Ольга Грибова – Тьма (страница 39)

В отчаянье отец решил обратиться за помощью и позвонил Павлу — главе московских охотников. Но тот быстро его отрезвил. Несмотря на дружеские чувства, что нас связывали, Павел ответил отказом, и как бы ни было противно это признавать, но в чем-то он был прав: охотники не станут связываться с «первым». У них и без этого хватает проблем. Даже если каким-то чудом, сказал Павел, мы убьем Грэгори, то где гарантия, что за него не придут мстить его братья и сестры. А справиться с восьмью разгневанными «первыми» никому не под силу.

Прошла еще одна безрезультатная неделя. Я коротал день в четырех стенах, прячась от солнца в компании с Эмми. Мы как раз наполнили бокалы свежей донорской кровью и развалились на кровати, когда в дверь постучали.

Я по привычке прислушался и, не уловив биение сердца визитера, напрягся. Амаранта резко села, с тревогой глядя на дверь. Мы оба чувствовали — на пороге номера стоит вампир и это точно не Андрей. Я поставил бокал на тумбу, встал и направился к двери, на ходу гадая, кто же это может быть. Неужели Грэгори решил вот так закончиться наш конфликт? Просто прейти и перегрызть мне глотку? Учитывая, что ему неизвестны произошедшие во мне перемены, это могло оказаться правдой.

Схватив револьвер заряженный пулями из особого золотого сплава, способного убить вампир, я медленно повернул ручку и отскочил назад еще до того, как дверь полностью открылась. Дуло кольта «Питона» смотрело прямо в сердце гостю, но я так и не нажал на спусковой крючок. Непринужденная улыбка и расслабленная поза вампирши подсказывали, что она не представляет угрозы.

Игнорируя револьвер в моей руке, она переступила порог.

— Я вижу вежливость, увы, не твой конек. Я думала, со мною встречи будешь рад ты, — бегло осмотрев номер, Лана заметила Эмми. — Мы не были подругами. Надеюсь, что врагами нам тоже не бывать.

Амаранта натянуто улыбнулась, не зная, как реагировать на Лану. Справившись с удивлением, я наконец опустил оружие, прикрыл дверь и обернулся к вампирше.

— Что ты тут делаешь?

— Решила навестить друзей.

В первую минуту я принял это объяснение за чистую монету, пока не вспомнил: Лана ни на шаг не отходит от Ярослава. В жизни не поверю, что она бросила своего хозяина, чтобы поинтересоваться, как у нас дела. Значит, либо он послал её разузнать о наших успехах, либо… и вот тут мне стало дурно. Ярослав в Петербурге!

— Где твой хозяин? — спросил я.

— Он пообщаться пожелал с твоим отцом.

Лана еще не договорила, а я уже рванул к двери. Но вампирша обогнала меня и преградила путь.

— Тебя я не пущу. Так велено.

Меня трясло от ярости. Вероятно, мои глаза приняли тот цвет, что свойственен всем «первым», потому что Лана вдруг усмехнулась.

— Прими же поздравления мои. Я вижу, ты нашел царицу. И даже больше — ты вкусил запретный плод.

— И теперь я сильнее тебя, — напомнил я. — Мне ничего не стоит сломать тебе шею. А может просто прострелить тебе голову?

Я помахал револьвером, но тут вмешалась Амаранта:

— Постой, Влад. Что если Ярослав здесь, чтобы помочь нам?

Я хмыкнул, выражая своё отношения к такому повороту дел. С чего одному «первому» помогать убивать другого? В некотором смысле они братья. Одна большая семья бессмертных психопатов.

— Вспомни, — не унималась Эмми, — это Ярослав рассказал нам про пули и про то, как убить «первого».

— Он думал, мы не сможем воспользоваться этой информацией.

— Откуда тебе знать, о чем он думал?

Я вздохнул и снова опустил револьвер.

— И что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать, пока Ярослав, возможно, в эту самую минуту убивает моего отца?

Амаранта не ответила, так как дверь открылась, и показался Андрей. Выглядел он рассеянно, как будто силился понять нечто, что никак не желало укладываться у него в голове. Не глядя в нашу сторону, вампир произнес:

— Всех просили подойти в номер Виктора.

Он развернулся и зашагал прочь, даже не проверив следуем ли мы за ним. Мы с Эмми переглянулись, пожали плечами и вышли из номера. Замыкала шествие невозмутимая Лана.

Ярослава мы застали в комнате отца. «Первый» развалился в кресле, перекинув ноги через один подлокотник и лежа спиной на другом. Покачивая ногой, он с улыбкой изучал нашу пеструю компанию. А посмотреть было на что: два вампира, беременная ведьма, пара охотников и новоиспеченный «первый». Я и сам часто изумлялся тому, что мы делаем вместе.

Отец предпочел стул. Поставив его у стены, он не сводил глаз с Ярослава, в любую минуту ожидая от него подвоха. Дима и Ксюша делили одно кресло на двоих, Андрей мрачно подпирал стену. Мы с Эмми застыли у двери, тогда как Лана, стоило ей переступить порог, сразу же бросилась к хозяину.

— До чего приятно видеть вас вновь! — радость, звучащая в голосе Ярослава, казалась искренней, но Андрей скривился, показывая, что он не купился на дешевый трюк. — Неужели вы по-прежнему сомневаетесь во мне? Ведь я столько вам дал.

— И немало получил взамен, — проворчал Дима.

— Между друзьями не принято сводить счеты. А потому, кто старое помянет тому глаз долой, — Ярослав негромко рассмеялся, и мне вдруг почудилось, что он воспринимает эту пословицу буквально.

— Ближе к делу, — оборвал отец веселье «первого». — Что тебе от нас нужно?

— Я бы спросил по-другому. Что вам от меня может понадобиться. Не торопитесь с ответом, — вампир поднял руку, призывая нас помолчать. — Такие решения нельзя принимать на ходу.

— Выходит, ты по доброте душевной проделал путь от Москвы до Питера, чтобы спросить не нужна ли нам твоя помощь? — вмешался я в разговор.

Цепкий взгляд Ярослава несколько мгновений пристально исследовал мое лицо. Голос вампира стал похож на шипение змеи, когда он обратился ко мне:

— Нет, брат. Я проделал этот путь, чтобы мы помогли друг другу.

«Первый» встал и направился ко мне. Я ощутил, как руки Эмми обхватили мое предплечье, слышал, как судорожно вздохнул отец, но всё это меркло перед черными глазами Ярослава. Они единственное, что я видел в тот момент. Хозяин Ланы безошибочно признал во мне равного себе. Оставалось надеяться, что он достойно воспримет это известие. В противном случае у меня будет шанс проверить, чего я стою против «первого».

Подойдя почти вплотную ко мне, Ярослав улыбнулся, хотя мне эта улыбка больше напомнила оскал. Острые клыки только усиливали сходство.

— Я не знаю, как тебе удалось отыскать царицу и главное уговорить её поделиться с тобой кровью, но ты теперь один из «первых». Я это чувствую, — за этими словами последовала немая сцена. Она продолжалась несколько секунд, в течение которых мы все боялись лишний раз вздохнуть. Потом Ярослав ударил меня по плечу, так что я едва устоял на ногах и несказанно всех поразил, заявив: — до чего же я этому рад!

Я медленно выдохнул и через силу улыбнулся. Эмми повисла на моей руке. Остальные, включая Лану, изумленно хлопали глазами. Выражения лиц у них при этом было презабавное, точно они увидели бегемота в пачке.

Потеряв ко мне интерес, Ярослав направился обратно к креслу. На этот раз он сел прямо, положив ногу на ногу. И его поза, и серьезное выражение лица говорили о том, что время шуток прошло. Настала пора поговорить серьезно.

— Ты же знаешь, что мы собираемся сделать? — осторожно поинтересовался отец.

— Убить Грэгори, — кивнул Ярослав.

— Так о какой помощи идет речь? — сказал папа. — Разве тебе выгодна его смерть?

— Позвольте мне самому решать, что мне выгодно, а что нет. Мой брат Грэгори давно стал изгоем. Его судьба безразлична нашей общей матери. Кстати, именно поэтому она была так благосклонна к тебе, Влад, — произнес вампир. — Назови ты другое имя и твой прах смешался бы с землей.

— Царица ненавидит Грэгори? — Андрей едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

— Ненависть — сильное слово. Он ей безразличен. Когда-то он ослушался Нефертари. С тех пор ей нет до него дела, — пояснил Ярослав. — Как любой правитель, она немного самодур.

Я подавился нервным смешком и закашлял. На память пришел мой последний разговор с царицей. Я ведь тоже не проявил чудеса послушания.

— Что он натворил? — спросил я, прокашлявшись.

— Грэгори встретил Сибиллу. Мы тогда были молоды и горячи, — с нотками мечтателя в голосе сказал Ярослав. — Он пожелал её обратить, чтобы провести с ней вечность, но Нефертари была против.

— Понятно, — кивнул Дима. — Сибилла — вампир. Значит, Грэгори послал мамочку подальше и поступил так, как посчитал нужным.

— Можно и так сказать.

— И она его не убила? — удивился отец.

— Она крайне терпелива по отношению к своим творениям. Нефертари лишь сказала ему, что отныне он сам по себе.

От дежа вю у меня закружилась голова, а Ярослав, между тем, продолжал:

— Долгие века Грэгори жил припеваючи. Ему ничто не угрожало. Пока не появился ты, — вампир указал на меня. — Нефертари сдержала своё слово: она не мстила Грэгу, но и не защитила.

— Ты нарочно рассказал мне о царице! — всё вдруг встало на свои места. — Сначала ты нашими руками убрал Разумовского, но тебе этого показалось мало. Ты вошел во вкус. Теперь тебе нужна смерть Грэгори. И всё, что потребовалось, это подтолкнуть меня в правильном направлении. Боже, да ты давно это задумал! Еще когда сказал нам, как убить «первого». Ты отличный кукловод.

— Спасибо за комплимент, — Ярослав поклонился, не вставая с кресла, — но я его не достоин. Дело в том, что я ставил на Дмитрия. Мне казалось он больше подходит на роль вампира. И вот тут я просчитался. Но всё, что не делается, к лучшему. У тебя, Влад, куда более мощный стимул, — Ярослав кивнул в сторону Амаранты.