Ольга Гринвэлл – Ты Для Меня (страница 23)

— Спасибо, мам, ты меня очень выручаешь.

Я уже собирался повесить трубку, когда услышал мамино последнее.

— А она мне понравилась, Никит. Ты там присмотрись к ней получше.

Улыбаясь, я сунул телефон в карман. Потом, подумав, выудил его обратно. Набрал номер своей секретарши.

— Рит, у нас же нет завтра заседаний? Тогда я буду после обеда.

Я поехал в ближайший торговый центр. Мама прислала список, который я должен был осилить. Нижнее белье, пижама, кофточки, брюки, юбки. В общем, я потратил на это пару часов, но нелегкая задача была выполнена.

К коттеджу я подъехал, когда солнце уже начало свой медленный спуск к горизонту. Я уже знал, что останусь здесь на ночь. Готовился провести приятный вечер в компании девушки, которая почему-то заставляла учащенно биться мое сердце. 

Глава 26. ЭВЕЛИНА.

Сначала я услышала шорох колёс по асфальту, а затем ярко-красный бок автомобиля показался из-за забора. Приехал Никита. Внезапно почувствовала странное смятение. Оглядела себя. Ох, лицо то все в синяках. Я ещё глубже спряталась в тени беседки.

Вот он прошёл к крыльцу —  элегантный, одетый с иголочки. В руках какие-то пакеты. Так не хочется выходить из своего укрытия, но надо.

Почему-то стараясь ступать на цыпочках, я пошла к дому. Дверь была открыта нараспашку и я издали увидела Никиту. Он стоял посреди гостиной. Уже снял пиджак и теперь стягивал с себя галстук. Вид у него был хмурый и усталый.

Наконец-то мужчина заметил меня. Улыбнулся как ни в чем не бывало. Наверное не хочет показывать мне, что у него плохое настроение.

— Привет, — справившись со своим галстуком, отбросил его в сторону. — Как ты?

— Вроде температуры нет.

— И синяки уже не такие чёрные. Наверное мама тебе дала какую-то свою мазюку.

— Смотрю ты хорошо знаешь как эти её растирки работают.

Он усмехнулся.

— Если ты о том, что часто бываю бит, то тут ты ошибаешься. Я добрый и меня все любят.

Я рассмеялась.

— Наверное женщины в основном.

Никита расхохотался в ответ. Я даже на миг залюбовалась им. Такой он непосредственный, раскованный.

— Здесь ты, Вель, права. Я везунчик.

Кивнул на стол.

— Кстати, это тебе. После работы забежал.

— Что это? — я подошла к столу.

— Кое-что из одежды. Ты уж не суди строго. Я не очень разбираюсь во всех этих прибамбасах.

Я не могла поверить своим ушам. Мужчина, практически незнакомый со мной, покупал мне одежду.

— Никит, ну я даже не знаю, что сказать. Не надо было.

— Или тебе больше нравится мужская одежда? — он усмехнулся, оглядывая меня, стоящую перед ним в его халате. — У меня боксеры есть с красивым рисунком на гульфике. Подойдут?

Я почувствовала, что начинаю краснеть.

— Иди, переоденься, а я пока приготовлю нам ужин.

— Ужин? — еле слышно переспросила я.

Никита пожал плечами.

— Да не переживай так. Ничего супер сложного на этот раз.

Мужчина начал выкладывать из другого пакета продукты.

— Все уже готовое — запечённое мясо, овощи, рис. Я ещё купил бутылку вина, — он вопросительно посмотрел на меня. —  Ты, надеюсь, не возражаешь?

Конечно, я была согласна.

— Хорошо, я не против, — пожала плечами. — Только как ты поедешь домой?

Кивнула на бутылку красного вина, выставленную на стол.

— Я не поеду. Переночую здесь.

Заметив как  вытянулось у меня лицо, Никита улыбнулся.

— Я буду спать в своей спальне, можешь не волноваться. Просто жуть как устал сегодня.

Я отвернулась, не желая показать ему свои чувства. Умиление, признательность, и даже восхищение к этому мужчине поднимались в моей душе, сметая выстроенные ранее баррикады.

Уже будучи в своей комнате, я вытряхнула на кровать содержимого объемного пластикового пакета. Ну, если Никита сам выбирал эту одежду, то он заслужил аплодисменты. У этого мужчины оказался очень даже неплохой вкус. Пара блузок и платьев от «Marni», кружевное белье от «Bordelle» — он к тому же не скупился. Я дала себе слово, что как только вырвусь из этой передряги, обязательно расплачусь с ним за все.

Сняла, уже ставший привычным, с запахом Никиты, халат. Встав перед зеркалом, приложила к себе темно-желтую тунику. Прекрасно подойдёт для сегодняшнего вечера. Цвет отлично гармонировал с тоном моей кожи.

Непонятное волнение одолевало меня. Присела на пуфик, чтобы перевести дыхание и немного успокоиться. Почему я так реагирую именно на этого мужчину? Ведь всегда ненавидела и презирала бабников какими бы внешне привлекательными они не были. Никита ничем не отличался от ему подобных.

Когда я вышла в гостиную, стол уже был накрыт. Для человека, который испытывал определенные трудности при приготовлении супа это было весьма удивительно. Никита, к тому же, успел переодеться. Теперь на мужчине были голубые льняные брюки и белая футболка, так удачно подчеркивающая его загар.

Услышав мои шаги, Никита обернулся. Что-то такое мелькнуло в его глазах, отчего у меня на миг замерло сердце. Я тут же одернула себя. «Ну что ты, Эвелина, ещё не хватало влюбиться в этого мужика!». И тут же поймала себя на мысли, что вдруг я уже опоздала с предупреждениями. Не на шутку испугалась.

— Ты чего разрумянилась? У тебя точно нет температуры?

Ничего не ответив, я села за стол.

— А ты что-нибудь ела сегодня? — спросил он.

— Конечно. Утром съела бутерброд, а днем наш суп. С голода я бы точно здесь не умерла. Так что...

Никита вопросительно глянул на меня.

— Мог бы не ехать в такую даль, — продолжила я.

— А может я хотел приехать? — тихо произнёс он. Наши глаза встретились.

Хмыкнув, я взяла большую ложку и стала накладывать рис в свою тарелку. В груди бешено билось сердце.

Повисла напряженная тишина.

— Мне надо поговорить с тобой по поводу этой аварии.

Я еле сдержала вздох облегчения. В голове просто какой то хаос. Мне хотелось внимания Никиты, а с другой стороны я жутко этого боялась. Не к чему мне это. Не к чему.

 Мы некоторое время молча ели. Затем Никита разлил вино по бокалам.

— Вель, коли у нас выдался такой вечер, я предлагаю расслабиться и  получить хоть какое-то удовольствие от совместного ужина. Я понимаю, что ты наверное предпочла бы другую компанию и, может, другую еду, но сейчас у нас нет выбора.

Я натянуто улыбнулась, поднесла бокал к губам.

— Извини, я даже не спросил, любишь ли ты красное вино или нет.

— Люблю.

Никита неотрывно смотрел на мои губы.