, одетую в халатик, я понял, что мои планы отменяются. Потому что даже в таком виде, она умудрилась довести меня до возбужденного состояния буквально за пару секунд. Я не успел скрыть это, судя по её расширившимся глазами, когда она кинула взгляд на мои топорщащиеся джинсы.

Слава богу, я не решился затащить ее в душевую кабину, иначе бы мы оба оттуда не вылезли.

— Нам надо поговорить, — сказал я, принимая серьёзный вид. Надо срочно избавляться от стояка. В такие редкостные моменты я старался думать о чём-нибудь неприятном — тараканах, дохлых мышах и всяких разных тварях.

— Да, мне тоже хотелось бы поговорить, — с иронией заметила Эвелина, все также глядя на нижнюю половину моего тела.

А, к черту разговоры! Потом.

Я шагнул к ней.

Глава 38. НИКИТА

— Черт побери, женщина, — я взял её за плечи, заглянул в глаза. — Ты хоть понимаешь, как бесишь меня?

Она подняла своё лицо. Сейчас я видел только ее губы, и, конечно, ни о каком серьёзном разговоре речь больше идти не могла. Я провёл рукой по ее спутанным волосам.  Затем пальцы скользнули по шее вниз.

— Стой! — она оттолкнула меня. — Что у тебя с Лидией?

— Какой, к черту, Лидией... — пробормотал я. Моя рука уже прокладывала свой путь к её груди, и я чувствовал, что молния на джинсах вот-вот разойдётся.

Эвелина попыталась вырваться из моих цепких объятий.

— Я не собираюсь подбирать объедки, понял? Убери свои руки.

Она запахнула халатик. В глазах девушки метался огонь.

— Да ничего у меня ни с кем нет! Что ты себе вбила в башку? — меня аж всего затрясло. Надо же, на самом неподходящем моменте!

— Я видела, как вы обтирались друг о друга.

— Вель, не переношу ревнивых баб. Или ты со мной, или без меня, — я криво усмехнулся. — У меня эта ваша женская логика уже вот где сидит.

Показал известный всем жест.

— И не собираюсь ничего объяснять. Сейчас меня интересуешь только ты, поняла?

— Очень польщена, — ее ядовитая улыбочка. — Спасибо, что барин снизошёл. Сегодня я, а завтра другая, так?

Я пожал плечами. А что мне оставалось делать. Откуда я знаю, что там будет завтра, послезавтра.

—Вель, я не понимаю, что тебя не устраивает? Тебе надоело сидеть здесь одной и ждать меня? Ну хорошо, давай сходим куда-нибудь. Куда хочешь — в ресторан, в театр, в ночной клуб? Только чур со мной, а не так, без спроса.

Я увидел, как ее лицо перекосилось. Казалось, девушка сейчас взорвется. Сдержалась.

— Никит, — тихим голосом произнесла она. — Я понимаю, что тебе должна. За то, что ты меня забрал из больницы и ухаживал за мной, пока я приходила в себя. И, конечно, за то, что ты взялся за мое дело с аварией. Я очень благодарна тебе. Но это всё. Мне больше ничего от тебя не надо. У тебя своя жизнь, у меня своя.

Ее беспредельно-синие глаза смотрели на меня, и я чувствовал себя последним ублюдком. Сам не знаю почему. Неужели она думает, что когда мы с ней занимались сексом, я брал с неё таким образом плату? Все-таки женщины очень странные существа. Черт их разберёт. Я сглотнул возникший у меня в горле ком.

Все равно будет по-моему. Ещё ни одна баба так со мной не обращалась. Я заставлю ее кричать от страсти. И просить меня.

Прикоснулся пальцем к ее брови, провёл вниз по виску, коснулся губ.  Услышал ее судорожный вздох.

— Я хочу тебя, — прошептал, прежде чем накрыть ее губы своими губами. Она таяла в моих руках. Словно воск. И была такая же податливая и горячая. И ещё мне захотелось вырвать из неё признание. Чтобы она сказала, что любит меня.

Халат остался лежать на полу. Я приподнял девушку. Она обвила своими ногами мои бёдра. Как же хотелось почувствовать ее всю. Гладкие, как чёрный шёлк, волосы накрыли меня палантином.

Едва оказавшись на кровати, я стянул с неё трусики, и так ничего не прикрывающие. Зачем они вообще нужны?

Прошёлся языком по ее шее, ниже, между грудей. Обвёл сосок, втянул. Сладостно... Уловил едва слышный вздох, сорвавшийся с губ Эвелины.

Давай же, проси меня, моли, и я все сделаю, как ты хочешь.

Моя ладонь скользнула между ног девушки, раздвигая ее страждущие лепестки. Я давно был готов к большему, но мне хотелось услышать, как она кричит в мольбе. Вот тогда я и порадую эту настырную ведьму.

Мои губы опустились ниже. Ее кожа была как шёлк и бархат. Мне хотелось без конца целовать ее нежный живот, обводить круги вокруг пупочка. Хотел ласкать везде, отведать ее как самое сладостное пирожное. Любить до темноты в глазах. Моя девочка, самая вкусная. Самая восхитительная. Губы накрыли самую ее сердцевину. Почувствовал, как Эвелина слегка вздрогнула...

В следующий миг... Я не знаю, как это произошло. Девушка выскользнула из-под меня и, откатившись на край кровати, отвернулась, потянулась за чем-то на прикроватной тумбочке. Я застыл в нелепой позе. Эвелина тем временем, взяв лежавшее в миске яблоко, надкусила его с громким хрустом. 

— Сучка! — прорычал я, сползая на пол. У меня даже в глазах потемнело, как я был зол. Запредельно зол. С минуту сидел, скорчившись на полу. Просто невероятно. Такого унижения я ещё не испытывал. В ушах по-прежнему раздавался хруст яблока.

Дорогие мои читатели! Очень бы хотелось, чтобы вы иногда оставляли свои комментарии. Мне было бы очень интересно знать ваше мнение. К тому же это стимулирует мою музу и увеличивает рейтинг. Спасибо!

Глава 39. ЭВЕЛИНА.

Я кусала и кусала это проклятое яблоко, и не могла остановиться. Даже когда услышала громкий хлопок двери. Словно гвозди в крышку гроба. Из глаз у меня текли слезы, но не было сил вытереть их. Буквально через пять минут я услышала, как завёлся двигатель, затем визг покрышек, и тишина. Пустота.