Ольга Грибова – Зимние каникулы, или Любовь в подарок на Новый год (страница 15)

Вечером уставших и довольных он уложил четверняшек спать, но сам уснуть не мог. Андрей переживал за Ирину. Он знал, как она любит детей и как волнуется за них. То, что они в очередной раз сбежали, очень ее расстроит. Она наверняка места себе не находит от беспокойства.

На кухне рядом с батареей дремал Амурмур. Он отказался идти со всеми на улицу, заявив, что снег ему не по душе. Замершая или нет, а он все-таки вода, которую коты на дух не переносят.

— Не спишь? — спросил Андрей у кота.

Тот приоткрыл один глаз и сладко зевнул.

— Ты сказал, что потратил много волшебства, перенося сюда детей. Как быстро оно восстановится?

— Не терпится избавиться от сорванцов? — усмехнулся кот.

— Вовсе нет. Но их мама… не хочу, чтобы она страдала.

— На приличном питании волшебство восстанавливается быстрее, — намекнул Амурмур.

Андрей тут же полез в холодильник и достал все вкусное, что там только было. Пока кот ел, Андрей вспомнил о шаре. Это у Ирины ее разбился, но свой-то он сохранил.

— А волшебный предмет может тебе помочь? — уточнил Андрей. — У меня есть шар…

— Что же ты молчал! — перебил Амурмур. — Тащи его скорее сюда и буди детей. Сейчас организуем вам грандиозное возвращение.

Андрей вскочил со стула и бросился в гардеробную. Там в одной из коробок он хранил новогодние игрушки. Достав шар, Андрей замер. Скоро случится волшебство, возможно, последнее в его жизни. Дети отправятся домой… и все. Он больше никогда не увидит ни их, ни Ирину. Готов ли он их отпустить? А переместиться с ними в другой мир? Бросить все, что привычно и знакомо.

Выбор предстоял непростой. И Андрей засомневался, каким он будет.

Не верилось, что дети снова сбежали. И куда? В чужой мир! У меня не то что волосы поседели, змеи у фурии потеряли пигмент!

Я не знала, куда бежать и за что хвататься. Точнее я бегала везде и делала все возможное, чтобы найти к ним дорогу.

Побывала у старого Мортимера, снова искала тот злополучный магазинчик, обращалась ко всем подряд… Ничего не помогало. Путь в другой мир был для меня закрыт.

А дети все не возвращались. Неужели мы разлучены навсегда? Эта мысль сводила с ума. Но в одном я была уверена — с Анреем они в полной безопасности. Он показался себя заботливым и надежным, он присмотрит о четверняшкам. Но как же их вернуть?

От тревоги меня мучила бессонница, и я спустилась в гостиную. Села у окна и смотрела на улицу в надежде, что увижу, как мои малыши возвращаются домой. Боль от их потери походила на болото. Оно засасывало меня все глубже. Еще немного — и его черные воды окончательно сомкнутся над моей головой.

Вдруг в комнате что-то затрещало. Я решила, что это дрова в камине, и даже не обернулась. Но звук усилился, а потом гостиная треснула пополам. Прямо как картинка на листе, который разорвали. В этой пробоине показалась чужая, незнакомая комната и… мои дети!

— Грей, Эшли, Агнес, Джед! — не помня себя от радости я бросилась к ним.

Но услышала:

— Не спешите, дамочка. Пусть лучше они подойдут к вам.

Говорил, между прочим, кот, но я не удивилась. У меня тут дыра в мироздании, что мне какие-то говорящие коты.

Я резко остановилась и протянула руки к детям:

— Дайте я вас обниму, — позвала их.

Как и думала, четверняшки выглядели здоровыми и довольными. Похоже, они отлично провели время с Анреем. Он тоже был здесь, но на него я смотреть не решалась. Боялась, что не выдержу и позову его тоже к себе. А это нечестно. У него там своя жизнь, вроде он упоминал, что женат…

Дети без проблем перескочили из чужого мира в наш и кинулись в мои объятия.

— Мамочка, прости нас! — хором повинились мои сорванцы. — Мы очень тебя любим и будем вести себя хорошо.

— И я вас тоже люблю, — улыбнулась я сквозь слезы, естественно, не поверив в обещание.

Уже в следующую секунду опасения оправдались. Агнес, вывернувшись из моих объятий, обернулась и поманила Анрея рукой:

— Иди к нам.

Он замялся, взглянул на меня и спросил:

— Ты не против?

Я не поверила своим ушам. Он хочет все бросить — привычную жизнь, свой мир, друзей и родных — ради… меня! Невероятный мужчина.

— А тебя не пугает, что я превращаюсь в фурию? — уточнила на всякий случай.

— А какая женщина периодически не превращается в нее? — пожал плечами Анрей. — Но только если рядом с ней мужчина-тюфяк. А я не такой.

Я хихикнула. Это уж точно. Но теперь нахмурился уже сам Анрей:

— Только у меня ничего нет, — развел он руками. — Я не успел собраться в дорогу. Все, чем я владею в своем мире, будет потеряно. Тебя устроит такой муж?

Муж? Я не ослышалась? Пожалуй, это самое сумасшедшее предложение руки и сердца, что когда-либо было. Сделанное прямо на разрыве двух миров!

Я до того опешила, что потеряла дар речи, а дети по очереди дергали меня за юбку, твердя:

— Соглашайся!

В итоге я нашла в себе силы кивнуть:

— Да, мне очень нужен такой муж, — выдохнула я.

Услышав мой ответ, Анрей улыбнулся и шагнул в наш мир. Разрыв в тот же миг схлопнулся за его спиной, только кот успел запрыгнуть в гостиную. Вот и все, обратного пути нет. Но Анрей не выглядел огорченным.

Дети расступились, чтобы он мог подойти ко мне. Столько всего хотелось сказать, но не было слов способных выразить то, что я сейчас чувствую.

— Да целуйтесь уже! — выпалил Джед, и четверняшки дружно отвернулись, чтобы не мешать нам.

Сначала встретились наши глаза, затем руки, а последними губы. Анрей целовал одновременно нежно и страстно. Это было исследование нового и признание в чувствах. То самое, для которого мы так и не нашли слов. Но у нас еще будет много дней и ночей, чтобы их произнести, а пока мы просто наслаждались первой лаской.

Дети притихли, затаив дыхание. Они словно боялись спугнуть наше внезапное счастье. Краем уха я услышала шепот Агнес:

— Может, все-таки укусишь их? Так, на всякий случай.

— В этом нет нужды, — ответил кот. — Они и без любовного куся созданы друг для друга.

Пока нас, в самом деле, не покусали, я поспешила уложить детей спать. Они уснули мгновенно, вымотавшись за длинный день. А мы с Анреем, наконец, остались наедине.

— Завтра же поженимся, — заявил он, подхватывая меня на руки и неся в спальню.

Его взгляд, обращенный на меня, сиял любовью, и я согласно кивнула. Губы все еще покалывало после первого поцелуя, а я уже тянулась за вторым. Пусть на это ушло какое-то время, но мы, наконец, оба поняли, что нам суждено быть вместе.

Вот только утром нас ждал сюрприз. Выглянув в окно, я обомлела.

— Что происходит, почему все белое? — воскликнула я.

Анрей подскочил с кровати и подошел ко мне.

— Это же снег! — поразился он, а после объяснил, как тот понравился детям. — Но как они это сделали?

— Очень просто, — вздохнула я. — Агнес призвала дождь, а Грей заморозил капли с помощью северного ветра. Эшли остудил землю, Джед снизил активность солнца, чтобы снег не растаял. У меня очень смышленые дети, — обреченно признала я.

— Поздравляю, в вашем мире первая зима, — улыбнулся Андрей. — Одевайся скорее, я прокачу тебя с горки.

Глядя, как ошарашенные соседи выходят на улицу и трогают снег, я приняла тот факт, что покой мне только снился.

Эпилог

Новогодние каникулы обещали быть веселыми. Прошел ровно год, как чужак переселился в их мир и женился на маме. В целом дети были довольны папой. Он играл с ними, учил новому. Правда, иногда ругал, но они его быстро прощали. Все же он взрослый, а они все немного зануды.

А еще папа заботился о маме. Окупил кареты и возил на них людей. Он назвал их словом из своего мира — такси. Горожанам нравилось, и его дело процветало, принося много монет. Благодаря этому четверняшек приняли в лучшую частную школу, где, наконец-то, нашлись учителя, способные справиться с сильными стихийниками.

Жителям города пришлась по душе устроенная ими в прошлом году зима. В этом все ждали повторения. Четверняшки вовсю готовились к созданию снега. В тот раз он пролежал всего день. Мало. Хорошо бы растянуть зиму на неделю.

И все бы ничего, вот только папа с мамой допустили оплошность — завели нового ребенка. Пока мама ходила с животом, еще было терпимо, но потом ее увезли к лекарю, а вернулась она оттуда с маленьким вечно кричащим человечком.