Ольга Грибова – Целительница для разбитого сердца (страница 13)

Глава 13

Когда сидишь взаперти, время идет иначе. Оно становится похожим на патоку, таким же тягучим. Минуты кажутся бесконечными, а часы похожи на года.

Я обдумала кучу вариантов побега, но все они были нереальны. С осознанием, что мне отсюда не выбраться, пришла апатия. Я уже не металась по комнате. Силы покинули меня вместе с верой в скорое освобождение.

Я лишь надеялась, что меня ищут. Но как быстро найдут… вопрос. Я коротала время на подоконнике у окна, обхватив колени и глядя вдаль. Все ждала, что там появятся мои спасители. Но день сменился вечером, затем наступила ночь, а никто так и не пришел.

Отец. Мысли о нем не отпускали. Сколько у него осталось времени? Дни? Часы? А что если минуты? Я стиснула зубы, чувствуя, как подступает отчаяние.

Дверь скрипнула, открываясь. Горас, будто уловив мое состоянии, пришел как раз вовремя. Он застал меня в момент слабости.

— Как ты? — спросил он вежливо.

Можно подумать, это был обычный светский разговор, а не похищение и удержание против воли. Я ответила ему взглядом полным ненависти.

Он усмехнулся, явно ожидая такой реакции.

— Все еще злишься, понимаю. Но подумай вот о чем – ты сидишь взаперти по собственной воле. Уже давно могла бы выйти отсюда. Просто надо сказать мне «да».

— Я никогда не полюблю тебя, — заявила твердо.

— И что с того? — пожал он плечами. — Мне не нужна твоя любовь. Достаточно будет покорности.

В комнате повисла тишина. Я переваривала услышанное. Похоже, мне до него не достучаться. Я могу сопротивляться и дальше, подвергая жизнь отца риску. А могу… сдаться, но спасти дорогого человека. В конце концов, ради кого мне хранить свободу?

— Твоему отцу, кстати, стало хуже, — Горас знал, куда бить. — Твое исчезновение дурно сказалось на его здоровье.

Я всхлипнула. Не хотела показывать свою слабость, это вышло против воли. Слишком сильно я волновалась за папу.

— Я могу отвезти тебя к нему, — предложил Горас. — Сегодня же. Но только как мою законную супругу. Выбирай. Остаться здесь и ждать, пока твой отец умрет. Или выйти за меня и успеть его спасти.

Никакой это был не выбор, а самая настоящая ловушка. Клетка, в которую я добровольно запру себя на всю оставшуюся жизнь. Но отец… Перед глазами стояло его лицо – старое, но такое родное.

Мы способны на многое ради тех, кого искренне любим. Буквально на все! И я была не исключением.

— Хорошо, — собственный голос казался чужим. — Я согласна.

Горас замер на долю секунды. Кажется, не поверил своим ушам. А потом его лицо озарила улыбка.

— Я знал, что ты примешь правильное решение, — вроде как похвалил он.

Меня замутило, но я взяла себя в руки.

— Давай поторопимся. Мне надо к отцу.

— Разумеется, — кивнул Горас. — Священнослужитель ждет нас внизу. Приведи себя в порядок, и он нас поженит.

— Я в порядке, — тряхнула головой.

Горас окинул меня придирчивым взглядом. После ритуала, похищения и бессонной ночи выглядела я не очень, но он махнул рукой. И так сойдет. Жених мне попался непривередливый.

— В таком случае идем, — Горас предложил мне руку.

Но я, проигнорировав ее, сама шагнула к двери. Если я в полном отчаянии согласилась стать его женой, это не значит, что я буду во всем ему подчиняться. Пусть даже не надеется.

Горас тоже торопился. Боялся, что я передумаю. Он привел меня в холл первого этажа, где в самом деле ждал священнослужитель и подельники Гораса, которые станут нашими свидетелями. Ничего не скажешь, шикарная у меня свадьба. Все это выглядело, как плохой спектакль.

Холл освещали несколько канделябров. Пламя свечей дрожало, отбрасывая длинные тени на стены. Неподалеку от лестницы стоял священнослужитель – старик с потухшим взглядом, из тех, кто не задает лишних вопросов.

Он прочистил горло и начал:

— Мы собрались здесь, дабы соединить…

— Давай покороче, — перебил Горас. — Переходи сразу к сути.

— Конечно… — кивнул священнослужитель. — Берете ли вы эту женщину в жены, клянясь хранить ей верность и…

— Да, — ответил Горас.

Священнослужитель перевел взгляд на меня.

— А вы… берете ли этого мужчину в мужья, принимая его своим супругом…

Я почти не слышала слов. Их заглушали мысли в моей голове. Если я скажу «да», я увижу отца, но потеряю себя. Если скажу «нет», сохраню себя, но потеряю отца.

Я открыла рот, еще сама до конца не понимая, каким будет мой ответ. И в этот момент снаружи раздался шум. Удар, крики, кто-то толкнул входную дверь.

— Отвечай, ну же! — Горас вцепился мне в предплечье.

Но я не отреагировала. Вместо этого вся обратилась в слух. Все потому, что показалось – я услышала знакомый голос.

— Курт! — выкрикнула. — Я здесь!

Он нашел меня. Я едва не разрыдалась от облегчения.

— Так вы берете в мужья этого мужчину? — сквозь шум уточнил священнослужитель.

— Нет! — выпалила я и попыталась освободиться из хватки Гораса.

Не тут-то было. Он стиснул пальцы сильнее, причиняя мне боль.

— Объявляй нас мужем и женой, — потребовал Горас у священнослужителя.

— Но девушка ответила «нет», — растерялся тот.

Эта заминка спасла меня от ненавистного брака. От очередного удара входная дверь, не выдержав, распахнулась, и в холл ворвался Курт. Прямо в кресле. Даже наполовину парализованный он все еще великолепно управлялся со шпагой.

— Снова ты, — скривился Горас. — Что ж, пора положить этому конец.

Он не стал доставать шпагу, предпочтя магию. А ведь Курт практически ее лишен! Похоже, Горас не в курсе, что такое честный поединок.

Священнослужитель сразу бросился в бега. А двух подельников Гораса взял на себя товарищ Курта. Я осталась не у дел. Никто не брал меня в расчет. Слабая женщина и все такое.

Но я не стала стоять и смотреть, как Горас убивает Курта. Вместо этого схватила вазу с комода неподалеку и обрушила ее на затылок Гораса. Звон был такой, что уши заложило. Горас рухнул к моим ногам, как подкошенный, но я ничуть не жалела о содеянном. Напротив испытала глубокое чувство удовлетворения. Давно надо было это сделать.

— Стражи скоро будут здесь. Сдавайтесь! — выкрикнул Курт сообщникам Гораса.

Те поступили мудро, не став дальше сопротивляться. Без своего главаря они мигом осознали тщетность борьбы.

Стражи, в самом деле, приехали быстро. Они арестовали всех, включая Гораса. Мои показания против него станут основой обвинения. Похищение благородной девушки, попытки силой заставить ее выйти замуж – все это строго каралось. Наконец-то, Горас получит по заслугам!

А тут еще Курт подлил масло в огонь, заявив, что Горас вероятно претендовал на магию «Поцелуя жизни». Именно для этого ему нужен был брак со мной. Он бы породнил нас.

Как же наивна я была, веря, что он отпустит меня к отцу! Это будет мне хорошим уроком. Но следовало торопиться, и я попросила карету.

— Спасибо, что спас меня, — сказала я Курту. — Страшно представить, что стало бы со мной, выйди я за этого ужасного человека. Но сейчас мне нужно к отцу, прости.

Вот только Курт не отпустил меня. Протянул руку и взял мою ладонь в свою. Я вздрогнула от давно забытого прикосновения.

— Мне очень жаль, Эйва, — прошептал Курт.

Он ничего не сказал, но я все поняла. Не знаю, как устояла на ногах. Ведь осознание обрушилось на меня подобно камнепаду и едва не погребло под собой. Все было напрасно! Я не успела… отец не дождался…

Вряд ли можно ненавидеть человека сильнее, чем я в тот момент ненавидела Гораса. Ему повезло, что его увели стражи. Иначе я бы выцарапала ему глаза. И никто бы меня не остановил.

Он убил моего отца! По-другому это не назвать. Хладнокровно и осознанно. Наверняка он знал, что папы уже нет, когда настаивал на браке.

Я судорожно вдохнула, но воздух будто застрял в груди. Слезы сами собой покатились по щекам. Он ждал меня, а я не пришла… Что мне теперь делать? С той силой, что внутри меня. С пустотой от потери родного человека. С осознанием, что я могла спасти, но не справилась.